Подонок

Нина бесшумно вошла в столовую и села на одну из лавок. Я сильнее затянул рюкзак. Старался на неё не смотреть.
— Стараюсь не думать об этом, Аллах хранит меня ради детей!
Нина подпёрла подбородок острым кулачком.
— Я боюсь за тебя!
— Знаю!
С минуту мы смотрели друг на друга, а потом она встала и подойдя ко мне, положила голову на плечо.
— Мне страшно, Вугар! Очень страшно!
Я не двигался, знал, надо хотя бы погладить её по волосам, но не делал этого. Понимал, надо сказать. Давно пора, а я всё тянул. Тянул и не понимал зачем. После смерти Розы, меня ничего не волновало кроме мести за неё и своих детей. Я был одинок. Отличался какой-то непонятной харизмой, силой воли, мужеством, которое притягивало ко мне Нину, но при этом, оставался одинок. Волк одиночка, тот который не впускал никого в душу. Возможно когда либо, я встречу своего человека, но этим человеком точно никогда не станет Нина, и я знал это точно. Я сгорал в своём одиночестве, как птица феникс возрождаясь из пепла, но не мог разделить с Ниной это одиночество, она была чужая, хоть и принадлежала, мне, я не принадлежал ей и никогда бы, не смог, принадлежать. Ни, моё, и точка. Мне было наплевать на стереотипы, на слова отца, что детям нужна мать, а мне жениться, что прошло пять лет, и надо жить дальше, я жил, но просто один, никого больше не впуская в душу и не желая там видеть кроме неё. Я знал, что даже моя сила, когда- либо захочет, обрести уверенность что меня любят, но это время, а моё время ещё не пришло, и этим временем, была точно не Нина. Есть люди, которых мы не выбираем, они сами приходят в нашу жизнь. Нина не выбирала себе то, что влюбилась в меня, а я не мог ответить ей ни, потому что был бездушной скалой, а потому что не жил ей и вроде мы дышали одним воздухом, но по-разному, она была чужая, как и чужим ей был я, но она этого не понимала, а может просто не хотела понимать.
— Я вижу, ты поговорить о чём-то хочешь? Скажи! Я всё пойму!
Нина посмотрела мне в глаза. Они были у неё особенные. Красивые такие. Печальные, и, в то же время серьёзные.
— Нин…
Она, не дав мне договорить, коснулась губами моих губ.
— Можешь ничего не говорить, я всё понимаю! Ты не знаешь, как отделаться от глупой влюблённой дурры! Думаешь, я ничего не понимаю! А ты не хочешь ранить меня, видя, как я в тебя влюблена!
— Нина, перестань! — поморщился я. — Ты не глупая и влюблённая дура, а молодая красивая женщина! Тебе детей пора рожать, а ты всё время со мной теряешь!
Нина вспыхнула.
— При, чём, тут это? Я не теряю время, я надеюсь….
Она не договорила, телефон завибрировал, и на экране возникло видео. Я едва не выронил его. Думал что животное, которое было моим братом, уже ничего не сможет вытворить, чтобы переплюнуть кого-то, но, то что, я видел сейчас с экрана телефона, настолько убило меня, что я не сдержавшись, отшвырнул его. На экране было видео, этот чёрт, других слов у меня не было, трахает девушку и снимает на видео, выкладывая в интернет. В глазах потемнело, почему, я тогда не убил его за то, что сидел в машине, как последний трус и смотрел на то, как расстреливают мою жену. Жалкий ничтожный трус, которого, я ненавидел всем сердцем и желал лишь одного, сдохнуть ему поскорее.
ВАХИД
Я открыл глаза из-за того на меня кто-то лил холодную воду. Резко подорвавшись на месте, сел и посмотрел на отца, и стоявшего за ним начальника охраны Раиля.
— Ты совсем охренел чёртов щенок бл…ь? — заорал отец. — Ты что творишь?
Я потёр глаза и наткнулся взглядом на Раиля.
— Да, Вахид! Года идут, а ты не меняешься! Такой же дурной! Ты понимаешь, что ты чуть не убил её? Третий труп за день хочешь? А это видео? Ты совсем рехнулся? Руслан Маратович, с вами всё хорошо?
Отец устало потёр виски, туда- сюда ходя по комнате.
— Через два часа приедет выездной сотрудник, а потом, вы улетаете! Из-за тебя, мы лишимся всего! Ты бы читал комментарии к этому видео, я не знаю, кем надо быть, чтобы сделать такое!
Я, молча, откинулся в подушках. Телефон разрывался от количества просмотров и сообщений. Заходить в него не хотелось. Идиот. Я чёртов идиот. Отец прав, самый настоящий биомусор, бесполезное существо на земле, ни то, что его старший сын.
— Приходи в себя! — бросил он. — Через час в зале! Надеюсь, не скоро увидимся!
Когда он вышел, а за ни м немой тенью и Раиль, я встал и выйдя на балкон, хмуро уставился на карнавал осенних листьев, которые красивым золотисто багряным ковром, усыпали всю землю. Через каких-то несколько часов, я улетаю твою мать, улетаю и оставляю всё позади. Учёба, мысли, мечты, другое государство, хоть и состав России, другие люди и тот самый день. Я старался не вспоминать 1 сентября пять лет назад, когда мой братец уехал на деловую встречу, а потом делать сюрприз Розе. Сюрприз не удался, Розу убили на моих глазах, жестоко наставили автомат на Тимура, а она вместо приказа стоять, бросилась защищать сына, закрыла его собой, прежде чем в неё выпустили магазин. Было страшно это вспоминать, страшно помнить глаза брата и его ненависть ко мне, дикую и жгучую, а ещё свой трусливый позор, когда я даже забыв о племяннике, сбежал, бежал, куда глаза глядят, стараясь не вспоминать её предсмертный взгляд и огромное красное пятно, разлитое по светло бежевому пальто. Резкий звонок телефон, один и тот же номер заставил вздрогнуть. Да какого хрена кому надо? Кто это ещё?
— Да,! — рявкнул, я.
— Узнал?
Внутри всё похолодело. Узнал. Этот голос, я узнал бы из тысячи. Пришло время платить по долгам.
 
Глава 12
 
АЛЁНА
Я не знаю, что тогда было со мной, что, я чувствовала…. Всё или ничего? Пустота или грёбаное чёртово безразличие? С самого утра слышала весёлый голос Кристинки, Руслан Маратович подарил ей собаку, щеночка. Я настолько устала отвечать на вопросы доктора, что казалось не чувствовала уже ничего, устала что-либо чувствовать после этой ночи. Просто забралась под одеяло и стала слушать своё дыхание, даже не зная, кислородом или каким-то пустым безразличием к своей жизни, я дышала. Краем уха, услышав об этом злополучном видео, и ощущая стойкий запах корвалола от Джабраилова старшего.
После ночи с Вахидом, если его можно назвать по имени, а не животное которое испортило мне жизнь, я была противна сама себе, когда стала разбираться сегодня с утра, что произошло. Он растоптал меня, унизил, опозорил на всю страну. Для него это акция, а для меня конец, позор на весь интернет. Очередную куклу сынок генерала трахает по видео. К глазам подступили слёзы. Господи, лишь бы сестра этого никогда не увидела. Придержать более романтичной версии, которая за эту ночь изжила себя, впрочем, как и моя наивность, простота и прямолинейность, я не могла. Эта ночь стала решающей, я больше никогда не стану прежней.
В дверь постучались. Я отложила в сторону пудреницу.