Яд Горькой Любви

Железная дверь с грохотом лязгнула, и брюнетка повернулась ко мне.
— Скоро начальство приедет! Не подставьте меня! Обыскивать не стану, все равно пропищала бы, а если сигареты что дашь, то перед кпз отберут! Но сама знаю, как курить хочется, курю много лет! На! У вас десять минут!
Она протянула мне пачку сигарет и зажигалку, а потом подтолкнув внутрь, захлопнула дверь. Я замерла, стоя в какой-то темнице каморке в этом глупом свадебном платье. Прямо лучше не придумать. Идея для криминального романа, вот только тут реальная жизнь. У окошка с решетками стоял он в своей белой, правда уже ставшей от пыли серой рубашке. Обернулся. Под глазом фингал. Внутри все сжалось. Руки скованы в браслетах. Взгляд совсем не такой, как раньше. Мола смотрит на меня. Кажется, что передо мной совершенно другой человек, а ни тот самоуверенный наглый тип, унижавший меня. Я тяжело вздохнула. Странно, никакой ненависти к нему нет, наоборот больше какая-то жалость, несмотря на то что память так услужливо подкидывала мне воспоминания о нашей первой встрече…
Я изо всех сил гоню их от себя. Познакомились мы плохо и расстались мы тоже плохо. Все, как ни крути ни то.
— Саша!
Он делает ко мне шаг.
— Я тебя люблю, Саша! — внезапно произносит он. А я, молча встав к стене, едва сдерживая предательские слезы, отворачиваюсь от него…
Саша, ну что, ты плачешь в самом деле… Взрослая баба, а ревет. Вот уже слезы закапали по щекам. Больно и обидно, что так все сложилось. Он подходит сзади, слышу его тяжело дыхание у своей шеи.
— Я тебя даже обнять не могу!
Я поворачиваюсь, сдерживая себя. Прекрати, Смоленская эту реку.
— Не стоит меня обнимать, Тимур!
Отхожу от него на шаг.
— Как ты? Ты держись, мы поможем!
Тимур выругивается.
— Кто мы? Братик новоиспеченный крутится?
В его голосе звучат ревность и боль. Отчаяние. Мне все больше его жаль, и, как, ни странно больше ничего нет. А ведь могло бы получится… Могло.
— Твой брат и я единственные люди кто хотят тебе помочь!
Тимур усмехается.
— Адвокату позвони, а этому чепушиле, я не верю! Ты его знаешь? Он появился и отца убили! Я не делал этого!
Я молчу. Тимур приближается ко мне и склоняет свое лицо ко мне.
— Прости! Я столько не успел тебе сказать! Ты, наверное, не веришь мне! Ни одному моему слову, но я вел себя, как чмо! Да, я и есть чмо по отношению к тебе! Мне только ты одна нужна, Саш! Только ты! Прошу не уходи! Я выйду, я не виновен, это ошибка! Мы вместе уедем, только ты и я!
Я молча смотрю ему в глаза. Странно, не чувствую ничего. Внутри не перевернулось, ни дрогнуло. Даже нет желания его обнять.
— Ну, что, ты молчишь? Саша! Ответь мне, девочка!
Меня передернуло, так всегда говорил Макс. Девочка…
— Мне нужно идти! Ты держись, мы тебя вытащим!
Кладу пачку сигарет и зажигалку в его карман. Понимаю, что еще ни то, что десять, возможно даже пяти минут не прошло. Многие об этом свидании с любимым мужчиной мечтают, время тянут, пытаются его остановить, а я хочу уйти.
— Я слишком много говна сделал тебе, понимаю! Ты вообще сумеешь меня простить? Саш, у меня жизнь это ты теперь вся, если ты отвернешься, я…
Дверь с лязгом открывается. Я облегченно вздыхаю. Господи, какое счастье…
— Я вижу радость в твоих глазах!
— Прости, я обещала, я помогу! Береги себя!
Молниеносно вылетаю, чуть не сбив охранника и брюнетку. За мной закрывается дверь, и я дальше медленно плетусь за ней. Нахожусь в полнейшей прострации не понимая, что со мной, прихожу в себя лишь когда глаза привыкают к свету.
— Ну что?
Вахид берет меня за руку и выводит на улицу. Видя мое состояние, молча протягивает сигарету. Я закуриваю, с ненавистью сдергивая с головы фату. Господи, какая я нахрен невеста. Как надоел весь этот цирк, в котором я участвую.
— Что ты на меня смотришь? Я ничего не спросила, итак, понятно это не он!
Вахид молча буравил меня взглядом.
— Я знаю, что это не он, просто у меня…
Он достал небольшую флешку из кармана брюк и дернул один из цветочков из моих волос. Я замерла.
— Ты все слышал?
— Да, прости, но я не мог так рисковать! Я не знаю тебя, отец мог ошибаться!
Я сжала руки в кулаки. Спокойно, Саша, спокойствие, только спокойствие…
— Хотел убедиться ни вдвоем ли мы убили Джамаева? Гениально!
— Саша, успокойся! Нам надо ехать домой!
— Я туда не поеду, не хочу, чтобы мне еще яд подсыпали!
Вахид вздохнул.
— Отец купил квартиру для вас, о ней никто не знает! Там теперь, ты хозяйка! Поехали!
Я не двигалась с места, настроение становилось гаже некуда.
— Саш, ты так и будешь стоять?
Мне не хотелось ни отвечать, ничего говорить, но я сдерживалась. Молча шла к машине, ощущая ком в горле. Мама врала столько лет, и сейчас попала в самый настоящий серпентарий. Из которого просто так не выбраться. Захотелось на секунду маме позвонить, поделиться, но я знала, что услышу, что, главное деньги… А остальное все эти душевные переживания, они никому на фиг не важны. Резкий звонок телефона. Я достаю его из клатча и чувствую, как земля уходит из- под ног. Дима… Руки затряслись. Димка, сколько же времени я тебя не слышала…
— Алло!
— Ну привет!
Бешено бьется сердце… Дима. Я ведь столько его не слышала. Внутри все замирает, Господи, как я по нему скучала… Закрываю, ладонями лицо. Но тут же беру себя в руки. Спокойно, Саша, спокойствие…
— Слышал у тебя свадьба с миллионером, ты молодец, я поздравляю тебя! Умница! Главное с тем уродом разошлась!
Я сглотнула. Помню, как заболела сильно, а денег не было, с температурой лежала, а денег не было. Уже с Максом все в долгах были. Дима позвонил, у него у самого ничего не было, но денег дал. Макс за ними пошел. Позор такой… Я до последнего не верила, что он пойдет к моему бывшему мужу денег занимать. А он пошел и еще пиво прихватил. Не купил мне даже апельсинов, а себе пиво. Тогда то, я и стала молиться чтобы его посадили, Бог услышал мои молитвы. Я все глупая надеялась, что Дима вернется, даже с телефоном засыпала в обнимку, все звонка его ждала, но чуда не случилось и он не вернулся… Ни на следующий день, ни через день, никак… Как бы я не ждала, он выбрал свою Ксюшу и был с ней.
— Спасибо!
Произнесла это, как-то странно. Сквозь зубы, надрывно до боли. Внутри все сжималось. Держись, только держись Смоленская. Вахид покосился на меня, наверное, и без слов было все понятно, что я сейчас ощущаю. Да, я ощущала, как будто тысяча ножей мое тело прожгли.