Испанский любовный обман (ЛП)

— В любом случае, — я прочистила горло, — Джеральду не нравится, что я нахожусь там, где я есть, и это не имеет никакого отношения к тому, что я не американка или что я моложе его. Но так устроен мир, и он будет таким, пока не перестанет существовать.
За моими словами последовала еще большая тишина.
Я украдкой взглянула на него, любопытствуя, о чем он думал, что удерживало его от того, чтобы читать мне нотации или говорить, что я ною, или ему все равно. Но он снова выглядел злым. Снова. Его челюсть была сжата, а брови нахмурены.
Краем глаза я увидела перекресток, который указывал на мою улицу.
— О, сверни на следующем повороте направо, пожалуйста, — проинструктировала я Аарона, отводя от него взгляд. — Это в конце той улицы.
Аарон молча следовал моим указаниям, все еще выглядя так, будто его беспокоило что-то, что я сказала. К счастью, мой квартал появился в поле зрения прежде, чем у меня возникло искушение спросить.
— Вот здесь, — я указала пальцем. — Здание справа. То, с темно-красной входной дверью.
Аарон подъехал и поставил машину на свободное место, которое каким-то волшебным образом оказалось прямо перед моей дверью. Мой взгляд проследил за его правой рукой, когда он выключил двигатель.
Тишина окутала ограниченное пространство автомобиля.
С трудом сглотнув, я огляделась. Я попыталась сосредоточиться на характеристиках особняков этого района Бруклина, нескольких деревьях, разбросанных вдоль улицы, пиццерии на углу, где я обычно заказывала ужин, когда мне было лень. Или просто проголодалась. Я сосредоточилась на всем, кроме того, как тишина давила на меня, чем больше я ждала в машине.
Возясь с ремнем безопасности и чувствуя, как без всякой причины горят кончики ушей, я открыла рот.
— Хорошо, я собираюсь…
—Ты подумала о моем предложении? — сказал Аарон.
Мои пальцы замерли на ремне безопасности. Моя голова очень медленно поднялась, пока я не оказалась лицом к нему.
Впервые с тех пор, как я засунула внутрь свою промокшую задницу, я позволила себе по-настоящему взглянуть на Аарона. Изучая его всего. Его профиль был освещен тусклым светом, исходящим от нескольких фонарей, расположенных на моей улице. Буря каким-то образом утихла, но небо все еще было темным и сердитым, как будто это была всего лишь короткая пауза, и худшее было еще впереди.
Мы оказались в значительной степени в темноте, так что я не могла быть уверенной, были ли его глаза глубокого синего оттенка, который обычно говорил мне, что он серьезен и деловит — что, я надеялась, было не так — или того более светлого синего, который предшествовал битве. Единственное, что я могла заметить, это то, как его плечи казались напряженными. Немного шире, чем обычно. Они почти затмевали в остальном просторный салон автомобиля. Черт возьми, глядя на него сейчас, казалось, что все его тело именно в таком состоянии. Даже расстояние между его сиденьем и рулем было слишком большим, чтобы вместить его длинные ноги. Так много, что, держу пари, человек мог бы легко поместиться там.
К тому времени, как я поймала себя на мысли, что мне интересно, что бы он сказал, если бы я запрыгнула к нему на колени, чтобы проверить свою теорию, Аарон прочистил горло. Наверное, дважды.
— Каталина, — он снова привлек мое внимание к своему лицу.
— Ты… — я замолчала, немного потрясенная тем фактом, что мой разум перенес меня на колени Аарона. Какая нелепость. — Ты хочешь в туалет или что-то в этом роде?
Аарон нахмурился и поудобнее устроился в сидении, повернув его ко мне.
— Нет, — он странно посмотрел на меня. — Я, наверное, пожалею, что спросил об этом, но почему ты думаешь, что я хочу это?
— Ты припарковался на моей улице. Перед моим зданием. Я подумала, может быть, тебе нужно в уборную.
Я наблюдала, как его грудь вздулась от глубокого вдоха, а затем выпустила весь воздух.
— Нет, мне не нужно в туалет.
Его пристальный взгляд изучал меня, как будто он не мог понять, почему я была тут, в его машине. И в то же время я задавалась точно таким же вопросом.
 
Мои пальцы наконец справились с ремнем безопасности, отстегнув его, когда я почувствовала, как его глаза сверлят дыры в моем боку.
— Итак, каков твой ответ?
Все мое тело застыло. — Мой ответ?
— На мое предложение. Ты думала об этом? И пожалуйста, — черт возьми, снова это слово, — перестань притворяться, что ты не помнишь. Я знаю, что ты делаешь.
Мое сердце остановилось, упав на ужасающую секунду.
— Я не притворяюсь, — пробормотала я, делая именно то, чего он просил меня не делать.
Но в свою защиту скажу, что мне нужно было выиграть немного времени, чтобы разобраться в этом. Как… справиться с ситуацией. И что еще более важно, выяснить, почему.
Почему он предлагал? Почему он настаивал? Почему он проходит через все эти трудности? Почему он думал, что может быть тем, кто поможет мне? Почему его голос звучал так, будто он действительно это имел в виду? Почему? …
Просто почему?
Ожидая саркастического комментария, или как он закатит голубые глаза, когда я прикидываюсь дурочкой, или даже того, что он откажется от своих слов, потому что я нарочно была умпрямой, а у него никогда не хватало на это терпения, я собралась с духом. Но из всего, что я ожидала от него, он выбрал единственное, к чему я не была готова.
С его губ сорвался обреченный вздох.
Я моргнула.
— Свадьба твоей сестры. Я буду твоей парой, — сказал Аарон. Как будто он был бы готов повторяться так часто, как только мог, если бы я дала ему ответ.
Или как будто он предлагал что-то простое. Что-то, что позволило бы получить прямой ответ, не требующий особого обдумывания. Что-то вроде: «— Хочешь десерт, Лина? — Ну да, конечно. Я буду чизкейк, спасибо». Но предложение Аарона было совсем не простым и настолько далеким от чизкейка, насколько это вообще было возможно.
— Аарон, — я бросила на него взгляд, — ты же не серьезно.
— Что заставляет тебя думать, что я не серьезно?
 Как насчет всего этого? 
— Ну, во-первых, ты – это ты. А я – это я. И это мы, Аарон. Ты просто не можешь быть серьезен, — повторила я. Потому что он не мог быть таким.
— Я совершенно серьезен, Каталина.
Я моргнула. Снова. Затем я горько рассмеялся.
— Это что, шутка, Блэкфорд? Я знаю, что тебе трудно дается это, и позволь мне сказать тебе, что ты не должен ходить вокруг да около, шутить, не понимая по-настоящему, что смешно, а что нет. Так что я собираюсь помочь тебе здесь, — я посмотрела ему прямо в глаза. — Это не смешно, Аарон.
Он нахмурился. — Я не шучу.
Я долго смотрела на него.
 Нет, нет, он не мог не шутить. Он также не мог быть серьезным. 
Поднеся руки к своим спутанным и мокрым волосам, я слишком резко откинула их назад. Я была готова убраться отсюда. И все же я оставалась прикованной к месту.
— У тебя были какие-нибудь другие варианты? Лучший вариант, чем я?
Оба его вопроса попали в цель, на которую, как я предположила, он нацелился, потому что я почувствовала, как мои плечи опустились в поражении.
— У тебя вообще есть какие-нибудь другие варианты?
Нет, нету. И тот факт, что он был так прямолинеен по этому поводу, тоже не казался таким уж замечательным. Мои щеки вспыхнули, и я промолчала.
— Я приму это как «нет», — сказал он. — У тебя никого нет.
И это было немного похоже на удар в живот.
Я очень старалась скрыть боль на своем лице — и у меня получилось. Потому что я не хотела, чтобы Аарон Блэкфорд увидел, какой жалкой и глупой я себя почувствовала из-за его слов.
Как я, должна была быть, одинока, когда моим единственным вариантом был коллега, которому я даже не очень нравилась с самого начала.
Но он не ошибся. И как бы ни было больно это признавать, в конце концов, у меня больше никого не было. Только Аарон Блэкфорд. Он — и только он — завершал мой список вариантов. В мире, где я бы подумала о том, чтобы взять его с собой в Испанию в качестве моего выдуманного парня, это было так.