Счастье это ты (СИ)
— Привет, — нет ответа. Ладно, ведь её никто не заставляет мне сразу отвечать, но у меня совершенно нет идей как начать и простое «привет» явно сейчас не может просто сработать, а жаль. — Мы с тобой ещё не знакомы, но мне бы очень хотелось с тобой познакомится, — опять тишина. — Мы с тобой никогда раньше не встречались, но я сестра твоего папы, а значит твоя тётя, — боже, какую чушь я несу, но нужно продолжать, потому что это кажется работает. Я сидела на большой кровати спиной к девочке и если до этого она лежала ко мне спиной, то после моих слов я услышала шуршание, а значит она повернулась ко мне.
— Ты врёшь, — вдруг сказал тоненький голосок, и я повернулась к его источнику звуку. В комнате работал только ночник, но мне удалось рассмотреть девочку. Она лежала в обнимку со своим медведем и казалась такой маленькой на его фоне. У девочки были длинные светло рыжие волосы, которые в беспорядке рассыпались по подушке и невероятного цвета зеленые глаза. Эта девочка похожа на маленького ангелочка и у меня появилось острое желание защитить её от всех невзгод.
Глава 10
— Почему?
— Мамочка говорила, что ты живешь далеко-далеко и поэтому не можешь к нам приезжать.
— Мама тебе рассказывала обо мне? — это меня очень удивило. Мы раньше никогда не были знакомы с Миленой, и я уверенна что мой брат не стал бы про меня никому рассказывать, а даже если и рассказал бы, то я не уверена что мне хотелось бы знать что именно он говорил.
— Да и мама, и дедушка. У дедушки на столе стояла фотография моей тёти и ты на неё не похожа. Ты красивее, — известие о том, что у папы на столе стояло моё фото приятно согрело душу, но я не стала обольщаться по этому поводу, потому что причина этого могла быть совсем не та о которой я когда-то мечтала.
— Мне очень приятно, но ты ошибаешься. Просто у твоего дедушки было старое фото, с тех пор я очень изменилась.
— Ты правда моя тётя?
— Да.
— Тогда скажи мне, где мой папа? Я очень хочу его видеть, но моя глупая няня не говорит мне, когда мой папа придет, — у девочки полились из глаз слезы, а мое сердце болезненно сжалось от этой картины. Мне было очень жалко Машу, но одновременно с этим глубоко внутри меня закипал гнев на моего глупого братца. Как он мог оставить своего ребенка в такой ситуации и пропасть в неизвестном направлении?
— Прости малыш, но я не знаю, — мне так хотелось обнять и успокоить эту маленькую девочку, но я не была уверена, что с моей стороны эти действия могут считаться уместными.
— Тогда уходи, я хочу, чтобы пришел папочка, — девочка опять отвернулась от меня. Я не знала, что мне делать и как себя правильно весть. Я вдруг ощутила себя такой беспомощной и от это становилось только тяжелее на душе.
— Можно я останусь с тобой до тех пор, пока твой папа не придёт? — я прекрасно понимаю, что если она сейчас скажет нет, то мне придётся уйти, но я не могу просто так сидеть здесь и молчать. Если Маша не захочет со мной оставаться, то я уйду и отправлюсь на поиски своего братца, а тогда да поможет ему Бог, потому что как только я его найду, а я его найду, то мало ему не покажется.
— Папочка ведь вернется? — за всеми своими мыслями я даже не заметила, как Маша снова повернулась ко мне. Она всё ещё плакала и от этого ее голос звучал очень жалостливо.
— Да. Я тебе обещаю, что мы найдем твоего папочку.
— Хорошо, тогда можешь побыть со мной немного, — от её ответа у меня на душе стало легче, потому что мне очень не хотелось уходить и оставлять эту малышку, но облегчение моё было преждевременным, потому что после этих слов она вновь замолчала и теперь я слышала только ее всхлипывания. — Мамочка ведь больше не вернётся? — вдруг спросила девочка.
— Нет, — я не могла ей врать, тем более что пока её глупая няня бегала за Данилом, девочка могла увидеть то, что совсем не должны видеть маленькие девочки.
— Мамочке ушла к дедушке на небо?
— Думаю, да, — я не знала, как объяснить ребенку что значила смерть и объяснение про то, что мама ушла на небо показалось мне самым простым и понятным.
— Там было так много крови и мамочка совсем не двигалась, — вновь прервала молчание малышка и у меня от этого встали волосы дыбом. Неужели малышка видела мать после того, как та умерла? Боже, нет, этого просто не может быть. — Я пыталась помочь мамочке, но она никак не реагировала, — нет, этого просто не может быть, но есть только один способ это проверить. Я встала с кровати и потянула за собой одеяло и то, что я увидела повергло меня в ужас. Вся Машина розовая пижамка с зайчиками была в крови. Боже, этого просто не может быть. Что же случилось с Миленой? Какой вред она себе причинила? Неужели молодая мама могла сделать что-то с собой, причём практически на глазах у собственной дочери? Нет, это не может быть правдой. Наверное, малышка просто где-то вымазалась, дети они такие.
— Послушай, расскажи мне где ты так вымазалась? — возможный ответ пугал, но ещё больше страшило то, что девочка совершенно не пыталась как-то схватиться за одеяло и накрыться будто бы только и ждала, чтобы с неё его стянули.
— Я пыталась помочь мамочке, — ладно, нужно глубоко вздохнуть и успокоиться, чтобы не напугать ребенка, но что делать если я сама напугана. Господи, всё намного хуже, чем я предполагала и мне нужно очень быстро придумать что со всем эти делать, но в первую очередь малышку нужно искупать и переодеть, поэтому я пошла во всём этом розовом кошмаре искать во что бы переодеть ребенка.
— Пойдём малыш, тебе нужно принять ванную, — сказала я, когда нашла новую пижаму и полотенце.
— Я не хочу купаться. Мамочка сегодня меня уже купала, — нужно как-то помягче заставить её искупаться, но я не сильна в уговаривании детей, поэтому буду действовать наудачу.
— Послушай, ты ведь принцесса, а принцессы не могут быть грязнулями, — ответом мне была тишина, но стоит отметить что такое объяснение никого бы не убедило, хорошо попробуем зайти, с другой стороны. — Скоро придёт твой папа и ты ведь не хочешь его встретить в грязной пижаме, ты ведь знаешь, что его это расстроит, — будем надеяться, что правда сработает лучше, потому что мне самой очень нехорошо от вида Маши.
— Я не могу сама принимать ванную, — как повезло что она согласилась.
— Я тебе помогу.
— Хорошо, — она села на кровати и потянула ко мне ручки видимо, чтобы я её взяла на руки. Наверное, у Маши с Миленой был какой-то свой ритуал как принимать ванную, и я никак не могла ему противиться, поэтому подошла к Маше и выполнила её просьбу. Девочка сразу крепко прижалась ко мне и обняла за шею. Повезло, что ванная в детской была своя и мне никуда не пришлось нести малышку, не хотелось бы чтобы кто-то ещё увидел сейчас Машу или чтобы девочка видела суету полицейских в доме.
Ванные процедуры у нас заняли много времени, потому что как оказалось малышку нужно было не только выкупать и переодеть, но ещё высушить её волосы, а затем и расчесать. Пока девочка плескалась в ванной я поменяла её постельное белье, а затем, выполнив весь ритуал, уложила малышку в постель, а сама устроилась рядом и начала читать ей сказку, за этим занятием и застал нас Кирилл.
— Можно? — спросил он, заходя в комнату.
— Конечно, проходи, — я отложила в сторону книгу, а малышка плотнее прижалась ко мне.
— Как вы здесь?
— Хорошо, — Маша не спала, а при ней я не могла узнать, как у Авдеева прошла беседа с полицией и Данилом, поэтому оставалось только надеяться на то, что когда мы останемся наедине Кирилл всё расскажет.
— Ты поедешь сегодня домой или останешься здесь? — вопрос, который поставил меня в тупик. Изначально я даже не планировала здесь надолго задерживаться, но сейчас, глядя на маленькую Машу, которая так доверчиво прижималась ко мне, хотелось защитить малышку. При этом, хоть в таком и стыдно признаваться, мне было страшно оставаться в этом большом доме одной, тем более беря в расчёт последние события, но и Машу я не могла оставить одну.