Когда порвется нить
Смущенный своим ранним приходом, Бен отступил в прихожую.
— Не прячьтесь! Я вас заметил.
Бен снова появился в дверном проеме и выдавил улыбку, которая могла бы соперничать с жизнерадостностью услышанного голоса.
— Привет, я Шон, ведущий группы, — произнес мужчина. — Вы, должно быть, сегодня у нас впервые.
Пожав руку Шону, Бен попытался оценить человека, который якобы будет направлять его на пути к миру и принятию. Ведущему было на вид лет тридцать, он носил густую бороду и свободные джинсы. Шон сидел в инвалидном кресле, но при этом обладал внушительным ростом.
— Приятно познакомиться, я Бен. И да, сегодня я здесь впервые, — сказал он. — Будут ли и другие новички?
— Да, на этой неделе к нам записались вы и одна молодая женщина.
— Отлично, — сказал Бен, спрятав повлажневшие руки в карманы. Врожденная застенчивость грозила взять верх, и он надеялся, что не совершил ошибку, присоединившись к этой группе.
Деймон, давний друг, с которым он учился в колледже, и один из немногих, кому Бен рассказал о своей короткой нити, убедил его искать поддержки единомышленников. (Хотя Деймон был счастливым обладателем длинной нити, его отец излечился от наркомании, в том числе посещая собрания анонимных алкоголиков, и Деймон искренне верил в достоинства групповой терапии.)
Бен жалел, что не смог привести с собой друга, хотя бы на первый сеанс. Бен никогда не умел открываться новым знакомым, а после недавней катастрофы с его теперь уже бывшей девушкой Клэр боялся, что совсем разучился доверять окружающим.
— Итак, если вы не возражаете, могу ли я поинтересоваться, у вас тоже… — Бен не смог закончить вопрос.
— Честно говоря, нет, — ответил Шон. — Моя нить немного длиннее, чем у членов этой группы, но я получил лицензию клинического социального работника и всегда мечтал помогать попавшим в трудные обстоятельства.
Бен молча кивнул. Направляющаяся к ним брюнетка спасла его от необходимости продолжать светскую беседу.
— Привет, Шон, — сказала женщина, ставя сумку на ближайший стул.
— Бен, познакомься, это Лия. Лия, это Бен. — Шон повернулся между ними на кресле.
— Добро пожаловать на вечеринку. — Лия мило улыбнулась.
Скоро пришли и остальные члены группы. Самым старшим был врач лет сорока. (По крайней мере, Бен предположил, что этот мужчина — врач, поскольку несколько человек поприветствовали его обращением «док», хотя сам он представился Хэнком.) Остальные были по возрасту ближе к Бену — лет двадцати — тридцати.
Челси, яркая блондинка, будто только что посетившая солярий, вошла в комнату, читая сообщение на экране своего смартфона, за ней следовали несколько мужчин: грузный, бородатый Карл, лицо которого слегка скрывала кепка команды «Метс»; долговязый Нихал в толстовке с надписью «Принстон»; и щеголеватый Террелл, чьи сверкающие черные оксфорды заставили Бена с досадой взглянуть на свои обшарпанные парусиновые кроссовки.
Последней прибыла новенькая, девушка по имени Мора, она села рядом с Беном и приветствовала его полуулыбкой и полукивком, которые Бен воспринял как молчаливый итог невысказанных настроений всей группы: «Судьба нам досталась — отстой. Но, по крайней мере, мы вместе».
МОРА
Мора не хотела искать группу поддержки. Вступление в группу было сродни признанию поражения, а Мора не признавала подобных настроений. Она согласилась только для того, чтобы успокоить подругу.
Когда нити доставили, Нина не захотела на них взглянуть — и в этом не было ничего удивительного. Она всегда была осторожной.
Но когда они наконец открыли коробки, Мора, желавшая избавиться от неизвестности, сразу пожалела о сделанном.
Нина изо всех сил старалась развеять страхи Моры, убедить ее, что нити ненастоящие. Но девушку одолела тошнота, пропал аппетит и обуял постоянный страх — с того самого дня, как они увидели свои нити.
А потом, примерно через неделю, Нина пришла с работы и попросила Мору сесть и выслушать новости.
— Сегодня Деборе позвонили, — медленно произнесла Нина. — Кто-то из Министерства здравоохранения. — Ее глаза поблескивали, будто стеклянные, и она с трудом подбирала слова.
Но Мора и так все поняла.
— Говори, Нина. Просто, черт возьми, скажи как есть!
Нина сглотнула.
— Они настоящие.
Мора вскочила с дивана и помчалась в ванную, где вдруг рухнула на холодный кафель. Когда ее вырвало в унитаз, Мора почувствовала, что Нина стоит рядом, собрав на затылке темные кудри подруги. И еще она остро ощутила, что Нина сдерживает слезы.
— Все будет хорошо, — повторяла Нина, нежно гладя Мору по спине. — Мы справимся.
Однако впервые за два года их совместной жизни слова Нины не принесли Море утешения.
На следующий вечер они сидели перед телевизором, крепко держась за руки, и слушали речь президента, который призывал граждан сохранять спокойствие. Потом выступил секретарь Министерства здравоохранения и социальных служб, подробно изложивший выводы исследователей, а директор Всемирной организации здравоохранения и Генеральный секретарь ООН призвали ко всеобщей солидарности и состраданию в дни нового кризиса.
Даже папа римский вышел на балкон в Ватикане, чтобы обратиться к миллионам испуганных душ, которые, без сомнения, ждали его наставлений.
— Я хотел бы напомнить всем слова, которые мы повторяем на каждой церковной службе: таинство веры. Мы знаем, что вера, истинная вера, призывает нас принять неотвратимое, что некоторые тайны всегда будут лежать за пределами нашего понимания, пока мы обитаем здесь, на земле, — объявил папа, и его слова перевели на все языки мира. — Наше знание о Создателе всегда будет несовершенным. Как сказано в Послании к римлянам 11:33: «О бездна богатства премудрости и познания Божия! Как непостижимы суды Его, и неисповедимы пути Его!» Сегодня мы сталкиваемся с непостижимым, неисповедимым. Нам предлагают поверить, что в этих коробках таится знание, прежде ведомое лишь Богу. Но нас не впервые призывают поверить в невероятное. Даже апостолы сначала не верили, что Иисус Христос восстал из могилы, но мы знаем, что это правда. И так же, как я не сомневаюсь в воскресении, я не сомневаюсь и в том, что эти коробки — дар Бога Его детям, потому что нет никого более могущественного, более знающего и более щедро дающего, чем Господь Бог наш.
И все же Море ее коробка не показалась даром небес.
Каждый день, когда сотни тысяч людей праздновали свои двадцать вторые дни рождения, поступала новая волна коробок, и ситуация в обществе становилась все более острой. Невозможно было просто гадать о том, что предвещали каждому полученные нити.
Группа аналитиков, состоявшая из представителей США и Японии, первой предложила решение: создать при поддержке правительства веб-сайт, который позволил бы каждому самостоятельно определить длину своей нити.