Complete Maximum (СИ)

— Не знаю, хочу ныть сейчас, ныть и ещё раз ныть, — застонав падает Чонгуку на ляжки, обняв рукой ноги под коленками.
Дверь машины хлопает — пришёл водитель. Молча заводит и выезжает с парковки.
— Ну всё, потерпи до дома чуть-чуть. — убирает волосы со лба совершенно привычным движением, хотя они даже почти не мешают, наклоняется и целомудренно целует в горячий лоб.
♦️
— Да, в целом обычная простуда, скорее всего кондиционером надуло. — поджарый кореец в возрасте убирает все принадлежности в чемодан, обращаясь к скуксившемуся Тэхёну, сидящему на краю кровати, и стоящему со скрещёнными на груди руками Чонгуку, нахмурившемуся чернее тучи. — Я лекарства необходимые оставлю, недельку дома поваляетесь, таблеточки попьёте и должно пройти. Но температура высокая, нужно сбивать. Вроде, всё сказал. А, ну и постельный режим. Никакого моря. Никакой работы. Это понятно?
— Угу. — в один голос.
— Всё, Гук, лечитесь, будет хуже — я на связи, я ему больничный лист на работу открою, отдам, как выздоровеет. Пойдём, проводишь меня. До свидания, Тэхён, выздоравливайте. — пожимает горячую ладошку, тепло улыбнувшись.
— До свидания, спасибо. — шмыгает носом.
Чонгук провожает доктора до двери. Он их с Юнги старый знакомый. Прекрасный врач. С внушительной клиентурой. А ещё когда-то он был лечащим врачом его мамы. И Чонгуку с Юнги, к которым знатно прикипел за год, когда женщина находилась в больнице, а они поочередно спали то на кушетке у её кровати, то в коридоре на стульях, готов помочь в любое время дня и ночи.
— Прости ещё раз, что посреди ночи выдернул. Я переволновался немного, — неопределенно махнув рукой в сторону спальни.
— Чонгук.
— М?
— Это парень твой?
— Ну да, мой, — смущённо треплет волосы на собственном затылке, потупив глаза.
— Ну вот и отлично, ты, смотрю, вообще расцвёл, — щёки заливает краска, — таблетки не забывайте принимать и через пять дней ко мне на приём. Всё, лечи своего парня, если что звони, я всегда на связи. Ты же знаешь.
— Спасибо, док.
— Давай, до встречи.
Дверь за доком захлопывается.
— Доктор ничего не говорил больше?
— Сказал любить тебя изо всех сил, нежить и лечить целую неделю.
— Ой, ну прям любить, куда бы деться. Ты и рад небось, что я заболел, теперь не надо на работу ходить, целыми днями тут тебе глаза мозолить буду.
Чонгук вмиг серьёзнеет, присаживается рядом на корточки, укладывая голову на тэхёновы колени.
— Я рад, что ты не один будешь дома болеть и что я смогу позаботиться. Но в то же время грустно, что так всё вышло, ты должен быть здоровым, а сейчас тебе плохо, и в этом и моя вина есть, я тебе позволял холод такой на кондишках ставить.
— Ну, это был мой выбор, так что твоей вины тут нет.
Спустя полчаса приёма таблеток и микстур, Тэхён переодет в тёплую толстовку и носки и тщательно укутан в одеяло. Чонгук пробирается к нему в кокон немногим позже, Тэ шмыгает начавшим забиваться носом, уютно устраивается в тёплых объятиях. И быстро засыпает под мерное дыхание крепко обнимающего его Чонгука, нежно перебирающего его волосы, мягко отводящего их от лица.
Чонгук и сам быстро в сон проваливается, не заметив, как загорелся экран телефона с долгожданным именем «Юнги» на дисплее. Друг три дня не звонил. А Чон, погрузившись в отношения, забывал ему позвонить сам.
Несколько непринятых звонков на телефоне в беззвучном режиме. И сообщение, которое Чонгуку навряд ли понравится утром читать. Там всего один вопрос. И ответ именно на него Чонгуку давать никак не хочется.
yoongi:
ЧОНГУК КАКОГО ХУЯ?!
Комментарий к Part 6. Just let me love you
Я очень много времени, по своим меркам, потратила на написание этой главы. Это глава-мостик, не особо влияющая на сюжет, но охватывающая важные аспекты жизни героев перед тем, как можно будет погрузиться в сюжет.
Я постаралась вложить туда как можно больше чувств.
Надеюсь, вам понравится💜
Совершенно неожиданно получилось, что выпускаю я её в такой день.
С Днём знаний, с днём Чонгука, с днём возглавленного топ100 билборда!🎊
 
В фандоме великий день🥰
Приятного прочтения, пб включена, радуюсь безумно каждому отзыву — это помогает мне писать🖤
========== Part 7. Truth ==========
Правда редко бывает чистой и никогда не бывает простой.
О. Уайльд
Мин Юнги всегда был одиноким. Всегда. Наверное, с тех пор, как родился. И до тех пор пока не встретил Чонгука.
Юнги не знал никогда особо, куда и почему делись его родители. По словам тёти и дяди, которые его «воспитывали», мама бросила его ещё при рождении, потому что была слишком молодой, глупой и боялась взять ответственность. Оставив малыша на отца, такого же молодого маргинального типа, который жил от бутылки до бутылки и пропал без вести ещё тогда, когда маленький Мин ничего толком не понимал.
Так он и свалился на плечи старшей сестры отца, чему она была совершенно не рада. Собственных детей у неё с мужем не было, да они и не хотели их никогда. Эта женщина знала, что такое настоящий бизнес, что такое зарабатывать деньги, получать удовольствие от жизни, путешествовать, но понятия не имела о том, что такое материнский инстинкт.
Поэтому, когда ей на шею в расцвете сил и карьеры свалился годовалый ребёнок от пропавшего алкаша-брата, не сумевшего смириться с успехом сестры, была максимально раздосадована. Под давлением семьи мужа и общественного мнения ребёнка пришлось взять под опеку.
Досада её была настолько велика, что она не чуралась напоминать Юнги о том, что он отнял лучшие её годы, каждый день, с тех пор, сколько Мин себя помнил.
У него всегда были деньги на хорошую одежду, на еду, на новые телефоны и всякие классные штуки, которые так любят подростки, но не было совершенно ничего, что могло бы напоминать здоровую семейную атмосферу.
В девять он окончательно понял, что пытаться достучаться до родственников и вытребовать любовь не получится. Деньги — да. Игрушки — да. Гувернантки — да. Остальное —увольте, выживай, как хочешь, обживайся в социуме, как хочешь. И в целом, Юнги быстро всему научился. Он просто жил тихо. Делал то, что ему хотелось, старался не доставлять тётке проблем, ходил в школу и не привлекал внимания.
В десять лет он увлёкся компьютерными играми, доступ к которым ему никто не ограничивал, к двенадцати годам подсел на аниме и начал учиться программированию, покупая курсы, на деньги, оставленные на карманные расходы.
Но знаете, как это бывает: находишь себе новые классные занятия, тратишь сутки напролёт, отвлекаясь лишь на школу, на то, чтобы совершенствоваться. И в конечном итоге осознаёшь — ты ушёл далеко от своих сверстников.
Они всё бегают с сопливыми носами, дерутся, пинают бесполезный мяч сутками, дёргают девчонок за волосы, тупят на уроках и обсуждают, в какой компьютерный клуб пойти, чтоб поиграть в какую-нибудь игру, как последние нубасы, потому что только учатся.
А тебе тринадцать и ты уже можешь сам написать игру. Не новую версию ГТА, конечно, но тоже что-то неплохое сообразить вполне в состоянии.
Вот примерно так себя ощущал тринадцатилетний Мин Юнги.
Мин Юнги, у которого не было особо друзей, в тот период устал быть невидимкой и внезапно понял, что очень хочет выделяться. В тринадцать он впервые покрасил волосы. Ярко-синие. Юнги не хотел общаться особо ни с кем из сверстников, не находил интересными никого в своём классе, а больше ни на кого в школе не смотрел, старался уйти оттуда побыстрее.
Он хотел просто выделяться из общей массы, чтобы если люди не просились с ним дружить, то хотя бы понимали, что он, Мин Юнги, есть. Присутствует. Каждый день на уроках. Хотя бы потому что в глаза будут бросаться его волосы.
Но дети — существа, как известно, жестокие. Юнги, и правда, начали замечать. Даже более чем. Некоторые ребята и даже девчонки пытались общаться, кто-то просто стал обращать внимание чуть больше, чем ничего.
Это могло бы увенчаться успехом. Но лишенный родительской любви и не особо интегрированный в социальную среду Юнги своей ершистостью отпугивал всех, и вскоре его начали замечать ещё больше. А потом, ожидаемо, стали задирать. Абсолютно все, кому не лень.