Попасть – не напасть
Часть 87 из 109 Информация о книге
Интерлюдия 8 – Значит, ничего странного или необычного в этой лощинке не было? – Нет, ваше преподобие. Отец Николай отчитывался вышестоящему начальству. Протоиерей Алексий слушал внимательно. И про обход лощинки, и про ощущения… – А магия? Отец Николай положил на стол небольшую сферу. Вроде бы стекло. Толстое, темное, глубоко внутри с белым туманом… – Остаточная. Некогда там было что-то… Может, даже опасное, но сейчас эта земля чиста. – Вот даже как… – Да, ваше преподобие. – Интересно, откуда девушка могла это знать? Отец Николай развел руками. – Я побеседовал с ее родственниками, в частности, с матерью девушки. Мария Синютина не была в городе вот уже лет пять, жила у тетки… По приезде решила поправить положение своей семьи, устроить огород и торговать овощами. – Забавная затея… – Ваше преподобие, идею купить землю подал ее младший брат. Иван Синютин. Он же и рассказал про лощинку. Мария съездила, посмотрела и решила купить землю. – Так просто? – Да, ваше преподобие. – Хм… Протоиерей задумался. С одной стороны… в Туманную лощину и правда никто не совался. С другой… Любое проклятие не вечно. Кто первый перестает бояться, тот и снимает сливочки. Это как игра в рулетку, черное или красное, чет или нечет… Подозрительного тут ничего нет. – Полагаю, она обратилась в храм для того, чтобы люди не боялись там работать, – добавил отец Николай. – Неглупо. Даже начни она кричать, что лощина безопасна, ей никто бы не поверил. А сейчас мы выглядим так, словно сняли проклятие… Кстати, вы там строений не видели? – Видел. Останки трех домиков. – Внутрь не заходили? – Побоялся, ваше преподобие. Погнило все, того и гляди рухнет… Дверь и то открывать было страшно. – А девушка туда не заходила? – Туда уж давно никто не заходил. Очень давно, я специально посмотрел, ваше преподобие. Там видно было бы, мох растет по всему дому… – Я-асно… Протоиерей размышлял о чем-то своем. Минута, две, пять… Отец Николай не мешал. И дождался. – Вы договорились с девушкой о встрече? – Нет, ваше преподобие. – Почему? – Она обещала прийти на службу. – Это уже неплохо… А что она собирается с домами делать, не говорила? – Нет, ваше преподобие. Только про огороды… Я предложил ей поставить часовенку. Протоиерей фыркнул. – Полагаю, она не согласилась? – Ваше преподобие… – замялся отец Николай. – Мещанка же! Откуда у нее такие деньги? – А на землю? Ваше преподобие… – Ей продали все подешевле. Это же проклятое место, чиновники полагали, что все скоро опять вернется в казну. Думаю, надо поговорить с девушкой. Отец Николай уважительно молчал. Начальство рассуждать изволит! – Возможно, ей окажется полезна добрая пастырская поддержка. Я обязательно поговорю с девушкой. Навестите ее, отец Николай, и передайте мое благословение. Отец Николай склонил голову. Читай – приглашение на рандеву. – Как прикажете, ваше преподобие. Ответом ему была доброжелательная (кто б сомневался) улыбка и благословение. Работай, чадо, работай. Во благо церкви и представителей ее! Глава 12 Дела семейные и церковные – МА-А-А-А-А-А-А-ША-А-А-А-А-А! Я подскочила как ужаленная. Арина влетела растрепанная, рыдающая… – Что случилось? – перехватила я девчонку. Сестра уткнулась мне в плечо и разревелась вовсе уж жалобно. – За что-о-о-о-о-о-о?! Я погладила ее по волосам. И незаметно оглядела. Так, одежда в порядке, не порвана, волосы растрепаны, моська зареванная… Не изнасиловали и не избили. Уже хорошо. Остальное разгребем. – Что случилось, зайка? – Мы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы…. Как я поняла из последующих рыданий и страданий, Арина сообщила любимому человеку о моих словах. Так и так, жениться женись, а блудить не смей. Хочешь меня? Делай предложение по всей форме. После чего услышала о себе много нового и интересного. И что погулять с ней еще сойдет, а жениться – дураков нет. И что с ее мамашей не стоит рассчитывать на нечто лучшее. И про ее семью, и про внешность, и про Крым, и про Рим, и про попову грушу… Девочка такого не ожидала. И сейчас ревела в голос, оплакивая первую разбитую любовь. Я вздохнула и погладила ее по голове еще и еще, пока та не успокоилась. Относительно, конечно, но хоть реветь буренкой перестала. – Было бы из-за чего рыдать… – Что?!