Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона

– Кучер и его помощник лошадей выпрягают, – сообщил Луки, глядя на меня большими, ничего не понимающими глазами.
– И отец ушёл, – растерянно пробормотал Эйдер, снова сев на своё место и уставившись на меня, не зная, что дальше делать.
– Они и оглобли откручивают, – Луки, так и висевший на двери, наблюдая за происходящим, вновь занырнул внутрь и прикрыл за собой дверь.
В этот момент за окном прошёл кучер, причём задом. Прильнув к стеклу, я увидела, что мужчины прилаживают оглобли куда-то к днищу кареты. Мы переглянулись, уже ничего не понимая. Завершив свою работу, эти двое сели на лошадей, подхватили поводья двух остальных – и ускакали куда-то в ту сторону, откуда мы приехали.
– И что дальше? – высказала я общую мысль. Дракон ушёл, лошадей увели, мы сидим в карете посреди поля… Ничего не понимаю!
– Отец возвращается, – обрадовался Эйдер, выглянув в окно.
Я тоже выглянула – лорд Корбед действительно шёл к нам с какой-то корзиной в руках. Ну, хотя бы он нас не бросил. Нет, конечно же, я всерьёз так не думала, просто… поступок кучера был слишком странным. Может, здесь в карету впрягут других лошадей, посвежее? Но оглобли-то зачем откручивать?
Дверь кареты раскрылась, дракон поставил корзину на сиденье рядом с Эйдером, потом посмотрел на меня.
– Посадите девочку рядом с собой.
Я послушно пересадила недовольную, но не сопротивляющуюся сестрёнку на сиденье – если она и дремала, то наши разговоры её разбудили, и теперь она молча сосала большой палец, насторожённо глядя на дракона. А он вдруг потянулся к спинке сиденья за Эйдером и вытянул откуда-то два конца ремня, которым плотно пристегнул сына за талию к сиденью.
– Позади вас такие же, – это уже нам троим, и, сунув руку за спину, я действительно нащупала в складке между сиденьем и спинкой концы ремня. А прежде их даже не чувствовала, такой мягкой была обивка сидений. – Пристегнитесь и не отстёгивайтесь ни в коем случае, пока я лично вам не разрешу. Эйдериан, крепко держи корзину, это для вас четверых.
Пока он говорил, я быстро пристегнулась, потом застегнула ремень на Силли, а Луки справился сам. Одобрительно кивнув, лорд Корбед щёлкнул пальцами, и под потолком загорелись четыре маленьких магических светильника, практически не разгонявшие полумрак, царящий в карете. Со словами:
– Не отстёгивайтесь и не вставайте, пока не разрешу, – дракон закрыл, а потом и запер дверь снаружи, потом, обойдя карету – вторую. А потом пошёл в поле.
Я уже ничего не понимала, дети – тоже. Но тут, отойдя шагов на тридцать, лорд Корбед вдруг исчез, а на его месте появился дракон. Громадный, изумрудный, крылатый дракон. И крылья у него были совсем не такие как у Эйдера, а просто огромные.
Взмахнув крыльями, дракон взлетел – мне даже показалось, что карета слегка качнулась от поднявшегося ветра, – а потом оба окна кареты закрыло что-то зелёное, чешуйчатое, она покачнулась и… взлетела. Я догадалась, что это лапы дракона обхватили её, закрыв обзор, и теперь огоньки уже не были такими бесполезными, наоборот, если бы не они, мы бы оказались в полной темноте.
В первый момент завизжавшая от страха Силли вцепилась в меня, пытаясь спрятать голову у меня подмышкой, Луки тоже крепко схватил за другую руку, перепуганный не меньше нас Эйдер только крепче прижимал к себе корзину. Я и сама не знаю, каким чудом не завизжала – очень хотелось, но я же взрослая, пришлось крепиться.
Ещё какое-то время мы так и сидели, перепуганные, напрягшиеся, вцепившиеся во что смогли. Но полёт продолжался, карету едва покачивало, причём равномерно и даже слегка убаюкивающе – в телеге трясло сильнее. И продолжать бояться стало уже как-то… скучно. Сначала Луки от меня отцепился и, вытянув шею, стал рассматривать драконью чешую – насколько мог в полумраке и через стекло, в котором лучше видел себя, чем то, что снаружи. А потом и Силли вылезла у меня из подмышки, вынула палец изо рта и спросила у Эйдера:
– А что у тебя в корзине?
Тот с лёгким удивлением посмотрел на корзину в своих руках, словно забыл о ней, потом поставил на сиденье – полёт дракона был настолько ровным, что уже можно было не бояться, что она упадёт, – и откинул прикрывающее её полотенце.
– Ого! Жареная курица! Картошка варёная. Помидоры. Яблоки. Пироги, – принюхался, – с мясом! Ватрушки. И кувшин, – открыл крышку, заглянул внутрь, – кажется, с ягодным морсом!
– Здорово! – обрадовался Луки. – А то мы-то с Силли поели, а ты и Кимми голодные.
– Угощайся, – дракончик протянул мне корзину.
И я угостилась – какой смысл сидеть голодной? Мы с Эйдером с таким удовольствием расправлялись с ужином, который принёс нам дракон – не настолько ему, оказывается, было наплевать, – что мои ребятишки вскоре тоже к нам присоединились. Но даже вчетвером мы не осилили всё, что было в корзине – почти вся картошка и половина пирогов остались нетронуты. А вот от жареной курицы остались лишь обглоданные косточки – не так уж и часто нам доводилось такое есть.
А потом стало очень скучно. Силли уснула почти сразу, положив голову мне на колени, даже ремень не помешал. Эйдер рассказал о том, как сидел всё это время в гостиничном номере, видя отца лишь за обедом, и пожаловался на то, как ему пришлось вытерпеть подгонку одежды, стоя, не шевелясь, часа два, не меньше.
Луки в ответ посочувствовал, поскольку, если не считать похода на рынок, где я продала телегу с лошадьми и купила детям обувь, им с Силли тоже пришлось практически всё время сидеть либо в нашей каморке, либо гулять в крохотном скучном садике при доме, а он к такому не привык – в нашей деревне он мог играть с друзьями и бегать, где хотел.
Ещё через час мы все клевали носом, так что, разговор стих сам собой. Мальчики задремали, я обнимала Луки и Силли и пялилась в окно, пытаясь сосчитать чешуйки на лапе дракона. Видимость была так себе, поэтому я всё время сбивалась. Наконец, не выдержав, и сама уснула.
Проснулась я от того, что нас ощутимо тряхнуло – карета опустилась на землю. Хорошо, что мы были пристёгнуты, а то свалились бы во сне на пол, как корзина с остатками еды. Лапы, загораживающие окна, исчезли, но за окном было всё равно ничего не видно, пока лорд Корбед не распахнул дверь.
– Отстёгивайтесь и выходите, – оглядывая зевающих и протирающих глаза нас. – Мы прибыли.
А снаружи, оказывается, было не так и темно. Это у нас в деревне по ночам свет разве что от луны, а тут горели магические фонари, освещая дорогу от поляны – или просторного двора, на котором мы приземлились, – к огромному дому с высоким крыльцом, тоже освещённым двумя светильниками по обе стороны двери.
Шагая впереди нас – мы топали сзади, я с Силли на руках, она отказывалась просыпаться, Эйдер с корзиной, а Луки нёс пустой кувшин, который, вывалившись из корзины, к счастью, не разбился, – дракон взбежал на крыльцо и несколько раз ударил в дверь тяжёлым кольцом, прикреплённым к ручке.
Дверь в ответ загудела – оказалось, что под кольцом к ней прицеплена металлическая пластина. Стало жаль обитателей дома, которые сейчас все проснулись. Или не все? Может, там как-то так всё устроено, чтобы этот стук слышали только те, кому он предназначен? Что я вообще знаю о городских магических штучках в аристократических домах. У нас в запертую дверь колотили ногой, да и случалось это редко, если только кто-то ну очень срочно среди ночи понадобится, а днём двери никто не запирал.