Тепло твоей души

— Здравствуй, Данил. С возвращением, — и так и осталась стоять в двух шагах от него. От мороза она раскраснелась, вьющиеся волосы выглядывали из-под белой шапочки и были припорошены снегом. Он не видел ее несколько месяцев. Внешне она, кажется, не изменилась совсем. А вот поведение… Впервые она показалась ему другой. Немножко отстраненной. Возможно, даже слегка обиженной.
— Привет, Лилек! — Данил не стал обращать внимания на немного кислую мину своей визави, преодолел эти несчастные два шага, что были бездной, разделявшей их, сгреб девушку в охапку и закружил на месте под ее протестующие вопли и звонкий лай Марка.
— Даня, блин, поставь на землю! — вырывалась она, но, только оказавшись на твердой поверхности, пошатнулась, поскользнулась и чуть не упала. Вцепилась в его куртку, стараясь удержать равновесие. Зеленые глаза парня оказались так близко от ее…
— Вот теперь я чувствую, что вернулся, — озорно улыбнулся он.
— Ах так! — Лиля выкрутилась из его объятий, прихватила пригоршню снега, даже не слепив из него приличного комка, и швырнула в парня. Его мгновенно припорошило белой пылью. Данил в долгу не остался и вскоре разгорелась самая настоящая войнушка с периодическими потерями с обеих сторон. Наконец, Лиля не выдержала, просто плюхнулась на белый ковер и заливисто расхохоталась, закрыв лицо ледяными руками.
— Замерзла? — Данил коснулся ее ладоней. — Ты почему опять без перчаток?
— Не люблю их, — она забавно скорчила рожицу. Данил даже не стал ругаться, просто попытался согреть окоченевшие пальцы. Он знал. Как знал ее привычку подолгу гулять с собакой. В августе загадывать желание, увидев падающую звезду. Рисовать на листочках, салфетках в кафе и еще какой-нибудь поверхности. Заваривать чай из трав и подолгу греться о горячую чашку. Не есть шоколадное мороженое — слишком приторное — и обожать лимонное, кисленькое. А еще исписывать красивым, мелким почерком несколько листов, рассказывая забавные случае, которые происходили здесь, дома. И практически ничего не рассказывать о себе.
— Ты давно приехал? — голос звучал ровно, но, может, она обиделась, что ей не позвонил? Кто знает, что в голове у этих девчонок? Лиля на редкость адекватная, но и на нее находит.
— Часа три назад. Как раз хотел часика через полтора вам позвонить, — он не оправдывался, совсем нет. Да и зачем? Она же просто старая подруга. Наверное.
— Понятно, — протянула Лиля. — Ты, наверное, спешишь?
В ее голосе так слышалось разочарование пополам с намеком. Хочет, чтобы ушел? Может, ждет кого-нибудь? А тут он. Взял и нарушил планы.
— Мама за молоком послала. Составишь компанию? — Данил не отрывал от ее лица внимательного взгляда, стараясь уловить реакцию. Вот Лиля слегка замешкалась, призадумалась, но потом решительно кивнула головой:
— Идем!
— Держись за меня, а то сколько, — предложил он, по привычке подставляя ей локоть. Но девушка только покачала головой:
— Не надо, я уже привыкла с этим теленком по льду гулять.
«Теленок», которому успели пристегнуть поводок, с эпитетом был не согласен и устремился вперед. Девушка охнула и едва удержалась на ногах.
— Марк! Вот зараза.
— Может, передумаешь? — довольно ехидно поинтересовался Данил, но увидел лишь упрямо сжатые губы. Что ж. Зато кого бы она тут не поджидала, этот кто-то ее точно не найдет. И эта мысль не могла не радовать.
 
Глава 3 
Никогда не думайте о белой обезьяне. А еще лучше не играйте с ней в снежки, не ходите в магазин и, вообще, переходите на другую сторону дороги, чтобы не искушаться. Идеальный вывод? Самый верный. Но крайне сложный, если твоей белой обезьяной является Данил Левицкий.
Она была влюблена в него лет с тринадцати. Самый высокий парень в классе брата. Обаятельный, с чувством юмора. Любимец девчонок. Для которого она так навсегда и останется младшей сестрой лучшего друга. Пора с этим завязывать — прямо, как заправский алкоголик. В очередной раз решила Лиля и пошла вместе с персональным дорогим алкоголем в магазин.
— Ты сама как поживаешь? В своих письмах ты все время избегала этого вопроса, — полюбопытствовал Данил. Действительно, она писала ему каждую неделю, чтобы он совсем уж о них не забывал. А о себе не рассказывала совсем. Да и что говорить? Поступила, учится, гуляет… Ничего необычного.
— Все хорошо. Мне очень комфортно на дизайнера учиться, проекты делать. Тяжело, но очень интересно, — и она начала рассказывать о своей учебе. О том, как чудесно заниматься планировкой. Как здорово, что родители прислушиваются к ее советам. И что совсем скоро в ее комнате предстоит ремонт, дизайн которого Лиля разработала сама. Данил слушал ее, задавал вопросы. И только потом спросил.
— А в свободное время чем занимаешься?
— Гуляю, — улыбнулась Лилия.
— С кем? — вопрос, кажется, вырвался совсем не произвольно. Впрочем, вряд ли ему есть дело до того, с кем она гуляет. Если только с точки зрения присмотреть.
— С Марком вон. С ним часто надо гулять, — кивнула она на золотистого пса.
— Лиля… — Данил хотел что-то сказать, но девушка перебила.
— Лучше расскажи о себе. И вообще, ты надолго? К нам сегодня зайдешь?
— А можно? У вас никаких планов нет? — поспешно спросил Даня.
— Думаю, Родька будет рад. А вот твои родители? И у тебя, наверное, планы есть, — почему-то Лиля чувствовала неловкость. Вроде знает его почти всю жизнь, а все равно. А если он вдруг догадается о ее чувствах? Эта мысль заставила ее покраснеть и отвести глаза.
— Я планировал так и так зайти, — стоял на своем Данил. И быстро сменил тему, чтобы Лиля не заостряла внимание. Ему не хотелось, чтобы она поняла его превратно. Почему-то эта девочка всегда могла поставить его в тупик. И вообще каким-то непостижимым образом влияла на его настроение. С ней он всегда был лапочкой — ни единого грубого слова, настоящий рыцарь — защитник и опора.
Возле магазина Лиля была вынуждена остаться на улице с ретривером, а Даня отправился за молоком. Появился он очень быстро, девушка даже не успела порефлексировать и привести мысли в порядок. Зато успела сцепиться с какой-то старушкой, которая с важным видом отчитывала ее за то, что она гуляет с такой большой собакой без намордника.
— А если твое чудовище кого-нибудь покусает? Псина же огромная. Раз — и съест, — продолжала разоряться бабулькой.
— Она человечиной не питается, извините, — кротко улыбнулась Лилия. — Вы посмотрите, какие у нее глаза добрые.
— Бесстыжая! Ты мне еще и хамишь! — старушке явно хотелось скандала. Голос приобрел новые децибелы, на них начал оглядываться народ. Данил быстро вклинился и перехватил поводок.
— Спасибо, что подержала, — подмигнул он Лиле, которая не знала уже, куда девать глаза. Ругаться девушка не любила, но и долго терпеть, как оскорбляют ее собаку, точно бы не стала. — Это мой пес. У вас какие-то проблемы? С намордником он не гуляет, потому что обучен. Без команды никого не тронет. Вам документы о том, что он прошел спецобучение, показать?