Между нами война
— Будет, малыш, сейчас я договорю с Карлосом, и подойду к вам, — Каролина отправила Мирона ко мне.
Ребёнок вернулся к моей юбке, и я хотела было спросить, с каких это пор он королеву бабушкой называет? Но решила не делать это при ней — узнаю, когда останемся с сыном наедине. Нет, я была не против, но всё-таки жутко интересно. Через пару минут Каролина освободилась и подошла к нам, потрепала волосы моего сына и улыбнулась мне.
— Ты же не против? — спросила она, чутко уловив мои мысли, отчего я немного напряглась — неужели владеет телепатией? Но, думаю, королева догадалась о волнующем вопросе по моему выражению лица, и сделала правильный вывод. Поскольку также предположила, что Велгард меня предупредил бы о такой важной способности своей мамы.
— Нет, конечно, — пожала я плечами, — если вас это устраивает.
— Я рада, что ты не сердишься, — Каролина сжала мою руку, и мы прошли к столу.
Я заняла своё место, ожидая остальных, Мирон вскарабкался на стульчик возле рояля, Каролина ему активно помогала. Она открыла крышку инструмента и присела рядом с ним. Сын решил показать своё мастерство и начал от души громко и немелодично стучать по клавишам. Я поморщилась.
— Давай, я тебя научу, — предложила бабушка-королева, и заиграла красивейшую мелодию.
Мы с Мироном, Тормунд, даже слуги замерли, когда тоненькие пальчики аристократки проворно забегали по клавишам, и столовая наполнилась звуками чарующей музыки. Она была очень красивая и очень печальная. Я смотрела на пианистку, а перед глазами вставало моё прошлое, даже не заметила, как по щекам потекли слёзы от воспоминаний о тех одиноких ночах, когда я, беременная, ждала Корвуса или хотя бы весточку от него. Как сердце болело от любви, от невозможности прижаться к любимому мужчине и опереться на него, спрятаться от невзгод за широкой спиной. Почувствовала тёплые шершавые пальцы на своей щеке — мои солёные слёзы аккуратно вытирал Арслан; вытерев их, он пересадил меня к себе на хвост и прижал к груди.
— Я не знаю, почему плачу, — прошептала я, — мелодия просто грустная и божественно прекрасная.
Змей промолчал, даря чувство защищённости, которого мне так не хватало на Земле. Он вообще умел молчать тогда, когда не нужны были лишние слова, это так редко встречается у мужчин.
Каролина закончила играть, и мой сын рядом с ней громко шмыгнул — ценитель искусства, как и его мама. Я быстро вытерла остатки слёз и слезла с хвоста чешуйчатого. Бабушка-королева обняла моего мальчика и целовала в макушку.
— У вас талант и музыка замечательная, — улыбнулась женщине, когда она подошла к столу.
— Ох, я росла в такой семье, где девочек воспитывали в традиционном укладе — для моей мамы первое правило было: леди должна уметь играть на инструменте в совершенстве, танцевать на высоком уровне и вышивать как минимум хорошо, — хихикнула женщина.
В столовую зашли остальные члены моей семьи. Деда Клаус был оккупирован мальчиком, а бабушка присела возле Каролины, напротив меня. Последними зашли хмурый Велгард и весёлый Хокай.
— Дядя Велгард! — Мирон бросил мучить оборотня и побежал к королю.
Вел подхватил его на руки и, подбросив, поймал, отчего ребёнок заливисто рассмеялся.
— Здравствуйте, дядя-извращенец, — проявил хорошие манеры мой сынок, обращаясь к ирлингу. Все дружно хрюкнули, мамы прикрылись ладошками, Арслан громко рассмеялся, как и Велгард, я покрылась краской с головы до пят, а Клаус, маскируя свой смех, закашлялся.
— Привет, — улыбнулся Хокай. Он даже не обиделся, — с него всё слетает, как с гуся вода. Пернатый мерзавец.
— Мы начали немного не с того, поэтому позвольте представиться: меня зовут Хокай.
— Я Мирон, а почему вас мама извращенцем зовёт? — гордо пожал протянутую руку ребёнок.
— А давай спросим у мамы, — перекинул стрелки мужчина, и хитро посмотрел на меня.
Я промолчала. Велгард спустил ребёнка с рук и занял своё место в центре, Хокаю осталось место возле Арслана, и я была этому рада. Ужин прошёл напряжённо для меня, и весело для всех остальных. Особенно старалась моя маман. Она рекламировала меня почище профессиональной свахи на рынке невест: я и за ребёнком успеваю смотреть, и блины пеку, и стираю, и глажу, и готовлю, осталось ещё сказать, что я с частушками выступаю, и можно уносить меня, такую золотую, в пещеру и прятать подальше от людских глаз, иначе украдут. Я молчала и пыхтела, аки паровоз.
Как только ужин закончился и внесли разноцветное мороженое, я извинилась перед всеми и встала. Сил оставаться и терпеть этот спектакль просто не осталось. За мной вскочил Велгард; Арслан остался и придержал Хокая.
— Что-то не так? — спросил дракон, как только мы вышли в холл.
— Всё не так, — вздохнула я, — зачем ты его оставил здесь? Я не хочу его видеть.
— Он тоже твой истинный. Я понимаю, ты не готова его принять и начать строить семью — но лучше держать ирлинга на виду, мало ли, что взбредёт ему в голову, — Велгард обнял меня. — Он не будет к тебе вламываться, пообщаешься, когда захочешь.
— Ты говорил о каком-то парке для детей с аттракционами, мы можем пойти туда? — попросила я.
— Конечно. Я хотел предложить тебе завтра пойти посмотреть подводный мир, сегодня слишком много дел прибавилось, — дракон немного посмурнел.
— Тогда лучше завтра сходим, а сегодня мы дома посидим, — настроение улучшилось, и я закинула на его плечи ручки.
— Договорились, — я потянулась за поцелуем, Велгард тут же склонился и накрыл мои губы своими.
— Мирка, — прервала нашу нежность матушка, — ой, простите, что помешала.
— Чего? — недовольно оторвалась от губ мужчины.
— Пойдёшь со мной в храм? Хочу свечку поставить, поблагодарить Богов, — предложила Антонина Ивановна.
— Хорошо, давай сходим, — согласилась с ней, а про себя подумала, помолюсь, чтоб ей боженьки добавили истинных, и она ненадолго забыла о моей личной жизни.
— Отлично! — хлопнула в ладошки мама. — Клаус, собирайся, милый.
В холл вышел Арслан с Мироном на руках; малыш держал мужа за хвост и жмякал. Ну точно анти-стресс ребёнку, получше всяких китайских POP-IT. Велгард ещё раз поцеловал меня и ушёл по делам в кабинет, пообещав, что сегодня разберётся со всеми срочными и неотложными бумагами и делами, а завтра будет полностью в моём распоряжении. Арслан оставил мне Мирона, и пошёл следом. Мы с ребёнком вышли в сад подождать родительницу там.
— Маам, — привлёк внимание Мирон, — как думаешь, дядя Арслан захочет быть моим папой?
Я остановилась и уставилась на ребёнка.
— Ты хочешь, чтобы он был твоим папой? — я помнила, как такой же вопрос задал Мирон бабушке, но решила сама поговорить с малышом.
— Да, — кивнул он, — очень хочу.
— Я у него спрошу, — пообещала я.