Любовь в объективе
Она замахивается, чтобы ударить снова. Но я перехватываю её хрупкую ручку в воздухе. Она дёргается, пытается вырваться.
– Отпусти! – кричит мне в лицо.
– Надо убедиться, что ты не захочешь зарядить мне снова. Пока не буду в этом уверен, не отпущу, – издеваюсь над ней.
На удивление, она перестаёт дёргаться и пододвигается ближе. Так близко, что я чувствую запах её кожи. Губы дёргаются сами. Я уже не могу терпеть. Этот запах вызывает во мне животные чувства. Хочется поставить её на колени прямо здесь. Или лучше развернуть, нагнуть раком и показать, кто здесь папочка? Хорошенько отшлёпать непослушную сучку.
– Тогда нам придётся стоять тут вечно, потому что мне очень даже понравился звук пощёчин, прилетающих по твоей наглой роже, – цедит сквозь зубы она. Щуриться. Что? Что это значит? Что ты увидела, дорогая? – Боже, – тут же отодвигается, смотрит вниз. На мои штаны? А-а, я тебя понял. Нравится, что ты видишь ниже пояса? Там уже всё готово, дорогая. Осталось только усмирить тебя и преступить к делу. – Ты что, извращенец?
Я улыбаюсь.
– С такими как ты, всегда, – отвечаю я.
– Придурок!
Она дёргает руку, я отпускаю. Не хочу, чтобы малышка заплакала. Мне не нужны страдания. В вопросе психологического и физического давления главное – не передавить. Иначе получишь не горячую стерву, а заплаканную, испачканную тушью обиженку.
Она разворачивается и уходит. Я не бегу. Не собираюсь преследовать её. Своё слово я сказал. Теперь её очередь. Но всё же, на всякий случай нужно подстраховаться.
Достаю мобильник, набираю Майка, слушаю гудки.
– Да? Что такое?
– У меня к тебе задание, – без лишних предисловий говорю я.
– Задание? – удивляется он. – С каких пор ты раздаёшь мне задания.
– С каких пор ты возмущаешься?
– С тех самых, когда ты перестал быть звездой мирового масштаба.
Пальцы сами сжимают телефон. Я готов швырнуть его в стену. Готов растоптать остатки. Проблема только в том, что я сейчас не про телефон.
– Майк, – цежу сквозь зубы я, – ты перегибаешь.
– Мы только сегодня с тобой об этом разговаривали. Ты ничего не понял?
– Сейчас я понимаю только то, что ты обнаглел!
– Крис, – вздыхает менеджер, – ты можешь кричать на меня, раздавать мне задания и говорить о том, какой я тупой и какой я мудак, но только в том случае, если твои финансы позволяют тебе это. Сейчас ты в таком положении, что я не советовал бы тебе грубить. Ещё чуть-чуть и ты лишишься своего последнего, самого давнего, союзника.
– Это ты про себя что ли?
– Ну а про кого ещё? Все, кто начинал с тобой, давно разбежались. Только я всё ещё верю, что из тебя можно сделать человека. Но если ты и дальше будешь вести себя так, мне придётся искать новую работу. Понимаешь, Крис?
Я молчу. Ненавижу, когда мне ставят ультиматумы. А это чистой воды ультиматум.
В итоге решаю перевести тему:
– Задание, Майк, – напоминаю я, всё ещё сдерживая злобу.
Он снова вздыхает. Вот ведь! Ублюдок!
– Что за задание? – спрашивает он.
– Нужно пробить одну девчонку. У меня есть номер телефона и имя с фамилией.
– Я что, по-твоему волшебник? Или ты думаешь, что я на выходных в спецслужбах подрабатываю.
– У тебя не может быть выходных, – говорю я. А затем добавляю: – Всю информацию отправлю сообщением. Всё. Конец связи.
Сбрасываю звонок, глубоко вдыхаю и… швыряю телефон так, что он долетает до стены, где и разбивается на кучу мелких кусочков.
Глава 7.Эвелина.
Я никогда не считала себя слабой. Можно ли вообще считать себя слабой, когда в двадцать лет ты переезжаешь в чужую страну, где нет ни родственников, ни друзей, ни знакомых? Всё, что у меня было: немного сбережений и, самое главное богатство любого человека, – мозг. Я прекрасно владела иностранным языком, была (и остаюсь до сих пор), отнюдь, не глупым человеком, и единственное, что могло как-то омрачить мою грандиозную поездку – слишком завышенные амбиции. Да-да, именно так. Обычно, принято считать, что хорошие амбиции открывают многие двери, но я никогда так не считала. Потому что, повторюсь, у меня были мозги. Я понимала, что слишком большие требования к себе могут не совпасть с моими возможностями в совершенно незнакомом для меня мире.
Задача была простой – перебраться за океан и построить карьеру мировой кинозвезды. Казалось, бы, план – проще простого. Но вот исполнение… Как говориться, дьявол кроется в мелочах. Так и вышло – именно непродуманные мелочи чуть не погубили мою ещё не зародившуюся толком карьеру.
Во-первых, хоть с жильём я и разобралась, то вот с постоянным заработком оказалось сложнее. Первое место, в котором пришлось применять свой актёрский талант, стала захудалая кофейня на углу дома, построенного ещё в прошлом веке. Через несколько месяцев безуспешных хождений по кастингам я поняла, что потянуть аренду с зарплатой официантки я не могу. Пришлось съезжать в более бедный район и арендовать место в общежитии. Во время поисков даже всерьёз задумывалась об аренде трейлера в самом, наверное, бедном районе из всех бедных районов города. Благо, этот вариант обошёл меня стороной и общежитие оказалось не таким уж и плохим вариантом на фоне загородной жизни в трейлере пятидесятилетней выдержки.
Благодаря жизни в общежитии мне удалось познакомиться с многими интересными людьми, большинство которых оказались моими земляками. Как только по новым знакомым стал ходить слух, что я собираюсь стать киноактрисой, в мой адрес посыпалось множество насмешек, мол: да тут каждый третий хочет стать либо актёром, либо певцом, либо ещё какой знаменитостью. Одни начали советовать завести свой блог и рассказывать о жизни за границей, другие жалели и приписывали мне скорый крах надежд. Но я не сдавалась.
Одним прекрасным утром, завтракая на общей кухне, я заобщалась с одной из своих новых знакомых, и в итоге та по секрету сообщила, что собирается на прослушивание для съёмок в какой-то рекламе. Коммуникабельность – вот мой второе оружие. Я никогда не стеснялась, а потому запросто могла найти язык, как с самым образованным человеком на свете, хваля его достоинства (ведь все мы так любим, когда нас хвалят), так и с самым безмозглым придурком, умеющим, разве что, только махать кулаками (тоже за счёт тех же восхищений). Как правило, каждый из таких разговоров начинался с недоверия и пренебрежения в мой адрес, но я быстро ловила нужную волну, начинала задавать только те вопросы, которые интересовали собеседника, собеседник же, видя это, в свою очередь проникался интересом ко мне, и так я по итогу получала то, что было нужно уже мне. Нет, я не психолог. Но малейшее знание основ в любой сфере ещё никогда и никому не вредило. Именно так и произошло за тем судьбоносным завтраком. Я знала о прослушивании, знала, что девушка уже успела сняться в некоторых рекламах, а потому знала, что только хороший разговор мог помочь мне завоевать её доверие.