Строптивая (СИ)
Я заметила, как вытянулось лицо Алины.
— Значит, ты из «золотой молодежи»? — улыбнулась она, но я видела ее напряжение.
— И да, и нет, — улыбнулась я в ответ на ее улыбку, — я ненавидела всех мажоров, но я приезжала к родителям на каникулах, мне приходилось с ними общаться. А потом конфликт за конфликтом, — я решила не вдаваться в подробности, — и я окончательно осела в Москве. Иногда я делала попытки примириться, но отец ставил такие условия, которые я выполнять не собиралась!
— Какие условия? — поинтересовалась Алина.
— Это неважно, — отмахнулась я, — хотел моего полного подчинения. Собственно, в мои двадцать пять умерла мама от инфаркта, не смогли спасти. Я собиралась на похороны, купила билет и узнала, что отец сделал так, что я в чёрном списке! Мне нельзя было прилететь в Швейцарию на похороны к матери. Этого я простить не могла. Ее я искренне любила. С мамой я не простилась, а отца занесла в чёрный список, не желая больше с ним никогда разговаривать!
— И с тех пор вы не общаетесь? — поинтересовалась подруга.
— Не совсем. Отец заработал свои миллиарды изначально не совсем честно, может он боялся или уходил от налогов (я точно не знаю, никогда не интересовалась), но весь бизнес был записан на деда. И кто бы мог подумать, что он составил завещание.
— Неужели все тебе оставил?
— Если бы так просто, — рассмеялась я, — нет, он оставил мне мою машину. Я мечтала о ней, показывала ее деду, говорила, что когда-нибудь заработаю на неё, но денег не было. Просто глупая мечта. Отец содержал, конечно, дедушку — своего отца, но делал это очень скупо. Меня же они не обеспечивали совсем. Наверное, думали, что так я быстрее вернусь к ним. Поэтому дедушка в завещании завещал мне деньги на эту машину. А остальное… Все достаётся отцу, но до тех пор, пока не появится первый внук. Именно ребёнок наследует все. С появлением второго внука, акции делятся в соотношении 51 % на 49 %, третьего — 51 % первому и по 24,5 второму и третьему и так далее. То есть все же больший пакет акций получает первый ребёнок. Имущество было записано на родителей, так что к нему я отношения не имею.
Я замолчала, вспоминая свои эмоции, когда оглашали завещание. Я была растеряна.
— И твой отец его не оспорил?
— Не смог. Не знаю, как так удалось деду все провернуть. Собственно, мне ничего не надо было, я готова была все переписать на отца, лишь бы не лез ко мне. Но это тоже было невозможно. Я, как представитель будущего ребёнка, вступаю в права по наследству, но до исполнения двадцати одного года, я могу только возглавлять корпорацию, продать или подарить не могу. Короче, к тому моменту я уже знала о своих проблемах с зачатием, поэтому мне было все равно. Ребенок мне нужен был не из-за наследства. Да и я была уверена, что Руслан родит наследника первым. Но он не спешил почему-то… Но родилась Вика, и теперь все усложнилось. Поэтому я не хотела говорить отцу.
— Ничего себе! Твой отец действительно так богат? Ты никогда не выглядела мажоркой!
— Я ей никогда и не была, — буркнула я, — отец богат, у него собственный банк, сеть магазинов часов и Бог знает, что ещё.
— Значит, теперь все это Викино?
— Нет, пока ей не исполнится двадцать один год. А потом да, видимо, она наследница.
— Не чувствую радости в голосе, — добавила Алина.
— Да зачем нам это? Мне не нужно, а уж дочери тем более!
— Ну… Это тебе не надо! А вот Вике вполне возможно, что надо. Будет на своём самолете летать, одетая в Louis Vuitton и Dior, а не на работу ходить, засиживаясь там до поздней ночи, как ее мама, — улыбнулась подруга.
— Не в этом счастье, — усмехнулась я. — А с Русланом почему ты перестала общаться? — заинтересовалась подруга моей историей.
— Потому что его предательство я простить так и не смогла. Он был моим лучшим другом, братом, за которого я бы, не раздумываясь, отдала свою жизнь. А он… Поддержал отца! Во всем. Но даже когда я его простила, он сделал гнусную вещь — рассказал о моих проблемах с зачатием отцу. Да много всего было. С ним я наладила отношения, но только потому, что после смерти бабушки и дяди, когда ушёл дедушка, я сломалась. А он помог мне выйти из этого состояния. Несмотря ни на что, он меня чувствовал, как никто другой. Понимал, когда надо вытащить на улицу, а когда дать леща, чтобы я пришла в себя. Но прежнего безоговорочного доверия больше нет. Очередной раз он доложил все отцу!
— Это я помню, — не смело ответила подруга, вспоминая похороны деда.
— Вот так я осталась сиротой при живом отце и брате, — усмехнулась я.
Вика проснулась и заплакала. Я улыбнулась Алине и пошла к дочке. Мне нужно ее быстро покормить и бежать в салон. Надеюсь, это поможет мне отвлечься. К встрече с отцом я была не готова совсем…
Я не сказала подруге, насколько отец был тираном. Он не поднимал никогда на меня руки, но психологически давил своим авторитетом всегда, даже когда мы были обычной среднестатистической семьей. Возможно, благодаря ему и закалился мой характер. Сначала я бунтовала внутренне, закипала, но давила в себе эмоции, а потом уже конфликтовала в открытую. Но каждая наша стычка мне давалась тяжело. Так я научилась скрывать свои эмоции, не показывать истинные чувства за маской безразличия и равнодушия.
Глава 27
Алекс
Сегодня суббота, но мне вновь пришлось поехать на работу. Покупка компании "Золото+" принесла мне столько забот, что я даже не мог представить. Фирма была запущена, хотя имела относительно не большой денежный оборот. Не удивительно, что мне ее решились продать, да ещё и хорошо заработать на этом! Самая глупая моя покупка. Я бы мог ее перепродать, но почему-то этого не делал.
Сейчас у меня была деловая встреча в ресторане, которая увенчалась успехом. Я нашел своего заместителя в "Золото+". Вадим Андреевич был на пару лет старше меня, с хорошим образованием и послужным списком. А еще вызвал доверие, почему-то все чаще я стал полагаться на интуицию, хотя раньше пользовался только логикой.
Распрощавшись с Вадимом, я вдохнул морозный воздух. Всегда любил ощущение покалывания в носу от мороза. Уже через несколько дней новый год. Город украшен разноцветными огнями, инсталляциями и прочей новогодней атрибутикой. А я решаю купить сам подарок своей Нике, не перекладывая эту обязанность на своего секретаря, как делаю это обычно.
Не стал брать автомобиль, а пошел пешком до торгового центра, потому что город уже стоял в бесконечной пробке из-за предновогодней суеты. Быстрым шагом я пересек пару улиц, а затем резко остановился. Просто застыл, увидев перед собой видение.
Из какого-то модного салона выпорхнула Наташа со счастливой улыбкой на лице. Я заметил, что ее волосы стали короче, и их оттенок изменился, она по-прежнему оставалась блондинкой, но только цвет стал более тёплый. Про себя отметил, что ей идет. Лицо ее преобразилось, стало будто мягче… А может я просто давно ее не видел и соскучился. Черт, как же я соскучился! Она задрала голову наверх, а на ее лицо упала одинокая снежинка, Наташа лучезарно улыбнулась небу и зашагала в противоположную сторону от меня.
Какая же она красивая и какая глупая, потому что без шапки!
— Привет, — прошептал я, догнав ее в несколько шагов.
Не задумываясь, что делаю, я развернул ее к себе, заметив ее испуганный взгляд, накинул капюшон от ее пуховика ей на голову и добавил:
— Не хватало еще заболеть.
Наташа открыла рот, но через секунду уже собралась, поджала губы и прищурилась, выдавив из себя:
— Здравствуй, Алекс.
Хотя бы не назвала по имени и отчеству. Уже хорошо. В ответ я усмехнулся.
— Как ты? — спросил я, утопая в ее небесно-голубых глазах.
— Хорошо. Спасибо. Как ты? — она спросила как-то особенно по-доброму, или мне так показалось.
— Скучаю, — ответил я честно.
Наташа ничего не ответила, отвела только взгляд в сторону.
— Куда идешь? — спросил я.
— Хотела забежать в торговый центр за подарками. Скоро же Новый год, — ответила она растеряно и улыбнулась.