Сердце принца-ворона

Она прикусывает уголок губы.
– Не могу сказать.
– Ты можешь назвать мне свое имя? Дать посмотреть на себя без этих состряпанных чар?
– Нет…
– Я ведь могу тебя заставить. – Голос звучит устало, но не зло; просто говорю как есть. – Отвести в подземелье и принудить раскрыть свои тайны. И плевать на сделку. Назови мне хоть одну вескую причину этого не делать.
Она разглядывает собственные ноги.
– Могу лишь сказать, что пошла на это от отчаяния.
– И кто был в отчаянии? – хмурюсь я. – Ты или она? – Девушка молчит. – Ты так и не ответила на последний вопрос, что я задал в карете. Кто ты для принцессы Мэйзи? Почему она доверилась тебе?
– Я друг, – чуть поколебавшись, отвечает она.
Вдохнув ее энергию, я не ощущаю ничего похожего на ложь.
– Ты приехала с ней из Мореи? – Она поджимает губы. – Ты одна из ее служанок? Я никогда не видел возле нее никого… Во имя ночи, ты – Подаксис?
Она потрясенно открывает рот.
– Конечно нет! Я что, похожа на крабообразное?
Я улыбаюсь уголками губ, впервые ощутив хоть какой-то намек на веселье с тех пор, как все пошло совсем не так.
– Думаю, голос слегка не похож.
Она лишь вздыхает, и выражение ее лица смягчается.
– Я на самом деле служанка, – признается она, и ее эмоции остаются совершенно ровными. Значит, не лжет. – Я служанка и союзница принцессы Мэйзи. Только это я и могу сказать.
– Как долго должен был длиться этот фарс? Если ты не планировала обманом выйти за меня замуж, тогда к чему все шло?
Она чуть напрягается и делает несколько вдохов.
– После светского сезона нашим встречам пришел бы конец, – ровным тоном поясняет она.
– И что? Ты собиралась целый месяц водить меня за нос, а после дружески расстаться, даже не сообщив, что настоящей принцессы все это время здесь не было?
Она молча постукивает пальцами по бедрам. Я ощущаю легкий налет беспокойства. Может, я все же приближаюсь к истине?
Я размышляю над словами девушки, перебирая в памяти все, что она сказала, разбирая изменения ее эмоций. Судя по всему, принцесса Мэйзи, предположительно, будучи в отчаянии, добровольно втайне покинула дворец Селены и оставила здесь под чарами свою союзницу, служанку-подругу, чтобы продолжать встречаться со мной, но не набиваться мне в жены.
Мысли крутятся в голове, я пытаюсь осознать происходящее. Что могло вызвать столь сильное отчаяние, чтобы принцесса решилась пойти на подобные крайности?
В голове мелькает внезапная догадка. Если она верна, тогда ясно, почему ушла принцесса и откуда взялись холодность и безразличие настоящей Мэйзи.
– Она ведь сбежала, правда?
Самозванка замирает, и в ее эмоциях вспышками проскальзывает удивление. Однако она молчит, ничего не подтверждая, но и не опровергая.
– Я же прав? Она в кого-то влюбилась, но отец не одобрил ее ухажера. И она согласилась притвориться моей парой, чтобы скрыть свои истинные намерения. Кто же этот счастливчик?
– Я не знаю, – тихо признается она.
Я упираю руки в бедра, чувствуя, как с плеч сваливается тяжесть. Да, меня надули, но теперь, по крайней мере, я могу быть почти уверен, что за моей спиной не плетется грандиозный заговор.
Вздохнув, качаю головой.
– Она могла просто сказать мне правду. Я бы стал ей верным союзником.
Девушка закусывает губу.
– И что теперь?
– И правда, интересный вопрос.
Постукивая пальцем по подбородку, я вновь внимательно смотрю на нее. Под столь пристальным взглядом она начинает дрожать, ее эмоции пятнает страх.
Я протягиваю руку.
– Пойдем, я отнесу тебя во дворец.
– Зачем? Чтобы бросить в темницу?
– Чтоб отвести обратно в твою комнату. Ну, в комнату Мэйзи.
– Ты не станешь меня наказывать?
– Еще как стану! – Я усмехаюсь уголком губ. – Но не так, как ты думаешь.
Она отступает на шаг назад.
– Слабое утешение.
– Преступление вовсе не должно утешать. Я позволю тебе продолжать свою игру, но за это потребую кое-что взамен.
– Ты о чем?
– Обсудим это позже, – подмигнув, поясняю я. – А теперь пойдем. Конечно, ты можешь попытаться сбежать. Но тогда мне придется броситься за тобой. Даже если ты спрячешься, я отыщу тебя по энергетическому следу. В любом случае, ты вернешься со мной во дворец.
Она окидывает взглядом мою обнаженную грудь, и в ее энергии появляется восхитительный оттенок паники. Взглянув мне прямо в глаза, она сообщает:
– Я больше не хочу лететь.
– Почему? Боишься высоты? – насмешливо спрашиваю я.
– Вовсе нет. – Она вздергивает подбородок, и я чувствую, что она не лжет.
– Тогда в чем дело?
Она стискивает зубы, на мгновение бросая взгляд на мою грудь. По ее лицу – точнее под надетыми на ней чарами – расползается бледность. Она пытается изобразить смущение.
– Я не хочу снова потерять обувь.
Я опускаю взгляд на бледно-голубые шелковые туфли, и через миг приходит понимание.
– В них ведь чары, правда?
Теперь ясно, почему Оги видел Мэйзи выходящей из комнаты мадам Флоры. Она не наносила дружеский визит и не покупала бальный наряд. Она искала чары, чтобы скрыть под ними собственную служанку.
– Для меня крайне важно их не снимать.
– Никогда? Ну ты ведь не станешь в них спать?
Я опускаюсь перед ней на колени и тянусь к подолу нижней юбки.
– Конечно не стану. Постой… – Она делает шаг назад. – Что ты делаешь?
Я поднимаю на нее взгляд.
– Хочу увериться, что ты вновь не потеряешь обувь.
– Ты их не снимешь!
– Даже не собирался, – цежу я сквозь зубы. – Я просто оторву полоску ткани от твоей сорочки и закреплю туфли на ногах.
– Ты хочешь испортить мне сорочку?
– Не сомневаюсь, что у принцессы найдутся и другие. – И, куртуазно взмахнув рукой, интересуюсь: – Можно?
Она переводит взгляд с меня на нижнюю юбку и подходит ближе.
– Ладно…
Я чуть приподнимаю нижние юбки и зажимаю между пальцами край сорочки. Я разрываю ткань, и девушка перестает дышать. Мне с трудом удается скрыть самодовольную ухмылку.
Оторвав две длинных полосы льняной ткани, я просовываю одну из них под нижний край туфли и завязываю сверху, а после проделываю то же самое с другой ногой. Закончив, я встаю. Она тут же принимается проверять, насколько крепко держится обувь.