В чертогах памяти (СИ)
— Проснись и пой, Кочерыжка! У нас куча дел, не время отлёживать бока! — радостно произнёс Кларк, обращаясь к лежащему на кровати пациенту.
Ресницы Главы Департамента внешних связей чуть дрогнули, однако глаз он так и не открыл. За всё время боёв старик, каким-то чудом, не получил ни единой раны, однако напряжение этих дней изрядно подорвало его силы — в больницу советника доставили в бессознательном состоянии.
— Игнат, я же вижу, что ты не спишь, — укоризненно бросил Судья, подтягивая к себе стул и разворачивая его спинкой вперед. Усевшись, он уставился на собеседника, терпеливо дожидаясь ответа.
— Я с тобой не разговариваю, Артур, — наконец неохотно пробурчал Макгрегор, так и не открыв глаз.
— Это еще почему?
— Ты опоздал. Мы ждали тебя две недели назад.
— Ничего себе предъява! — хмыкнул Кларк, скривившись в саркастической усмешке. — Собрать за месяц шестьсот профессиональных бойцов, вооружить их, обеспечить техникой, экипировкой, продовольствием и боеприпасами — это не так просто даже при моих связях. Не говоря о том, что весь путь от Республики до Сити нам пришлось проделать за сутки, сделав по дороге нехилый крюк, чтобы не напороться на силы Карлсбурга. Уж прости, что мы немного припозднились и пропустили всё веселье.
— Я надеялся, что ты просто обратишься к Совету и попросишь помощи для родного города, — буркнул Игнат Васильевич и открыл глаза. Увидев, наконец, лицо собеседника, он пораженно крякнул и удивлённо поинтересовался: — Отлично выглядишь для семидесятилетней развалины. Кто ты и куда дел моего одноклассника?
— Индивидуальные особенности организма плюс пара омолаживающих процедур в лучших клиниках Теократии, — отмахнулся Артур. — Говорят, протяну еще лет сто, если раньше не пристрелят.
— Хорошо у вас там генералы на пенсии живут, — покачал головой советник. — Я слышал, что омолаживающие процедуры стоят целое состояние.
— Когда ты генерал контрразведки, рано или поздно у тебя появляются некоторые полезные знакомые.
— Так почему эти знакомые не смогли послать нам помощь?
— А что ты хотел услышать, Кочерыжка? — воскликнул Судья с внезапным раздражением в голосе. — «Конечно, конечно, сейчас мы вышлем всю армию, чтобы разгрести то говно, которое вы тут устроили»? Нет, мой милый друг. «Сити больше не входит в зону интересов Республики» — вот официальный ответ Совета на мое обращение. Скажи спасибо, что по старой памяти мне позволили забрать списанную технику и починить её за государственный счет. Кстати, почти четверть этого устаревшего хлама теперь разбросана по обочинам километров на пятьсот от города, дожидаясь эвакуации. И я искренне надеюсь, что успею сделать это первым, прежде чем всякие предприимчивые личности решат воспользоваться халявой!
— Понял, понял, не ори, — проворчал Игнат Васильевич, усаживаясь на кровати.
Глядя, как друг детства борется с подушкой и одеялом, пытаясь устроиться поудобнее, Кларк залез во внутренний карман и достал портсигар.
— Здесь нельзя курить.
— Да кто мне запретит? Я сейчас самый главный сукин сын в городе!
— Тогда открой окно и дай мне одну…
Взяв из протянутого портсигара одну из чудовищных размеров самокруток, советник прикурил и сделал первую затяжку. После того, как его отпустил кашель, он изумленно просипел:
— Господи, что это за адская хрень?
— Понравилось? — самодовольно поинтересовался Кларк. — Самосад. Хэндмейд и всё такое. Сам сажал, сам собирал, сам сушил, рубил и заворачивал. Когда уходишь на пенсию, появляется уйма времени, которое некуда девать.
— Понравилось — не то слово. Кстати, с чего ты вообще на пенсии? Я думал, ты такая же развалина, как и я, только и мечтаешь бросить дела. Но глядя на твою гладенькую физию, я начинаю подозревать, что дело отнюдь не в возрасте.
— Дела подковёрные, — объяснил Артур, затягиваясь самокруткой. — Помимо полезных знакомств появились ещё завистники и соперники. А мне, честно говоря, действительно поднадоела вся эта возня. Так что два года назад я подал в отставку и удалился на свою загородную фазенду нянчить внуков и растить табачок. Внук, правда, давно вырос, пришлось ограничиться исключительно табачком. Так что твой отчаянный вопль о помощи пришёлся как нельзя кстати — я уж думал, совсем закисну. Пришлось, конечно, изрядно побегать и напрячь кучу людей, зато я при деле, а Совет вздохнул свободно, избавившись от меня раз и навсегда.
— Кругом интриги, — вздохнул Макгрегор. — Ладно, что сейчас в городе происходит? Что с войсками Карлсбурга? Ты уже всех разгромил?
— Если бы. Увидели моих «Мурен» на патруле, обгадились, встали за городом и выслали парламентёров.
— И что?
— Да ничего. Я им вежливо объяснил, что ситуация под контролем, а господа Лайкин и Ручкин арестованы по обвинению в измене и попытке переворота. Тогда они вежливо попросили вернуть им Ручкина, а я вежливо послал их в жопу.
— И они пошли? — недоверчиво поинтересовался советник.
— А куда им деваться? — пожал плечами Кларк. — 2я Мотострелковая только на словах звучит круто. По факту от дивизии только одно название — всего тысяча человек личного состава, десяток БТР, пара БМП и три зенитки с пушечным вооружением.
— Откуда ты знаешь?
— Я, блин, генерал контрразведки или где?
— В отставке.
— Не важно. Во-первых, такими силами они город не возьмут. Во-вторых, если я правильно понимаю идею, Сити им нужен был на блюдечке, с населением, которое радостно встречает спасителей. Захват и удержание — нечто совсем иное. Я уж молчу прожелезножопых. В случае прямого штурма они точно отсиживаться не будут — выпустят Перерождённых и те устроят форменный массакр.
— Кстати, как Конгломерат отреагировал на ваше появление?
— Да никак. Восстановили связь, помогают ремонтными бригадами и ждут, пока ты придешь в себя. И пока в город вернутся остатки Совета.
— Совет… — Макгрегор брезгливо поморщился. — Кто-нибудь уже объявился?
— Ну, какие-то Уайт и Васильев прислали красивые писульки, что готовы прибыть в город, как только ты поправишься и сможешь выполнять свои обязанности. Еще из СТО прислали распечатку емейла, что некий Макаров через два дня прибудет в город, чтобы приступить к работе.
— Торгаш, логист и связист, — пробурчал советник. — Больше никого?
— Уилсон заходил, сказал, что готов вернуться в кресло, пока не состоятся новые выборы. Я разрешил. Подумать только, а я ведь с трудом его вспомнил. Последний раз, когда мы виделись, он ссался в пеленки.
— Полегче с Уилсоном, — предупредил Игнат Васильевич. — Мужик двух детей потерял в этой заварухе.
— Я в курсе уже, — сухо ответил Кларк. — Однако не вижу смысла расшаркиваться перед кем-то в отдельности — все кого-то потеряли.
— А ты почерствел, — вздохнул советник, с тоской глядя на старого друга.
— Чин обязывал, — парировал Судья. — Знал бы ты, что мне приходилось делать ради Республики, скончался бы от инфаркта. Так что рассказывать не буду. Давай, приходи в себя и завтра жду тебя в Доме Совета. Вы тут такого дерьма накидали, что теперь до конца жизни не расчистить.
С этими словами Кларк поднялся со стула и направился к двери.
— Слушай, — вдруг проговорил Макгрегор, когда рука Артура коснулась дверной ручки. — А почему «судья»?
— Эммм…. — замялся тот. — Если коротко, увлекся я на старости культурой дочумной эпохи. Так вот, в конце XX, начале XXI века выходили комиксы об одной забавной вселенной, где человечество сидело в огромном мегаполисе, а роль правоохранительных органов у них выполняли специально обученные люди, которых величали «Судьями». Один такой человечек мог приехать на место преступления, отловить преступника, огласить ему приговор и тут же привести его в исполнение.
— На шерифов Дикого Запада похоже.
— Есть немного. Так вот, когда Судья достигал пенсионного возраста, он брал в руки большую пушку и отправлялся за пределы города, нести в Дикие Земли свет цивилизации. Я подумал, что в нашей ситуации это довольно символично.