Жертва на замену
Наклонив голову, на секунду зацепила зубами нижнюю губу, снова поворачиваясь к зеркалу.
А может, так пойти? Я не особо-то и хочу в «Safe and Sound» работать…
«Будешь пресс-секретарем! Как Песков у Путина!» — вспомнив папину фразу, которую он влепил, как последний аргумент «за», тихо фыркнула. Я же согласилась пойти на соискание должности секретаря-тире-администратора сайта, лишь бы этот поток аргументов закончился. К тому же, я все равно не знала, куда пойти устраиваться.
В 9:15 я торопливо шла к остановке. Дрожь, ползающая туда-сюда по спине, набирала обороты. Может, и правда, надо было по совету брата закинуться валерьянкой?
Качнула головой: и русый локон выбился из верхней части волос, что были собраны сзади заколкой со шпилькой — простая на защелке не брала мою густоту волос. Заправив за ухо, хлеставшую по лицу от порывов ветра прядь, села в автобус. Старый малогабаритный автобус был забит до предела, а наглухо закрытые окна создавали ощущение консервной банки — духота, пыль и пот. Пришлось дышать через нос, чтобы полупустой желудок не вывернуло, и радоваться, что из косметики на мне только — тоненький слой блеска для губ.
До нужного здания я добралась довольно быстро, стоило только выбраться из трясущейся машины пыток, чудом не помяв черную юбку и белую блузку — стандартный набор бывшего выпускника ВУЗа. Компания ООО «Safe and Sound» ютилась в здании бывшего строительного техникума, что уже пошло в колонку «минусы», составленную в голове. Да и логотип простоват — аббревиатура «SAS» в двойном круге, напоминавшем динамик колонки. Несмотря на крайне невзрачный вид здания снаружи — отколупанная грязно-желтая краска, сколы и граффити — внутри было уютно. Не возникало ощущения, что я перенеслась во времени лет эдак на 15–20. Все чистенько: плитка белая, без критических трещин, панельный потолок с софитами и даже напольные растения с широкими листьями по углам. Выцепив взглядом стойку ресепшена — обустроенную на месте старой вахты — выпрямилась, одернула юбку и направилась к девушке в красных очках, гипнотизирующую экран компьютера. «Паук» что ли раскладывает?
— Здравствуйте, — прочистила напряженное горло, заодно привлекая внимание полной брюнетки с маленьким подбородком. — Меня зовут Евгения Васильевна, я…
— Вас ожидают на втором этаже в кабинете номер 117, — быстро проговорила администратор, монотонно, словно работ.
«Может, она занята важным делом?» — подошла к подножью лестницы, обернувшись на длинную стойку металлического цвета. — «Правда, я не заметила, чтобы она что-то печатала…»
Цоканье моих лодочек на среднем каблуке звонким эхом отскакивало от стен, несясь дальше по проходу. Тишину прерывало только жужжание кондиционера и шум улицы за чуть приоткрытым окном: июльская жара не щадила.
По спине пробежала струйка леденящего пота. Почему здесь никого нет? Не может же компания состоять из двух человек. Вертела головой, в поисках нужного кабинета, и наткнулась на груды коробок в углу небольшого холла, соединяющего два коридора. Сменила направление — интересно, что в них…? Вдруг, что-то запрещенное?
Во рту пересохло, а сердце и без того шалившее, начало отбивать настоящую чечетку. Не без усилий расстегнула самую верхнюю пуговку на блузке: пальцы дрожали, как будто я последний час тяжести носила, а не тоненькую папку с документами.
Нет, мне точно голову напекло… Гень, придумай отмазку получше. Или ты папе скажешь, что сбежала, так и не пройдя собеседование, потому что решила, что они торгуют наркотиками, а по акции раздают автоматы Калашникова?
Решительно кивнула сама себе и отдернула руку, потянувшуюся к коробке с наполовину отклеившимся скотчем. Просто выходной или рабочий день еще не начался…
Сцепила руки за спиной, вытягиваясь по струнке — это всегда меня немного успокаивало и унимало дрожь в руках.
— Входите, — послышался приглушенный голос слева от меня.
Повернула голову и взгляд скользнул по затертому номеру бывшей аудитории «117».
Ниже красовалась блестящая табличка.
«Заместитель директора. Зотова Елена Степановна»
Выдохнула, в надежде избавится от тяжести, сдавившей легкие, взялась за ручку и повернула: все заготовленные фразы тут же испарились из головы.
2
Стоило ступить за порог и меня ослепило холодное яркое освещение и обилие белого цвета. Кремовые стены, белоснежный ламинат с серыми прожилками, навскидку «белый дуб». Помню, мама затеяла ремонт и подсела на ролики по дизайну в интернете, все закончилось поклейкой в коридоре флизелиновых обоев пополам с бамбуковыми. А мой цепкий ум запомнил много дизайнерских определений. Порой я запоминаю абсолютно бесполезные вещи, такие как заглавная песня из мультфильма «Три кота», при этом выметая из головы жизненно необходимые вещи. Вот какой CSS-код использовать для смены цвета страницы и шрифта? Вроде «
— С-с-садитесь, пожалуйс-с-ста, — шипящая «с» привлекла мое внимание, уводя его от панических мыслей, проносящихся в голове со скоростью 65 км/ч, вместе с ненужной ерундой вроде названия расцветок покрытия и фактов «это интересно знать».
Перевела взгляд с закрытого окна на женщину, с волосами мышиного цвета и круглыми, выпученными глазами. Она напоминала мне какое-то животное, но какое я не могла определить. Замдиректора сидела неподвижно, кутаясь в шаль такого же темно-вишневого цвета, как и стол, за которым она сидела. Зотова, не мигая, смотрела прямо на меня: стало даже как-то не по себе: я снова сцепила руки за спиной. Молчание по всем меркам затянулось. Я сделала шаг к стулу с тонкой кожзамовой обивкой, что стоял напротив ее стола, предположив, что Елена Степановна — это имя папа кувалдой вбил в мою голову — ожидает от меня решительных действий.
— С-с-с-той, — голос заставил замереть, чуть покачнувшись: каблуки были для меня непривычны, благо что я не растянулась на полу от такого резкого движения. Я подняла голову, взглянув в глаза насыщенно-зеленого цвета. Женщина, поймав мой взгляд, сильнее укуталась в свой вязаный платок, до треска натянув ткань на плечах. Может, беременная? Поэтому и мерзнет: ведь, даже несмотря на работающий кондиционер, в кабинете градуса 22, не меньше. Увидев, что я за ней наблюдаю, она скривилась и отодвинулась — ножки стула неприятно корябнули по паркету. Я растерялась: поведение Зотовой все больше сбивало с толку. Она ведь сама согласилась на собеседование.
— Открой шкаф, — холодные нотки в голосе заставили вздрогнуть: я еще ничего не сделала, а уже чувствовала себя так, будто в чем-то провинилась. Или я как-то не так зашла?
— Зачем? — вопрос напрашивался сам собой. Я ожидала услышать: «Покажите резюме» или хотя бы просьбу открыть диплом, а никак не шкаф.
Одутловатые пальцы начали перебирать по столу, отбивая какой-то понятный только этой женщине ритм. Она ждала, когда я выполню просьбу, больше похожую на приказ. Но я не из тех, кто тупо делает то, что ему скажут. Мне нужны весомые аргументы, а лучше — доказательства того, что шкаф не заминирован. Потому я осталась на месте, украдкой поглядывая на дверь. Долго смотреть на женщину не могла: взгляд у Елены Степановны был неприятный, липкий, как у рыбы или какой-нибудь амфибии. Внутри все дергалось от раздражающего звука. Скорее всего, собеседование я провалила: секретари должны выполнять причуды начальника, а я забычилась из-за ерунды.