Испанский любовный обман (ЛП)

Все перепуталось в узлы, которые путались у меня в голове.
Аарон продолжал смотреть на меня, в его голубых глазах было странное чувство. Он, вероятно, ждал, что я скажу что-то, что не было невнятными словами.
— Это было бы… — я покачала головой. — Я бы не хотела, чтобы у тебя были неприятности, — наконец сумела сказать я. — Я полагаю, что кто-то мог бы проверить, был ли выполнен контракт аукциона?
Я не знала, существует ли этот контракт. Я даже не знала, будет ли кто-нибудь вообще что-нибудь проверять.
— Последнее, чего я хотела бы, это помешать тому хорошему, чего сегодня добился сбор средств, — я продолжала, черты лица Аарона не изменились. — В любом случае, никому не нужно знать, что свидание фальшивое. Верно?
Он продолжал смотреть на меня тем испытующим взглядом, которого я не понимала.
— Нет. Никто не должен знать.
— Или что мы едем как друзья, верно?
Это звучало неправильно. Были ли мы вообще друзьями?
— Это то, кем ты хочешь быть, Каталина? – спокойно парировал Аарон. — Друзьями?
— Да, — ответила я. Но имела ли я в ввиду это? Мы никогда ими не были, и это никогда не имело ко мне никакого отношения. — Нет, — поправила я, вспомнив то большое препятствие, которое стояло между нами с самого начала. То, которое положил туда Аарон, а не я. Это был он, тот, кому я никогда не нравилась, а не наоборот. С его стороны было нечестно спрашивать меня сейчас. — Я не знаю, Аарон, — мои ладони стали липкими, в горле пересохло, и я была… сбита с толку. — Что это за вопрос такой?
Аарон, казалось, обдумывал мои слова.
— Да или нет? — давил он.
Мой рот открылся и закрылся. В какой-то момент мы перестали танцевать. Мои ладони, которые были на груди Аарона, опустились вниз. Взгляд Аарона проследил за движением. Что-то крепко заперлось за этой непроницаемой маской, которая была выражением его лица.
— Забудь, то что я сказал, — сказал он, его руки, которые все еще обнимали меня, упали. — Это была плохая идея.
Это заставило меня физически вздрогнуть, и я действительно не понимала, почему я это сказала или что он имел в виду.
Мы оба стояли друг перед другом, не двигаясь. И как бы Аарон ни был отстранен и пренебрежителен в прошлом, он никогда не выглядел таким … отчужденным. Как будто я сказала что-то, что причинило ему боль.
Желание протянуть руку и положить ее ему на грудь снова возникло. И я, хоть убей, не могла понять, почему. Не тогда, когда тихий голос в моей голове — который, как я предполагала, был здравым смыслом — говорил мне, что я должна быть рада, что мы возвращаемся на путь, на котором мы должны стоять.
Но в эти дни я не умела прислушиваться к здравому смыслу. Поэтому, когда моя рука поднялась — потому что я была такой и не могла не утешать окружающих объятиями, прикосновениями или чем-то еще, в чем они нуждались, — и Аарон отступил назад, подальше от меня, это действительно задело. Так сильно, что мне пришлось ругать себя за то, что я была такой глупой.
— Видишь? – сказала я себе под нос. — Вот почему я не знаю, сможем ли мы быть друзьями. Почему мы никогда ими не были.
Сегодняшний вечер был счастливой случайностью, и это было причиной. Все всегда выходило из-под контроля, когда дело касалось нас.
— Ты права, — его голос был невыразимо ровным. — Быть твоим другом всегда было последним, о чем я думал.
Его слова, вместе с моими, были похожи на град, безжалостно падающий на меня. На нас, когда мы стояли там друг перед другом. Пробивая дыры в маленьком пузыре, в котором мы находились последние несколько часов. Тот, в котором мы были, когда танцевали. Прямо перед тем, как молчаливо установленное перемирие взорвалось у нас перед носом.
Как и следовало ожидать.
Я моргнула, глядя на него, не зная, что сказать.
— С твоего позволения, — сказал он, — я вернусь через несколько минут и отвезу тебя домой.
Он повернулся и оставил меня прямо там, где я стояла.
Приросла к месту.
Стоя на ногах, которым я не доверяла, без поддержки его рук. Мое сердце безжалостно колотилось в груди. Чувствуя, как холод проникает в мою кровь из-за его внезапного отсутствия, и моя голова задается вопросом обо всем, что произошло сегодня вечером, независимо от того, как сильно я напоминала себе, что это ничего не значит.
 
Совсем ничего.
Мы никогда не были друзьями.
Мы снова стали теми же Аароном и Линой, какими были всегда, и это было то, что никогда не изменится.
 Глава 10 
Когда я вошла в штаб-квартиру InTech в следующий понедельник, у меня было такое чувство, будто я проглотила свинцовый шарик вместе с кофе в то утро. И с каждым шагом, который я делала в направлении своего офиса, ощущение усиливалось, как будто шар расширялся и занимал все больше и больше места в моем животе.
Я не чувствовала себя так… неловко с того ужасного звонка пару недель назад, когда я услышала, что Даниель помолвлен. Единственный телефонный звонок, с которого началась ложь.
Но сейчас все было по-другому, не так ли?
Эта тяжесть внизу моего живота не имела ничего общего с тем, что я выпалила в момент отчаяния и глупости.
Хотя, может быть, так оно и было.
Потому что, признание того, что я чувствовала, имело какое-то отношение к тому, как мы с Аароном расстались в субботу, было последним, о чем я хотела думать, но я это делала. И как бы я ни отказывалась тратить ни секунды своего времени на беспокойство по этому поводу, я не могла.
Что было абсолютно нелепо, потому что с чего бы мне хотеть, чтобы прошлая суббота — или он — занял хоть какое-то место в моей голове? У меня не было для этого причин. По крайней мере, не сознательно. Мы не были друзьями. Мы ничем не были обязаны друг другу. И что бы он ни сказал — или сделал, или как выглядел, или как пах, или как он улыбался, или обнимал меня, когда мы танцевали, или даже что бы он ни прошептал мне на ухо, черт возьми, — это должно было отскочить от меня.
Но, очевидно, у меня в голове были другие мысли.
 «— Быть твоим другом всегда было последним, о чем я думал» 
Это были его слова. Он не мог сказать это яснее.
Меня это устраивает. Я тоже никогда не хотела быть его другом. За исключением, может быть, пары дней, когда он только начинал работать в InTech.
Но тот корабль уже давно отплыл. Я внесла его в черный список не просто так, и именно там он должен был остаться. В моем черном списке.
Единственная крошечная проблема заключалась в том, что я вроде как нуждалась в нем. И я… Господи. Я разберусь с этим позже.
Стряхнув с себя всю драму Аарона и глубоко похоронив это ядро беспокойства, чтобы оно не переросло во что-то другое, я положила сумку на стул, схватила свой ежедневник и направилась в кабинет, где проходил наш ежемесячный Breakfast & Broadcast. Джефф, наш босс и руководитель отдела решений компании, и все пять команд, которые он координировал, приняли участие. И нет, мы не завтракали и не смотрели новости. К несчастью. Это была просто встреча, которая проходила раз в месяц, где подавали плохой кофе и жалкое подобие печенья, и где Джефф информировал наш отдел о последних новостях и объявлениях.
Будучи одной из первых в кабинете, я заняла свое обычное место, открыла свой ежедневник и просмотрела несколько напоминаний, которые я записала на неделю, пока кабинет заполнялся людьми.
Почувствовав мягкое прикосновение руки к своей руке и легкий аромат персиков, я обернулась, уже зная, кого найду улыбающимся мне сверху вниз.
— Хэй, пойдем к Джиму или к Грини на обед? – спросила Рози приглушенным голосом.
— Я бы продала свою душу за рогалик от Джима, но я не должна их есть, — сегодня определенно был не салатный день, мое настроение упало бы еще больше, но свадьба была не за горами. — Поэтому, Грини.
— Ты уверена? — взгляд Рози скользнул к печенью, разложенному на узком столике у входа в комнату. — Боже, они выглядят хуже, чем обычно.
Я усмехнулась, и прежде чем я смогла ответить, у меня заурчало в животе.