Победитель должен умереть

— Могу тебя успокоить: я тоже.

И это было так. Зачем заказывать того, кто верой и правдой?.. Не потому что любит Россию-матушку, так как когда-то учился в Университете дружбы народов в Москве, а потому, что без поддержки «большого брата» вмиг лишится трона и головы.

Всякий маленький правитель должен на кого-то опираться. На чьи-то деньги и пушки. Раньше половина Африки и Азии ходили под СССР. Теперь многие переметнулись к заокеанским хозяевам. Но не все. Этот, может, и хотел бы, да грехи не пускают. Несколько лет назад он, несмотря на протесты мировой общественности, повесил два десятка белых эмиссаров, отчего впал в немилость. Отсюда образовалась его большая и чистая, хотя и не бескорыстная, любовь, на которую отвечали взаимностью до недавнего времени.

Но вдруг что-то изменилось.

Что?.. Вопрос…

— У тебя всё? — спросил Сергей.

— Надеюсь.

— Ну, тогда моя очередь сказки сказывать. Ты какие любишь? Волшебные или страшные?

— От тебя волшебных дождёшься.

— Тогда страшные. Ты когда последний раз выходил на связь с Галибом?

— Двое суток назад.

— Напрямую?

— Ну, нет, конечно. Через Помощника.

— А с Помощником как — накоротке встречался?

— Как с тобой. За ручку держался.

— Хоть не лобызался?

— А ты что, за мой моральный облик опасаешься?

— Нет, за твоё личико. Узнаваемое.

— Я в гриме был.

— В гриме или маске?

— В маске. Полной.

— Это радует. А глаза?

— Цветные контактные линзы.

— А раньше?

— И раньше. Линзы, парик, перчатки, шапочка, чтобы волосами не сорить… Полный джентльменский набор. А что такое?

— Ничего особенного, если не считать, что твой Помощник убит.

— Когда?!

— Пять часов назад.

— А охрана? Он никогда не оставался без прикрытия!

— Охранник и убил. Зарезал, как телка в сортире, и тихо смылся. Отсюда вопросы, которые он мог успеть задать покойнику. Про тебя. А покойник мог сболтнуть лишнее. Люди перед смертью бывают опасно разговорчивы.

— Нет, исключено, тут всё чисто. Кроме Помощника меня никто не видел. И Помощник… не видел. При встречах мы заходили и выходили через разные двери в разное время, чтобы я не столкнулся с охраной.

— Будем надеяться, что ты не ошибаешься. — И Сергей внимательно посмотрел на своего приятеля.

Отчего у того мурашки по спине пробежали. Очень хочется надеяться…

— Тогда ещё одна сказочка. Вдогонку. Хочешь послушать?

— Валяй.

— Сказочка про злых демонов, кои хотят лишить жизни местного Правителя, плетя нити заговоров.

— Эта сказочка уже не актуальна.

— Ты так думаешь? А они думают по-другому.


— Кто?

— Заказчики, которые давят на Джандаля по исполнению контракта.

Что? Какие заказчики?

— Заказ аннулирован!

— Это тебе так кажется. Аванс получен, люди переживают за работу.

— Ничего не понимаю…

— А что тут непонятного? У тебя был свой заказчик, у Джандаля — свой. Может, ещё и другие есть.

Ну да… Верно. У восточных правителей много врагов.

— Это в лучшем случае. А в худшем — заказчик тот же. А исполнители другие. Дубль-киллеры.

И такое может быть. Настоящие игроки на одну лошадку не ставят. А вдруг она ножку сломает и до приза не доскачет? Как тут всё закрутилось!

— Что будешь делать?

— Исполнять заказ.

— Ты всерьёз?

— Более чем. Нам скандалы и рекламации ни к чему. Мы люди деловые. Если продолжать тянуть резину, Джандаль выйдет из доверия. А он дубль Галиба. Второй по значимости в Регионе. Его продвигать надо.

— Пойдёшь на ликвидацию?

— Нет, пошумлю, постреляю. Заодно подчищу кое-кого из окружения Джандаля. Тех, кто стал выходить из-под контроля. Хлопну двух зайцев.

— Моя задача?

— Предупредить по своим каналам охрану, чтобы встречали. Только пусть сразу не суются, пусть запустят внутрь. И вообще, все должно выглядеть натурально.

— Это всё?

— Нет. Необходимо отследить подходы.

— Кого отслеживать?

— Заинтересованных незнакомцев.

— Не понял. Каких незнакомцев?

— Незнакомых незнакомцев. Ни мне, ни тебе. Заказчик очень активно интересовался подробностями операции. Думаю, неспроста, думаю, хотят поприсутствовать на мероприятии лично, чтобы убедиться, что не зря Джандалю денежки платят.

— А если это свои? Наши?

— Тем хуже для них. Мы, ты и я, подчиняемся Первому. Так? Так! Прежний приказ — беречь и охранять дружественного нам Главу союзного государства — нам никто не отменял. А всё прочее — лирика. Скажет Верховный — чистить, хоть всю столицу в хлам разнесу. А пока он молчит — действует его последнее распоряжение. Зачем же я буду инициативу проявлять? Она наказуема.

— Формализм разводишь?

— Шкурку берегу. Она у меня нежная. Тут без бутылки не разобраться, так всё путано — то защищай, то зачищай. Так что, давай лучше по деталям…

Дальше разговор пошёл профессиональный. И потому скучный. Кто, когда, откуда, какими силами… Где встречать, как расположить огневые средства… Где поставить наблюдение… Рутина. Но от неё зависит, будешь ли ты завтра жив или нет…





* * *


— У нас происшествие. Двое погибших. Наши соотечественники. Я должен знать, кто это сделал!

— Что «сделал»?

— Убил наших людей.

— Кто-то, где-то убил ваших людей?

— Не моих — наших. Вы что, не слышали?