Тени и химеры

– Надо было украсть карету, – заметил Эней, когда они подошли к месту, указанному стражником. – Мы опоздали, Сяо уже может быть где угодно.
– Вон там! – сказала Брисеида. – Разве не он зашел в ту дверь?
– Прячьтесь! – пробормотал Леонель, уводя их за яблоню на краю аллеи. – Друзья мои, это шанс всей нашей жизни, – добавил он, как только они нашли укрытие.
Министр Сяо вошел в обнесенный стеной квартал через маленькую заднюю дверь, к которой можно было подойти по пешеходному мостику, пересекающему канаву. Леонель подбежал и безуспешно толкнул дверь. Главные ворота района были уже закрыты, несмотря на барабанный бой, который продолжал раздаваться на пустынных аллеях.
Леонель подошел к большим деревянным дверям и стукнул кулаком.
– Как нам войти? – спросил он, обернувшись, поскольку дверь оставалась закрытой.
Эней изучал пористые земляные стены в поисках удобных точек для подъема.
– Сначала мы должны обнаружить Альфу, – сказала Брисеида, которая шла по небольшому выступу между рвом и большой стеной квартала, сканируя потемневший земляной фасад. – Если Сяо увидит нас издалека, у него может возникнуть искушение остановить время, а без моих песочных часов я ничего не смогу сделать.
– Мы подкрадемся к нему сзади и выведем из строя, чтобы он не звонил в колокольчик, – сказал Эней, наваливаясь всем своим весом на деревянные двери.
– Да, с нашими плащами-невидимками это будет проще простого, – проворчал Леонель, дергая за одну из алых кисточек на своем огромном головном уборе.
Как раз когда прозвучал последний барабанный бой, открылась вторая задняя дверь, рядом с той, где исчез министр. Наступила тишина, когда толстый мужчина с распухшим красным носом оглядел Брисеиду с ног до головы.
– Вы певцы? Очень вовремя, комендантский час уже наступил.
– Да… Это мы, – сказала Брисеида, приближаясь к нему.
Мужчина пропустил ее вперед, а затем вздрогнул, увидев двух парней.
– Боже… они уродливы! – воскликнул он, прищуренно разглядывая греческий нос Энея, впалые щеки и густые брови Леонеля, скрытые под слоями белого и красного грима.
– Ты тоже, – ответил Леонель тоненьким, плавным голосом, проталкивая его вперед.
– Сегодня плохое освещение, – извинился Эней писклявым голосом, остановившись на подъездной дорожке. – Луна светит тускло.
Мужчина последовал за ними, пыхтя и топая по маленькому извилистому проходу с идеально гладкими стенами. Из открытых окон на втором этаже проникал рассеянный красноватый свет, неприятный запах и несколько тихих мелодий, скрывающих подозрительные звуки.
– Что вам спеть? – спросил Леонель.
– Песни, – пробурчал толстяк, пыхтя.
– Почему вы так долго! – крикнул долговязый мужчина из подсобки заведения в конце перехода. – Все уже началось! Что все это значит? – сказал он в недоумении, схватив Леонеля за подбородок и взглянув на Брисеиду.
– Э, – сказал толстяк, – западные принцессы для оперы генерала Чу…
– Это прекрасные экзотические принцессы? Сегодня в доме Яо присутствуют приятные люди, некоторые чиновники! Нам нужно что-то достоверное!
– Западные женщины очень мужественны, – сказал Леонель своим фальцетным голосом, отступая в сторону, чтобы пройти внутрь, – вы не увидите ничего более достоверного.
Брисеида без колебаний нырнула в затхлый воздух задней комнаты таверны.
– Хорошо, что мы знаем роли! – услышала она комментарий Энея за спиной.
Она заметила свет, прошла к большой, шумной, наполненной дымом комнате.
– Не так быстро! Куда это ты собралась? – воскликнул хозяин дома, оттаскивая ее назад. – Артисты там!
Он втолкнул ее вслед за Энеем и Леонелем в небольшой коридор, который огибал большую комнату.
– Он здесь! – прошептала она своим друзьям. – Сяо находится в задней части комнаты, я только успела мельком увидеть его, он разговаривает с человеком, сидящим за колонной. Лица его не разглядела.
– Они смотрят на сцену? – спросил Леонель.
– Нет. Сяо очень внимательно слушал своего собеседника.
– Значит, у нас есть шанс.
– Нельзя рисковать тем, что нас заметят отсюда! – запротестовала Брисеида, в ярости понимая, куда ведет маленький коридор.
– Главное – действуй уверенно, будто знаешь, что делаешь, – заверил ее Эней. – Все, что тебе нужно сделать, это просто повторять за нами.
У Брисеиды не было времени ответить. Мужчина взял ее за рукав и вытолкнул на сцену рядом с Энеем, который отыгрывал роль принцессы Лиз с поднятыми руками и расширенными от испуга глазами.
Рядом с ним генерал Чу рассказывал свою грандиозную эпопею в сопровождении четырех танцовщиц, которые были более обнаженными, чем в оригинальной версии.
Брисеида быстро спрятала лицо в рукавах. Она хотела определить местонахождение внушительной фигуры министра Сяо, но свечи озаряли сцену и ограничивали ее обзор. Она могла различить только первые ряды зрителей, которые весело смеялись и кричали, их чаши с рисовой водкой были наполнены до краев. Один из них встал и бросил свой колпак к ногам Брисеиды, которая стояла посреди сцены.
– Танцуй!
Леонель толкнул ее в спину.
– Проснись! – прошипел он с улыбкой застывшей принцессе При Цэ Ис, прежде чем начать пируэт.
Брисеида неуклюже подражала ему, а затем плохо изображала отчаяние перед воображаемым тигром, которого не потрудились повторить на картоне в версии кабаре. Зрители казались все менее и менее удовлетворенными. Некоторые из мужчин встали, освистывая и указывая на западных певиц.
– Пойте, только пойте ради всего святого! – кричал хозяин дома за кулисами.
Эней прочистил горло и начал произносить слова из оперы. Стало еще хуже. Лучше бы он и вовсе молчал. Музыканты и общий шум частично перекрывали крики недовольных зрителей, но одного взгляда было достаточно, чтобы Леонель и Брисеида согласились: нужно действовать, и немедленно. Леонель подхватил мелодию Энея, чтобы перекрыть фальшивые ноты, а Брисеида вышла на небольшой подиум, расположенный между столами в передней части сцены.
Первые ряды поддержали ее инициативу. Наконец она смогла разглядеть заднюю часть зала и заметила Сяо, как раз вовремя, чтобы увидеть, как он неуверенно смотрит на сцену. Она обернулась в панике и увидела, что Леонель прячет лицо одним рукавом, а другим указывает на зрителей. У ног Брисеиды мужчина с милой улыбкой протягивал руку, чтобы помочь ей спуститься.
Она протянула ему руку с вынужденной улыбкой, сопроводила свое падение плавным движением запястья и согласилась сесть к нему на колени, чтобы слиться с толпой.
– Я твой генерал Чу, не бойся, я спасу тебя от когтей тигра! – радостно воскликнул ее покровитель.