Академия мертвых душ. Нечаянная невеста

Увидев меня, она всплеснула руками.
– Леди Юлия! Деточка!..
– Что-то случилось?
Похоже, сегодня для меня это главный вопрос.
Гариетта подбежала ко мне, обняла пухлыми ручками и, крепко прижав к груди, разрыдалась ещё безутешнее.
– Что с вами?  – перепугалась я. – Кто-то умер? Гариетта! Ну, скажите же мне!
Как ни странно, мои слова её успокоили. Видимо, никто всё-таки не умер и дело было в чём-то другом.
Гариетта выпустила меня из объятий, решительно вытерла щечки и, смяв совершенно мокрый платок, сунула его в карман.
– Что ж они такое удумали… совсем еще девочку, первокурсницу… да к королю отправлять.
Э-э-э… Она из-за меня так убивалась?
Мне стало нехорошо. Что там за король такой, к которому юных девушек допускать нельзя? Он что, принимает ванны из крови девственниц?
– Да что не так с этим вашим королём? – спросила я, начиная уже ощутимо нервничать.
– Как король он неплох, – вздохнула Гариетта. – Бывали и похуже. Налоги дерёт умеренно, не казнит народ почём зря да с соседями не шибко задирается. Почитай, без войн живём…
По всему выходило, что монарх у них очень даже ничего. Я вспомнила свой мир, и почему-то подумалось, что там и вполне демократическим способом избранные лидеры ведут себя куда менее прилично.
– Звучит не очень устрашающе. И что же тогда с ним не так? – не понимала я.
– Уж больно до женского полу охоч. У него невеста есть, уже два года как друг другу обещались, а всё никак не поженятся. Не торопится его величество с холостяцкой жизнью прощаться. Всех симпатичных девок при дворце попортил, не особо разбираясь, будь то служанка или знатная дама – лишь бы молодая да мордашка смазливая…
– И что же, об этом все знают? – удивилась я.
– Нет, конечно. Ну то есть при дворе-то знают, а для народа король – сама порядочность, да и вообще надёжа и опора. Да только я-то раньше при дворе служила.
Я с подозрением покосилась на Гариетту. Неужто и ее…
– Тьфу на тебя! – буркнула Гариетта, перехватив мой взгляд. – Он тогда ещё ребятёнком в коротких штанишках бегал. Славный такой был мальчуган, а вон что выросло… В общем, остались там знакомства, вот и доходят слухи.
– Но неужели на него никто не жаловался? – возмутилась я.
– А на что им жаловаться? Король всё-таки, да и не старый он. И вроде как хорош собой. И благодарит по-королевски: кому монет отсыплет, кому титул даст. Да и куда жаловаться? Все ж жалобы аккурат королю на стол и ложатся. – Гариетта вздохнула.
– Значит, если он… ну, начнёт… Что же, мне никто и не поможет?
Гариетта посмотрела на меня серьёзно.
– Гаяр твой страшный при тебе будет. При нём не рискнёт. Слухи-то уже дошли, что зверюга отчаянная.
Я нервно сглотнула. Да уж, дознаватель наверняка в красках всё расписал. А еще и гадание это…
– Ну что, горемычная, – вздохнула Гариетта. – Будем осваивать королевский этикет. А платья к ночи привезут.
– Давайте осваивать, – с энтузиазмом согласилась я.
В такой ситуации лучше заниматься хоть каким-нибудь делом: отвлекает от тягостных мыслей. А это сейчас одинаково было нужно и мне, и Гариетте.
 
Глава 5
 
– Шаг, поклон, ещё два шага, ещё раз поклон. Шаг назад, милая улыбка. Милая! – Гариетта нахмурилась.
– Ну уж какая получается, – пропыхтела я. Мне бы на ногах устоять да не снести к чертям что-нибудь ненароком. Тут не до милых улыбок. – Попробовали бы в этой штуке ходить, да ещё и кланяться.
– А я и пробовала! И платья тогда были потяжелее! Твое-то уже по новой моде пошито, фривольное!
Платье, которое мне привезли, выглядело… Ну ладно, так и быть, соглашусь: выглядело оно потрясающе. Открытые плечи, узкий лиф и невероятное количество пышных юбок с воланами.
Когда-то дома я смотрела фильмы про старину и завистливо вздыхала: вот бы и мне носить такую красоту. Что там говорили? Бойтесь своих желаний?
 В точку!
Вся эта красота только выглядела эффектно, а таскать её на себе – врагу не пожелаешь.
Корсет утянут так, что вздохнуть невозможно, юбки тяжеленные, не повернуться, а уж наклониться… Просто издевательство над женщинами!
 
Я бросила взгляд в зеркало. Смотрелось и правда отлично. Тонюсенькая талия,  изящные плечи, высокая грудь, нахально приподнятая корсетом. Да уж, мужское внимание гарантировано. А это вовсе не то, что мне сейчас нужно…
– Лучше бы я грязной тряпкой обмоталась, – в отчаянии простонала я, – из тех, которыми подвал убирают.
– И точно, лучше, – сокрушенно отозвалась  Гариетта. – Только знаешь, что я тебе скажу? Ты девочка видная, красавица. А красоту – её даже грязной тряпкой не скроешь. Ох, чуть не забыла…
Она шустро метнулась к столу, вытащила небольшую коробочку, выхватила оттуда ожерелье из ограненных мерцающих камушков и, нацепив его мне на шею, развернула к зеркалу.
– Вот, – сказала Гариетта. – Теперь хорошо.
Хорошо?! Сами камушки еще ничего, но подвеска-капля… Она же недвусмысленно показывала прямо на вырез, буквально притягивала к нему взгляд. Какой ужас!
– А ее можно оторвать? – взмолилась я, теребя подвеску.
– Что ты! – замахала руками Гариетта. – Оно ж казенное! С меня враз голову снимут!
Но я ее уже не слушала. Я во все глаза смотрела на свое отражение.  Камушки ожерелья мерцали синим, и платье, которое раньше казалось бирюзовым, теперь тоже переливалось всеми оттенками синего.
Чудесного, восхитительного синего, который делал меня похожей на утопленницу двухнедельной свежести.
А у короля вряд ли столь специфический вкус при всех его недостатках.
– Действительно хорошо, – широко улыбнулась я.
– Ну что, всё запомнила? С королём первая не заговаривай, жди, пока обратится. И не дай бог тебе его перебить. Отвечай ровно то, что спрашивают, лишнего не болтай. Никогда не знаешь, чем неосторожное слово обернётся. И ни в коем случае не используй магию! Даже заклинание договорить не успеешь – скрутят!
– Да, – кивнула я и взяла на руки Рыжика.
Он принюхивался, а потом недовольно чихнул. Что ж, дружок, понимаю. Мне самой эти духи не нравятся, но по этикету положено.
Гариетта провела меня за стеллажи, у последнего крепко обняла и, всхлипнув, засеменила обратно.
Портал в королевский дворец уже был открыт, а рядом с ним с отрешённым выражением лица стоял молодой человек в форменной одежде.
– Леди Юлия, прошу.
Когда я приблизилась, он покосился на рыжий комочек у меня в руках, и на его лице таки промелькнула тень страха. Но, к его чести, вёл себя как и подобает вышколенному вояке – спокойно и уверенно. Я прошептала: «Пусть всё будет хорошо!» – и шагнула в портал.
Королевский дворец ничуть не отличался от тех, что я видела в фильмах. Высоченные расписные потолки, громадные окна и двери, широкие гулкие коридоры, фрески, картины, колонны, статуи, мебель…
В общем, роскошь, позолота и гнетущее великолепие. Ни уюта, ни милых вещиц.
Впрочем, откуда мне знать королевские вкусы. Может, его величество считает милой вещицей ту мраморную голую девицу, что возвышается вон там впереди. А что, два с лишним метра сплошной милоты.
Мы поднялись по широким ступеням, снова долго шли по бесконечному коридору, и с каждым шагом чертово платье становилось все тяжелее.
Я уже была готова взмолиться о небольшом привале, но тут мой провожатый затормозил у одной из дверей, возле которой стоял мужчина в расшитом шёлком камзоле. Или не в камзоле – понятия не имею, как выглядят камзолы и чем они отличаются от тех же пиджаков или кафтанов. В вопросах исторического костюма я не сильна.
– Его величество скоро вас примет, – важно сообщил он и открыл передо мной дверь.
Я вошла в довольно большую комнату и огляделась. Слева – письменный стол с монументальным креслом за ним. Справа – три книжных шкафа, которыми явно никто не пользовался: слишком уж ровно и нетронуто стояли тома. Небольшой диван около двери, видимо, для посетителей. Напротив него – большое окно, задернутое плотной портьерой. Больше похоже на кабинет.