Кровавая плата

Даже без потертого и выцветшего контура, обрисованного мелом, она могла сказать, где упало тело. Машины в округе стояли плотно друг к другу, оставляя свободной площадь для трех автомобилей, как будто насильственная смерть была заразна.
Вики нашла то, за чем пришла, – оно почти скрывалось под древним проржавевшим голубым седаном. Закусив нижнюю губу, она вытащила нож и опустилась на колени рядом с трещиной. Лезвие ушло внутрь на все пятнадцать сантиметров, но трещина оказалась глубже. Красно-коричневые хлопья на стали явно упали в проем не со старой развалюхи.
Она села на пятки и нахмурилась.
– Мне категорически не нравится, как все выглядит.
Вики извлекла стеклянный шарик для игры в марблс и поставила его на то, что осталось от меловой линии, затем слегка подтолкнула. Шарик скатился к стене, прочь от трещины. Ни кровь, ни что бы то ни было еще не потекли бы от жертвы к трещине естественным путем.
– Во всем этом вообще нет ничего естественного, – пробормотала она, запихивая третий пакет для сэндвичей с засохшей кровью к остальным, и на четвереньках поползла за шариком.
Вместо того чтобы выйти через здание, она вскарабкалась по крутому выезду и оказалась на Сент-Клэр Уэст-авеню.
– Простите.
Служащий в будке оторвал взгляд от журнала.
Вики махнула рукой в сторону подземного гаража.
– Вы не знаете, что находится под слоем бетона?
Он посмотрел в указанном направлении, затем перевел взгляд на Вики и переспросил:
– Под бетоном?
– Ага.
– Грязь, мисс.
Она улыбнулась и обошла шлагбаум.
– Спасибо. Вы очень помогли. Провожать не надо.

Рабица слегка запротестовала и просела под весом Вики, пока она вглядывалась в строительную площадку. На данном этапе та представляла собой огромную дыру в земле, с более мелкими отверстиями внутри, заполненными грязной водой. Судя по всему, все оборудование убрали, а работу приостановили. Из-за убийства или погоды, Вики не знала.
– Что ж, – она засунула руки в карманы пальто, – грязь здесь точно есть.
Если тут имелись следы крови, то найти их не представлялось возможным.

– Без проблем, Вики. – Раджит Мохадеван спрятал три пакета для сэндвичей в карман лабораторного халата. – Я могу проверить их в конце рабочего дня, никто и не узнает. Ты будешь в здании?
– Нет. – Вики заметила сочувствие, на миг отразившееся на лице криминалиста, но решила не обращать на это внимания. В конце концов, Раджит оказывал ей услугу. – Если меня не будет дома, оставь сообщение на автоответчике.
– Номер тот же?
– Да.
Раджит широко улыбнулся.
– И то же сообщение?
Вики ухмыльнулась в ответ. Последний раз, когда криминалисты звонили ей домой, пришелся на худшую из ссор между ней и Челлучи.
– Нет, сообщение другое.
– А жаль. – Раджит преувеличенно вздохнул, выражая свое разочарование, когда Вики направилась к двери. – Я уже забыл, куда ты советовала ему засунуть журнал происшествий.
Она отсалютовала ему – напоминание о тех днях, когда она еще была молодой, полной энтузиазма женщиной в униформе, – и вернулась к отчету, который заполняла до того, как ее прервали.
Шагая по коридору, чьи знакомые стены, отделанные белой плиткой, обнимали ее, как старого друга, Вики подумывала о том, чтобы направиться через туннель в главное здание и проверить, нет ли Челлучи на месте. Она могла рассказать ему о трещинах, разузнать, не скрыл ли он еще информацию, и… нет. Учитывая его настроение в прошлый разговор и то, что он не позвонил ей в выходные, она лишь помешает его работе, если заявится, а они не практиковали подобное. Работа всегда стояла на первом месте, а трещины лишь рождали новые вопросы вместо того, чтобы давать ответы.
Вики уже вышла из здания, когда поняла: мысль о том, что другой полицейский сидит за ее столом, никоим образом не повлияла на ее решение. Смутно ощущая, будто она предала свое прошлое, Вики втянула голову в плечи, закрываясь от холодного ветра, и направилась домой.

В течение многих лет Вики обещала, что купит себе хорошее собрание энциклопедий. И годами откладывала это дело. Томики, что стояли у нее дома, были приобретены в продуктовом магазине по пять долларов и девяносто девять центов за книгу, при условии что она потратит десять долларов на продукты. В них почти ничего не говорилось о вампирах.
– Легендарные существа, ага, Центральная Европа, Влад Колосажатель, Брэм Стокер…
Вики поправила очки на носу и попыталась вспомнить, какими характеристиками обладал Дракула у Стокера. Она видела постановку давным-давно и, наверное, даже читала книгу в школе – всего каких-то пару жизней назад.
– Он был сильнее, быстрее, и у него были более развиты чувства. – Она загибала пальцы. – Он спал днем, выходил по ночам, якшался с парнем, который ел мух и пауков.
Скорчив гримасу, она вернулась к энциклопедии.
«Считается, что вампиры, – прочла она, – превращались в летучих мышей, волков, туман или пар». Способность становиться паром объясняла ситуацию с трещинами. Кровь жертвы, будучи тяжелее, осядет в узком проходе.
– И у создания, которое поднимается из могилы, не должно быть проблем с перемещением под землей.
Заложив страницу старым счетом за телефон, она тяжело поднялась из офисного кресла и включила телевизор: ей внезапно понадобилось, чтобы в квартире стало не так тихо.
– С ума сойти, – пробормотала она, вновь открывая книгу.
Вики мерила шагами комнату и читала. Фантастика и реальность переплетались слишком тесно, чтобы сидеть спокойно.
Оставшаяся часть статьи перечисляла различные способы борьбы с созданиями – от осиновых колов до горчичных семян и распятия, – в подробностях описывая использование колов, обезглавливание и сжигание.
Вики дала тоненькому томику закрыться и выглянула в окно. Несмотря на то что фонарь горел всего в трех метрах от ее квартиры, она отчетливо ощущала темноту, наползающую на стекло. Учитывая, что речь шла о существе из легенды, методы борьбы с ним воспринимались очень серьезно.
* * *
На тротуаре позади полицейского заграждения возле четвертого места преступления что-то ползало. Ночь ничего не могла от него сокрыть. Более того, в отличие от остальных, он прекрасно знал, что ищет, и все равно не нашел ничего.
– Ничего, – пробормотал Генри себе под нос, поднимаясь. – Но что-то же должно быть.
Ребенок из его рода мог скрыть следы от людей, но не от себе подобных. Генри поднял голову и принюхался к ветру. Кошка – нет, две кошки охотились, еще до наступления утра пойдет дождь, и…
Он нахмурился, брови сошлись на переносице. И что? Он знал запах смерти во всех его проявлениях, но поверх остаточного запаха от утреннего убийства в воздухе витали миазмы чего-то более древнего, более отвратительного, почти знакомого.