Между нами война

— Ну что? Выбрали? — спросил Велгард, я кивнула и потянула их к столу.
Мне очень хотелось есть. За столом уже собрались мужчины моей мамы — Клаус, Раэль и ледяной, совершенно не похожий на гиганта. Он выглядел молодо: чистое без щетины лицо, льдисто-голубые глаза, блондинистые, с голубым отливом, длинные волосы. А когда он улыбнулся, показывая ямочки на щеках, помолодел ещё больше — ну, чисто ребёнок. Мама моя совращает подростков.
— Сколько вам лет? — бестактно ляпнула я, продолжая во все глаза рассматривать "дедушку".
— Я перестал считать после третьего тысячелетия, — ответил товарищ. Потрясённо присвистнула, и он рассмеялся, подмигнув мне.
Это и есть свирепый гигант из легенд? Где-то нас обманули. Он похож на ангела.
Мы расселись по своим местам, и дождались последних задержавшихся — это были Каролина с Лареной, которые вплыли в гостиную, держась под ручки. Кумихо грозно тявкнул, фыркнул и хлопнул окном, всем своим видом показывая, что он в спектакле не участвует. Вильнул пушистыми хвостами и ушёл в сад.
Раэль холодно посмотрел на свою дочь и, поджав губы, отвернулся. Кажется, ему вернули мозги на место, безумно интересно — как? Остальные играли роль радостных родственников. Хокай подошёл к нам, сел рядом с Арсланом, и посадил Мирона к себе на колени.
— Вы нашли способ защититься от её воздействия? — шёпотом спросила у Арслана. Он кивнул, подтверждая, и скосил глаза на свои руки, шевеля пальцами. Приглядевшись, на одном из пальцев увидела печатку в форме головы орла. Бросила взгляды на руки остальных мужчин — у кого были видны кисти рук, везде я видела такое же кольцо, только у мамы вместо него на блузке красовалась брошь. — Откуда так быстро достали такое количество?
— Магия Хокая! Пока вы выбирали платье, мы тоже развлекались, — тихо ответил Арс.
Ларена присела возле своего отца и провела рукой по плечу, словно стряхивая несуществующие пылинки.
— Папочка, путешествие пошло тебе на пользу, — улыбалась эльфийка.
Раэль опустил глаза, разглядывая белоснежную скатерть. Я понимала — у мужчины шла серьёзная внутренняя борьба. Как ни крути, Ларена — его дочь, и узнать о таких вопиющих деяниях родной крови — большой удар для любого родителя. Мужчина даже слегка постарел на вид, а его лоск потускнел. Однако он постаралс взять себя в руки — выдохнул, расправил плечи и поднял голову. Натянуто улыбнулся дочери и поцеловал её в лоб. Антонина Ивановна сжала его руку, посылая жениху ласковую улыбку. Велгард прочистил горло и отвлёк внимание присутствующих на себя. Градус напряжённости снизился, а я приступила к уничтожению обеда, совершенно не слушая, о чём там болтают родственники.
— Ты согласна? — спросила Каролина, отвлекая меня от вкуснейшего мяса в кисло-сладком соусе, буквально таящего во рту.
— Вы о чем? — уточнила я, пыталась проглотить непрожёванный кусок и не поперхнуться.
— Ларена будет твоей подружкой невесты, — улыбнулся дракон, а я всё-таки поперхнулась. Из моих глаз брызнули слёзы, я закашлялась и хватала ртом воздух, и не потому, что мясо застряло в горле. Арслан хлопнул меня по спине и сунул в руки стакан с водой.
— Только через мой труп, — просипела я, проглотив с трудом помеху.
— Ты все ещё злишься, — печально вздохнула Ларена, строя из себя дурочку. Актриса, блин, погорелого театра.
— Хватит, Ларена! — не выдержал папа-эльф и, со скрипом отодвинув стул, встал. Он посмотрел на нас всех, покачал головой и направился на выход.
— Раэль! — попыталась остановить своего жениха мама.
— Прости, Тоня, поговорим немного позже, — грустно ответил он, посмотрел на мою маму и вышел.
Ларена замолчала, нахмурилась, и внимательно нас оглядела. Кажется, она что-то заподозрила, потому что я опять почувствовала покалывание в районе висков. Перевела взгляд на Велгарда, который широко улыбнулся эльфийке. Ясно, улыбаемся и машем. Тоже натянула улыбку, ощущая, как противятся мышцы лица искусственному оскалу. Дурацкий спектакль, он когда-нибудь закончится? Почему бы не посадить её в тюрьму? Спрошу об этом позже у Велгарда, — решила я. Аппетит пропал. Впрочем, как и у остальных, отметила я, — только одна эльфийка расслабилась, и жуёт довольно свою траву. Всегда знала, что вегетарианцы — зло во плоти.
После обеда пошла укладывать сына, со мной за компанию увязался Хокай. Он вообще был какой-то слегка пришибленный — не узнаю моего остряка, который никогда в карман за словом не лез. Мы зашли в мои покои, Мирон переоделся, умылся и лёг под бочок. Хокай уселся с другого бока.
— Мам, — позвал сын, — ты завтра выходи по-настоящему замуж, ладно?
— Ладно, — кивнула я, обнимая моего принца.
— И за всех пап, даже за папу Корвуса, — зевнул малыш.
— Я бы хотела обойтись без последнего пункта, — пробормотала в сторону, целуя вихрастую макушку, но сын всё равноу услышал.
— Я загадал желание и камушек утонул, поэтому за него тоже, — убеждённо сообщил ребёнок и крепко обнял меня своими ручками.
Хокай громко хмыкнул, и я перевела взгляд на мужчину — он съехал со спинки кровати и улёгся на бок. И тоже обнял меня. Мирон довольно быстро уснул, задавая вопросы Хокаю о каких-то боевых искусствах, а я решила допытать мужчину по поводу их планов на счёт Ларены.
— Зачем вы держите её во дворце, если все уже всё поняли? Почему не выведите на чистую воду? — тихо спросила я, укладывая голову на плечо моего извращенца.
— Велгард предполагает, что завтра на свадьбе будет присутствовать её подельник. Нам нужно поймать их обоих, но пока мы не представляем, кто это может быть, — так же тихо ответил он.
— Зачем Ларене приводить своего напарника на нашу свадьбу?
— Мы считаем, что это либо кто-то из королей, либо из приближённых близких, а собрать всех подозреваемых вместе можно только на свадьбе, или на похоронах, — пояснил Хокай.
— Твоя семья? — я подняла голову и заглянула в глаза ирлинга.
— Вы — моя семья, — улыбнулся он и легко поцеловал в губы, — пойдём, пусть малыш поспит.
Я повисла на спине у мужчины, и он понёс меня на кухню, выбирать торт у королевского кондитера. Мы дошли до огромного помещения, где трудились, по-меньшей мере, десять нелюдей. Между их варочными-жарочными установками стоял длинный рабочий стол, сияющий чистотой и хромом, на котором были выставлены в ряд разнообразные торты. Каких тут видов только не было! У нас даже в крутых кондитерских магазинах такого не увидишь.
Вооружившись изящными десертными вилочками, мы с Хокаем весь день дурачились, пробуя тортики на вкус. Попутно постоянно пачкались в креме, целовались, как подростки, слизывая с губ друг друга сладкие разводы, совершенно не замечая улыбающихся поваров и их помощников. Ближе к ужину к нам вломился злой Велгард, который только что огнём не пыхтел. Зайдя на кухню, узрел картину Репина «Приплыли» — то бишь нас с ирлингом, перепачканных в креме, и кучу разваленных тортов на столе, и оттаял. Накинулся слизывать остатки крема с моих губ, перепачкав ещё и себя.