Сокола видно по полёту
— Ты надо мной подшучиваешь? — с подозрением спросил Роберт.
— Нет, милорд. У меня был один друг, у которого есть конь — большой и сильный. И чёрный, словно беззвёздная ночь. Он никого не подпускал к себе, только своего хозяина. Остальных лягал и кусал. Но я с ним подружилась.
— Как? — покрасневшие глаза Роберта удивлённо распахнулись.
— Я угощала его сладкой осокой. Когда я была такого же возраста, как вы, мы часто бегали из замка с одним моим другом играть на озеро. Дёргали там осоку и ели белые сладкие корешки. Иногда у нас даже животы болели. — Роберт неуверенно хихикнул, а Бриенна продолжала: — Сначала тот чёрный конь воротил от меня морду, но потом привык ко мне, стал брать из рук осоку и позволял себя гладить. Лошади любят сладкое, их можно соблазнить кусочком сахара. Тогда у меня не было сахара, но и осока сгодилась.
— Правда? — спросил Роберт недоверчиво и шмыгнул носом. — Я хочу проверить, но… я не спускаюсь вниз.
— Почему не спускаетесь? — удивилась Бриенна. — До Небесного замка путь непростой, но ради лошадок мы можем с вами это сделать. Наберём полные карманы сахара и спустимся!
— Я не могу, — помотал головой Роберт. — Матушка говорит, за стенами Орлиного Гнезда мне грозит опасность.
Бриенна с сочувствием посмотрела на лорда Долины. В свои одиннадцать лет он выглядел максимум на восемь — невысокий, тоненький и слабый, с тёмными нездоровыми полукружиями под слезящимися глазами и сопливым носом. «У м’лорда трясучка, — сказала ей толстая Мадди, застилая в гостевой комнате постель и взбивая подушки, — потому говорить с ним надо ласково и не спорить. И он шум не любит». В первое утро, ещё не зная об этом, гости взялись за мечи — Бриенна хотела продолжить обучать Подрика искусству боя, несмотря на его не до конца зажившую рану. Но мейстер Колемон поспешно выбежал во двор и попросил прекратить, очень уж лязг оружия пугал юного лорда.
Сама Бриенна всё же посетила Небесный замок — не только, чтобы проверить, хорошо ли смотрят за их лошадьми, но и чтобы отвлечься от тяжёлых дум. И несколько сот футов, которые нужно было пройти пешком внутри горы по трубе со ступеньками, её не остановили. В день приезда они так устали, что сил глазеть по сторонам у них не осталось, сейчас же замок Бриенну разочаровал. Он состоял лишь из прилепившейся к скале высокой стены, казармы и конюшни. Стену, сложенную полукругом из необтёсанных камней, покрывал слой наледи, в некоторых местах с неё свисали длинные сосульки. В обустроенной в скальном отверстии за замком казарме расположился небольшой гарнизон латников, а конюхи жили в крохотном домике при конюшне, в которой содержались лошади. Но уходом за животными Бриенна осталась довольна.
В остальное время она чистила свои доспехи и обувь, латала прохудившуюся в путешествии одежду. Однако никакие привычные дела не смогли унять тревогу, поселившуюся в её душе с того самого дня, как они с Подриком приехали в Гнездо.
Трапезы в Утреннем чертоге проходили уныло и иногда заканчивались припадками Роберта, после чего слуги уносили его в постель. Гости от этого чувствовали себя неловко, отводили взгляд, благодаря за угощение, и разбредались потом по замку, стараясь не попадаться хозяевам на глаза.
В следующий раз Бриенна столкнулась с Робертом через пару дней, когда немного заплутала в пустынных коридорах и, спустившись по одной из крутых лестниц, попала в узкую галерею, сложенную из местного серого гранита. Заметив в нише окна тщедушную фигурку, она остановилась.
— Что вы здесь делаете, милорд? — спросила Бриенна, внимательно всматриваясь в заплаканное бледное лицо. — Тут прохладно, а вы так легко одеты…
— Арья толкнула меня, — плаксиво пожаловался он, и уголок его губ задёргался от нервного тика. — Я хотел посмотреть её меч, но она не дала и толкнула меня. Она злая! — крикнул он. — Я прикажу кинуть её в Лунную дверь!
— Вы не можете сделать этого, милорд, — сказала Бриенна.
— Почему? — хлюпнул носом Роберт.
— Она ваша гостья, а законы гостеприимства запрещают такое делать. Арья пришла к вам за помощью и защитой. Вы не можете обидеть того, кто доверился вам.
— Но она первая меня обидела! Она злая! — снова крикнул Роберт и топнул ногой.
— Совсем недавно она лишилась родителей. Её старшего брата убили, другой стал дозорным на Стене, а остальные пропали. Их дом в руках врагов, — терпеливо урезонивала его Бриенна. — Арья не злая, просто она очень напугана. Не знает, что ей делать и кому можно верить. Она обычная слабая девочка, которая спряталась у своего могущественного кузена, лорда Долины. Только вы можете спасти её, милорд. Вы ведь защитите Арью, правда?
Большие карие глаза Роберта, сейчас некрасиво опухшие, вспыхнули сначала от гордости, а затем от восторга. Он обрадованно кивнул. Но потом губы опять задёргались, их изогнула плутоватая улыбка, и Роберт хитро прищурился, словно раскусил коварный ход.
— Но тогда придётся в Лунную дверь скинуть тебя, — сказал он торжествующе.
— Меня тоже нельзя, — с видимым сожалением развела руками Бриенна.
— А тебя почему нельзя? — искренне удивился Роберт.
— Я не сделала ничего плохого. И я спасла вашу кузину от смерти. За что же меня кидать в Лунную дверь?
Роберт наморщил лоб, раздумывая, а потом с вызовом глянул на Бриенну.
— Я хочу, чтобы ты полетала! Я лорд Долины и могу делать, что хочу! — заявил он. — Давно-предавно Аррены были королями… Я потомок королей, ясно тебе?!
Бриенне показалось, что он сейчас высунет язык, дразня её, и с трудом удержалась от улыбки.
— Тарты тоже когда-то были королями, — сообщила она ему. Её тон не изменился, она продолжала говорить всё так же спокойно и уважительно. — У нас даже была королева-рыцарь. Её звали Бриенна, отец назвал меня в её честь. Она жила тысячи лет назад, защищала слабых и помогала тем, кто попал в беду. Про неё слагали легенды и пели песни. А у вас были королевы-рыцари? — И когда Роберт нахмурился, а потом обиженно помотал головой, Бриенна пожала плечами, словно извиняясь: — Ну вот, а у нас были…
Роберт скосил глаза, рассматривая мрачную каменную стену, и вытер нос рукавом.
— Ты расскажешь мне? Расскажешь про ту королеву? А то мне уже надоело про Крылатого Рыцаря, — сказал он просяще, легко забыв о своих обидах и угрозах.
— Охотно расскажу, — сказала Бриенна.
— Ты придёшь ко мне вечером? Почитаешь мне перед сном? — Он уже хлопал от восторга в ладоши и подпрыгивал в нетерпении. — Ты споёшь мне песню?
— Обязательно, милорд. Но мы должны сначала спросить разрешения у вашей матушки.
Вечером Бриенна поднялась по лестнице, прошла по галерее в Лунную башню и постучала эфесом меча в дубовую четырёхдюймовую дверь. Роберта уже переодели ко сну, и он прыгал на кровати в длинной, до пят ночной рубашке. Увидев, кого впустил мейстер Колемон, он закричал, продолжая скакать: