Шаг за рубеж

Неприятная новость, еще одна, свалилась на его голову, когда он спустился к погребенной родне и их супругам, чтобы, следуя традициям, выразить свое горе. Ничего подобного бастард не испытывал, но северяне пристально следили за каждым его шагом.
– Мне жаль, что леди покинули нас в столь юном возрасте, – тихо, но чтобы жена отца слышала, сказал тогда Рирз. Он надеялся вернуть расположение слишком молчаливой и взволнованной женщины. – Если бы я мог их защитить…
– Робсон не переживет горестных вестей, – леди продолжала верить в благоприятный исход.
– Думаю, дядя Ренрог тоже не обрадуется.
– Чему Ренрог не должен радоваться?
– Его жена, – Рирз махнул рукой в ту сторону, где хоронили жен младших братьев и других малозначимых леди, для них существовало несколько общих могил, и когда те переполнялись, кости отправляли в овраг за городскими стенами. Мало кто знал об этом. – Погибшая от болезни. Я чувствую свою вину до сих пор, быть может, именно я ее принес, из Новых Земель или с юга…
– Но леди Холдбист отправилась вместе с супругом на поиски Рогора.
Рирз даже забыл, что ему следует положить дары Богам на обе могилы, и швырнул все на одно надгробие.
– Он не мог ее забрать, она умерла. Страдала несколько дней, изрыгала кровь и померла. Я видел.
– То была не она.
– А кто? Она назвалась леди Холдбист, женой Ренрога. Ее видели другие люди, и они подтвердили, что это она.
– Быть может, они напутали или не пожелали открывать тебе правды. То лишь глупая придворная, думаю, она хотела обезопасить себя. – Леди Эббиана не улыбалась, но Рирзу казалось, что вот-вот она рассмеется ему в лицо. Женщина молчала и сказала лишь сейчас, потому что хотела мести? Потому что давала Ренрогу время? Или потому что не думала ни о чем, кроме Рианы и Робсона? Скорее кроме как о сыне, она всегда его любила больше, чем других.
– Благодарю за помощь, миледи.
– Робсон не единственный, кто мешает тебе. Ренрог, если займет место правителя, не даст тебе послаблений, но Робсон – добрый, благородный и способный к прощению юноша, вы можете помогать друг другу.
Ах вот почему леди столько ждала! Давала время брату мужа и его девице убраться. Неудивительно, если она подговорила девчонку назваться чужим именем, а жителей Фиендхолла – признать в ней леди Холдбист.
– Я готов к встрече с дядей, – коротко ответил Рирз, он нуждался в тишине и спокойствии, подальше от леди, чтобы не сорваться на нее, и потому направился к выходу, так и не дойдя до места захоронения придворной дамы. – Я распоряжусь, чтобы тело лишней здесь леди отправили в Храм. Там знают, что с этим делать.
Дядя так и не объявился, в последний раз его видели близ границ с Миррорхоллом. Два южных отряда из тех, что отправились на разведку, не вернулись, их либо убили, либо они заблудились и, не привычные к погоде, замерзли. Доверять подобные вылазки пришлось людям Утто Грейвула, который в самом деле держал слово и всячески помогал бастарду. Он охотно искал Ренрога, но Рирзу казалось, что куда охотнее тот ищет Рогора Холдбиста, нежели его брата, оно и понятно, убедиться, что враг мертв, лучше всего лично.
Люди вассала Бладсворда помогали нести караулы, ночами заменяли южан, чтобы те не заболевали пуще прежнего, встречали прибывающее подкрепление, слуг и обозы, доставляемые кораблями, и настолько прочно вплелись в жизнь узурпатора Холдбиста, что Рирз стал считать Грейвулов своими первыми последователями. Быть может, чуть погодя он сумеет изменить границы или и вовсе заберет владения восточных лордов себе. Лишит Бладсвордов вассалов. Такое редко, но происходило, и Грейвулы были типичным примером: некогда они являлись вассалами Холдбистов, а к Бладсвордам угодили самыми последними из Ветвей, задолго до Эпохи Королей. В каких-то легендах говорилось, что восточные правители сдвинули горы, чтобы отгородиться от северян, а в других – что Грейвулов из-за бесполезности прогнали и те отыскали себе новые владения и новых правителей.
Вернуть Холдбистам старых подданных – вполне здравая и практичная идея. Тем более что пронырливый моряк предложил заключить союз и пророчил счастливую жизнь бастарду лишь в компании с одной из своих дочерей.
Думать о жене и заниматься поисками подходящей партии было рановато, все мысли занимали вопросы, что делать с регентом и как обезопасить себя. Холдбист не желал давать волю опасениям и чрезмерно эмоционально вести диалог с Вихтом, однако понял, что это прекрасный шанс в очередной раз воспользоваться некоторым преимуществом. Вайткроу почти не изменился и зачастую оставался все тем же болваном, что и во время их знакомства. Сын Рогора успел привязаться к нему, отрицать теплые дружеские чувства было глупо, однако своей собственной жизнью захватчик Фиендхолла дорожил куда больше.
Не являться к регенту почти так же опасно, как и являться. Требовалось отправить кого-то на разведку, чтобы оставить для себя план к отступлению, и выбор пал, разумеется, на Вихта. Пара душевных разговоров – и южный правитель был готов спасать друга и первым принимать гнев регента, если таковой в самом деле имеет место быть. А при приятном стечении обстоятельств лорд успеет переубедить Его Высочество насчет Рирза, укрепит позиции бастарда, и по прибытии Клейс Форест будет готов подарить сыну Рогора титул и признать законным наследником и правителем севера. Было бы неплохо узнать в том числе и о смерти младшего брата. Незаконнорожденный отпрыск Рогора никак не мог решить, желает ли присутствовать на казни Робсона или предпочитает только узнать о ее свершении. В конце концов, нынешний глава рода никогда не делал Рирзу ничего плохого, и, не будь он помехой на пути к власти, Рирз бы оставил его в покое. Но увы.
Отправляя друга в Санфелл навстречу опасностям, бастард не чувствовал никаких угрызений совести. Почти. Он аккуратно подводил южанина к нужной мысли, медленно, чтобы тот уверовал, что сам возжелал отправиться первым и прикрыть Рирза собой. Через пару дней Вихт переубеждал бастарда, требовал, чтобы тот не рисковал, и горячо ругался с другом, убеждая придерживаться требуемого северянину плана. Некоторое волнение, что с Вайткроу что-то может случиться по пути или регент раскроет их план, присутствовало. Не меньше терзала тревога, что южного правителя обманут, ведь сделать это несложно, и он пришлет письмо о том, что можно плыть, а Рирза вместо приятной постели и изысканных блюд встретит армия Его Величества, которая сопроводит бастарда в тюрьму. И тогда уже Робсон будет решать, стоит ли являться на казнь брата или это выше его сил.
Вихта казнить не станут. Убивать отца будущих племянников рука у Клейса Фореста не поднимется – уж в этом Холдбист был уверен. Дочь Райана, скорее всего, если исходить из возраста леди Кейдс Форест и ее состояния, о котором Рирз много слышал, останется единственной девочкой этой четы. Законной дочерью, разумеется. О количестве бастардов лорда Ласса Фореста ходило множество слухов, равно как и о бастардах всех остальных членов семьи, но, несмотря на это, регент явно испытывал теплые чувства именно к Фейг, следовательно, ни в коем случае не посмеет причинить ей неудобства. Поступок Райана, когда тот отдал дочь, вопреки обетам, сыну друга, а после пожалел об этом, также мог повлиять на положение Вайткроу в Санфелле. Южанин был благосклонным – принял вдову, взял в жены, простил ее родню и вел себя чрезмерно благородно.