Его адептка. Светлая для Темного

«Спроси, какого гхара Элена до сих пор торчит в столице!»
– Меня…
«Она давно должна была вернуться в Сумеречье!»
– Элена должна…
«Да тут никто не знает, как ей помочь!»
– Хватит. У меня сейчас голова взорвется, – прошипела еле слышно, но отчего-то в комнате стало тихо.
Элена Сатор поднялась с кресла, подошла ко мне и, склонившись к моему лицу, прошептала:
– Папа, ты здесь?
Посреди гостиной сложилась знакомая кирпичная стена, и на ней вспыхнули огненные буквы: «Привет, золотко».
Следом раздались аплодисменты в исполнении лорда Льена.
– Браво, Элена! Это самый быстрый сеанс вызова призрака на моей памяти.
Следом в гостиной разверзлось зеленоватое око портала, сформированное принцем Элмаром.
– Уважаемый… – Он кивнул целителю. – Леди… – Учтивый поклон придворным дамам.
Те без лишних слов проследовали к переходу, а едва за ними закрылся портал, Элена тронула меня за руку:
– Дашь мне его? Кулон. Я хочу поговорить с отцом.
– Я возражаю! – Элмар обнял Элену за талию и мягко, но настойчиво оттащил в сторону. – Этот фиал – творение демона, который едва не утопил целый город в крови. Ты не будешь к нему прикасаться.
– Там мой отец! – Элена сжала руки в кулаки, фиалковые глаза ночной фурии заволокла Тьма. – Он мне нужен.
– Понимаю, – мягко произнес лорд Льен. – Вопрос, на что готов пойти Эдриан, чтобы снова обнять дочь.
Иллюзорные буквы вспыхнули снова.
«На все. Льен, я сделаю все, что ты скажешь».
– Приятно иметь дело с таким сговорчивым темным, – тягуче, с откровенным наслаждением произнес демон.
За три года мое отношение к лорду Льену менялось несколько раз. Первая влюбленность оказалась сметена горьким разочарованием и обидой; позднее, когда по моим пятам шли ищейки Темного Альянса, к этим эмоциям добавился страх. А потом лорд Льен сделал так, что я начала узнавать его заново. Медленно, постепенно этот мужчина раскрывался для меня с совершенно другой стороны. Он был ответственным, заботливым и мог сровнять горы с землей ради тех, кто был под его защитой. И все же лорд Льен оставался одним из самых виртуозных манипуляторов этого мира, высшим демоном, умеющим добиваться своего.
Эдриан Сатор был сломлен. Я чувствовала его ярость и безысходность. Это было безоговорочное поражение черного мага, готового принять любую судьбу и наказание, чтобы оказаться рядом с дочерью, которая носила новую жизнь.
Лорд Льен использовал в своей игре еще не рожденного ребенка!
– Аратэль, вас традиционно что-то не устраивает? – в мягком, бархатном голосе отчетливо угадывался смех.
Светлые эльфы миролюбивы, нас с детства учат жить в гармонии с природой, мы храним безоговорочную верность и преданность друзьям и тем, кого впустили в свое сердце. Но сейчас я была готова стукнуть лорда Льена чем-нибудь тяжелым!
Я все-таки передала Элене фиал души ее отца. Лорд Льен не возражал, так что принц Элмар остался в меньшинстве. Чувствовалось, что его высочество не рад возвращению черного мага. Зато Элена была счастлива. Получив медальон, она с комфортом устроилась в кресле и замерла с блаженной улыбкой на лице.
Приятно, когда ты можешь принести кому-то счастье.
Вот у лорда Льена были совершенно иные приоритеты. Ему нравилось выводить из себя окружающих, и не важно, кто это был: мертвый черный маг или же вполне себе живой император огромной империи.
Лорд Тадеуш Эртшар Аргамат призвал своего главнокомандующего в тронный зал с помощью печати вызова. Зловещий зелено-желтый череп материализовался в воздухе и провыл: «Немедленно во дворец! Не заставляй себя искать».
– Лорд Льен, что происходит? – Принц Элмар обеспокоенно нахмурился.
– Не бери в голову. Позаботься об Элене. Аратэль, хотите увидеть императора? – Демон галантно подал мне руку.
Разве я могла отказаться?
* * *
Лорд Адамант Вэриан Льен, высший демон Бездны, Первый паладин Мрака и главнокомандующий Темного Альянса возомнил себя бессмертным. Светлые духи, как же он решился провернуть такое?!
Для начала он рассорил Совет Темных. С моей помощью!
Сильнейшие темные империи чуть не поубивали друг друга, попав под воздействие эфира истины, самым наглым образом похищенного из заначки братьев Ревейн. Лишь вмешательство императора остудило горячие головы и прекратило побоище.
И это было только начало.
Лорд Льен вынудил лорда Насура, второго члена совета, принести клятву верности Элене Сатор, а потом принял вызовы на дуэль от оставшихся трех.
И победил.
А я-то гадала, куда это лорд Льен запропастился. Пыталась представить, какими важными делами он занят. А он в это время бился в дуэльном круге.
Трижды!
Последний поединок завершился сегодня на рассвете, отправив противника лорда Льена в земли темных дриад.
– Льен, Великая мать требует твою голову. Дриада в ярости… – голос императора звенел от сдерживаемой ярости.
– Женщина. Я голову ее сына не трогал, – весело и несколько фамильярно бросил лорд Льен.
– Нет, ты всего лишь превратил его в едва жизнеспособное умертвие! – Император привстал на троне, от сцепленных на подлокотниках рук исходило зеленоватое сияние.
Воздух в зале стал холодным, морозным, красивейший узор из плит на полу подернулся коркой инея. Факелы на стенах погасли, а сквозь стены проступили призрачные фигуры стражей, охраняющих дворец некроманта. Я испуганно придвинулась к лорду Льену, даже то, что аудиенция проходила без свидетелей, уже ни капли не успокаивало.
– Ваше величество, вы пугаете нашу гостью.
Лорд Льен ободряюще мне улыбнулся и провел пальцами по щеке.
– Я вызвал тебя одного, – сухо бросил император и задумчиво уставился на меня. – Перерожденная из Ильноора?
– Леди Аратэль из клана Золотой лозы, – тихо, но твердо произнесла я.
Удивительно, но даже голос не дрогнул.
Размеры тронного зала подавляли. Он был больше раза в три, чем зал во дворце Владыки Араэна, с массивными колоннами и стенами, увешанными металлическими пластинами, на которых выбиты слова клятв роду Аргамат. Эти артефакты позволяли императору связываться с теми, кто поклялся ему в верности, и переносить их во дворец в случае необходимости.
– Подойди. Рассмотрю тебя получше. – Император махнул мне рукой.
Я сделала несколько осторожных шагов к трону и вздрогнула, почувствовав, как скользят по телу чешуйки доспеха.
Лицо императора удивленно вытянулось.
– Простите. Я плохо контролирую метаморфов.