Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона

– Они сказали, что ошейники эти жгутся, снять нельзя, – шепнула я Луки.
Он в ответ кивнул и, жалобно поскуливая, повернул морду, чтобы я увидела небольшую подпалину на шерсти. Кожа, к счастью, задета не была, мех у оборотней густой, но подпалина точно указывала – не соврал Молес. Наверное, Луки пытался утешить малышку Силли и задел мордой её ошейник.
Да, но я-то её обнимала. И не обожглась! Может, как-то так удачно обняла, что просто ошейник не задела? Я оглядела сестрёнку, вспомнила, как прижалась к ней практически всем своим невеликим тельцем – нет, тут невозможно не коснуться ошейника.
Осторожно, самым кончиком коготка, прикоснулась к ошейнику Луки. Ничего. Брат предостерегающе взвизгнул и попытался отстраниться.
– Да тише ты! – шикнула я, оглядываясь на самозабвенно горланящих мужиков. – Тут странное что-то происходит. Мне надо проверить.
На этот раз я коснулась ошейника пальцем. Осторожно, на долю секундочки. Снова ничего. Прижала палец покрепче, начала отсчитывать секунды, готовая в любой момент отдёрнуть лапу – снова ничего. Хватанула всей ладонью – ошейник как ошейник.
Луки, внимательно на меня глядя, согнул передние лапы и осторожно прикоснулся к своему ошейнику. Полыхнуло крохотное пламя, шерсть на лапе опалилась, слегка досталось голой подушечке. Луки зарылся носом в солому, давя скулёж.
– Тише, тише, – снова повторила я, гладя братишку но макушке. – Ты уж не трогай, это ж я у нас такая неправильная, видимо, на меня и магия эта не действует. Ну-ка, дай, попробую ещё разок.
На меня не действовало. Может, только на людей и оборотней зачаровано, а я-то ящерица. Но так ли уж важно – почему, главное – у меня получилось расстегнуть ошейник, а потом так же осторожно его застегнуть обратно.
– Сейчас ещё рано, – пояснила я, снова надевая на братишку мерзкую штуковину, хотя так хотелось напялить её на гада Молеса. Только это ничего нам не даст, лишь хуже сделает. – Ночью, как заснут – удерём. А пока потерпите.
Раз про море и корабли говорят, значит, в портовый Тонреш путь держат, а туда от нашего посёлка больше суток добираться, без ночёвки никак не обойтись.
Все три волчонка кивнули, глядя на меня с надеждой. И я её обязательно оправдаю. Есть у меня мысль одна, главное, нужную травку найти, но если даже и нет – долбануть булыжником по голове спящего мужика даже хрупкая девушка в состоянии. Главное – они не догадываются, что за спиной у них не только связанные дети, но и вполне взрослая и, главное, свободная девушка. Очень злая девушка!
До вечера телега останавливалась ещё дважды. В первый раз Мозес достал флягу и миску, в которую налил воды.
– Вирток, развяжи им пасти. По очереди. Эй, зверята. Сейчас вы спокойно напьётесь и будете при этом вести себя как послушные детки. А кто попытается кусаться, воды не получит. Все всё поняли?
Все всё поняли и покорно кивнули. Пока я пряталась между мешками и мысленно облизывалась – пить хотелось всё сильнее, – детей напоили. Всё же не совсем твари наши возницы, ладно, насмерть убивать не стану, просто вырублю, чтобы удрать не помешали.
Потом, вновь стянув волчатам пасти, их уложили прямо на дорогу.
– Мы сейчас отойдём, а когда вернёмся, чтобы рядом с каждым была лужа. Мне обоссанная солома в телеге не нужна. Кто не справится – будет бежать на верёвке за телегой, пока не обдуется. Все всё поняли?
Получив кивки – ребята вели себя идеально, в ожидании побега делали всё, чтобы не злить похитителей, – оба возницы пристроились у ближайшего же дерева по той же надобности. А когда Вирток, потирая живот, нырнул в кусты, я поняла, что это мой шанс. Молнией слетела с телеги и рванула в поле на другой стороне дороги – я давно уже приметила нужные мне соцветия, недаром матушка меня с ранних лет обучала травническому делу, премудрости, которой научилась у своей покойной бабки. Магия – это, конечно, хорошо, но лишний приработок никогда не помешает.
К тому времени как волчат не особо нежно кинули в телегу, я уже вновь закопалась под мешки, припрятав кое-что интересненькое под соломой. Сложновато было забираться в телегу на трёх лапах, но взять такое в пасть я не решилась. Ну да ничего, справилась.
А когда уже начало смеркаться, нас, видимо, в условленном месте, дожидался оборотень на лошади. Обменявшись с Молесом приветствиями, вновь прибывший вытащил из седельных сумок чёрного волчонка и маленькую рысь. Зверята были связаны так же, как и мои ребятишки, рысь жалобно скулила, волчонок пытался огрызаться. Но Молес спокойно надел кожаные перчатки, от которых фонило магией так, что даже я почувствовала – от ошейников, кстати, ничем таким не тянуло, – и нацепил на новичков эти мерзкие штуки.
Малыши отправились в телегу к моим волчатам, тот, кто их привёз, получил от Молеса кошель и, не прощаясь, скрылся в лесу по едва приметной тропке. А мы поехали дальше.
 
Уже совсем стемнело, когда остановились на ночлег. Место было удобное, явно не первый раз используемое – поляна, лишённая подлеска, ручей, старое, обложенное камнями кострище. Вирток, подгоняемый дядькой, распряг лошадей, напоил и прицепил им на морды торбы с овсом. Молес в это время разжёг костёр и повесил на него два котелка, один для травяного отвара, в другом стал варить кулеш с солониной. Судя по размерам котелков, детей кормить никто не собирался. Вот же жмоты!
Ну ничего, надеюсь, отварчика с подсунутыми мною травками, приправленными для усиления эффекта щедрой порцией магии, вы хлебнёте раньше, чем каша сварится. А нет – в мешке ещё припасы на обратную дорогу есть, я видела, голодными не останемся.
К моей радости, пока каша доваривалась, мужики устроились у костра с кружками отвара и той самой коврижкой, что дала Виртоку в дорогу мать. Осталось подождать каких-то полчаса – и крепкий сон нашим похитителям обеспечен. Но не успели они и по паре глотков сделать, как раздался стук копыт. Молес быстро метнулся к телеге и набросил на зверят попону.
– Тихо сидеть! Кто хотя бы пискнет – убью!
Те притихли. Хоть и маленькие совсем, да не безмозглые – едет неизвестно кто, может и внимания не обратить на скулёж из чужой телеги, а кнута отведать никому не хотелось. Если бы не было шанса на побег – наверное, рискнули бы. Но точно не сейчас.
К костру выехал мужчина, одетый по-городскому. Не как лорд, конечно, но добротно. Лицо замотано платком, одни глаза из-под низко надвинутой шляпы сверкают. Поперёк седла у него висел темноволосый подросток в простой домотканой одежде, обвис так, словно был без сознания.
Какое-то время прибывший рассматривал наших возниц, а я его, слившись с травой в паре метров от костра. Хорошо лицо скрыл, столкнёшься – не узнаешь.
– Вы Молес? – поинтересовался незнакомец негромко.
– Ну да, Молесом кличут, – откликнулся обладатель этого имени. – Чего желаете, господин хороший?
– Посылочку привёз, передать на корабль надобно, – и он небрежно спихнул паренька с лошади, тот буквально стёк на землю – точно без сознания.