Поступь хаоса

– Да за кого ты меня принимаешь? – Она грозно сдвинула брови.

– Понятия не имею, – ответил я. – В том-то и проблема.

– Я не собираюсь тебя им отдавать. Уж ты мне поверь. И Виолу тоже. На собрании, пока оно еще шло, весь город прикидывал, как вас получше защитить от того, што почти наверняка на вас надвигалось. – Она посмотрела под ноги, на Мэтью. – Хотя это обещание мы вряд ли сумели бы сдержать.

– Где Виола?

– У меня дома. Скорее! – Она внезапно ожила и снова сделалась деятельной. – Тебя нужно отвести туда.

– Погодите! – Я протиснулся за тюки и нашел Мэнчи в углу: он зализывал хвост.

Поднял голову, буркнул на меня – простой гав, даже не слово.

– Я сейчас тебя отсюда вытащу, – сказал я ему. – Постарайся не слишком кусаться, хорошо?

– Хорошо, Тодд, – пискнул он, прискуливая на каждом движении обрубка, но не вилять им, конечно, не мог.

Я нагнулся, просунул руки ему под живот, поднял, прижал к груди. Он взвизгнул, тяпнул меня за запястье и поспешно зализал.

– Все в порядке, парень. – Я постарался держать его как можно мягче.

Франция ждала у дверей, вместе мы вышли на главную улицу города.

Повсюду куда-то бежали люди. Одни мужчины и женщины с ружьями неслись в сторону садов, другие мужчины и женщины загоняли детей (вон они опять) по домам. Издалека доносились гром и крики.

– А где Хильди? – проорал я.

Франция мне не ответила. Мы добежали до крыльца.

– Где Хильди? – снова спросил я у двери.

– Ушла драться. – Франция распахнула дверь, не удостоив меня ни взглядом. – До ее фермы доберутся первой. Тэм все еще там.

– О нет, – глупо пробормотал я, как будто от «о нетов» есть какой-то прок.

Виола бегом ссыпалась с верхнего этажа.

– Што тебя так задержало? – вопросила она малость громковато; интересно, кому адресовался вопрос.

Тут она ахнула, узрев Мэнчи.

– Пластыри, – кратко сказал я. – Эти, волшебные.

Она кивнула и унеслась.

– Вы, двое, сидите здесь, – бросила мне Франция. – Не выходите, што бы ни услышали.

– Нам надо бежать! – Этой стратегии я совсем не понимал. – Надо убираться отсюда!

– Нет, Тодд-щен, – она покачала головой. – Если Прентисстаун хочет вас получить, этого достаточно, штобы мы вас им не отдали.

– Но у них ружья!

– У нас тоже, – отрезала она. – Никакая банда прентисстаунских не получит этот город.

Виола уже мчалась к нам, роясь на ходу в своем мешке.

– Франция… – начал я.

– Оставайтесь здесь, – сказала она. – Мы вас защитим. Обоих.

Буквально пришпилила нас взглядом к месту – поняли? то-то! – и ринулась в двери. Защищать свой город, надо полагать.

Секунду мы с Виолой смотрели на захлопнувшуюся за ней дверь, но тут Мэнчи снова взвизгнул, я положил его скорее на пол, а Виола вооружилась квадратиком пластыря и своим маленьким скальпелем.

– Не знаю, работает ли оно на собаках, – пробормотала она.

– Все равно лучше, чем ничего, – возразил я.

Она отрезала полосочку. Я прижал Мэнчи мордой к полу, пока она оборачивала ею то, што осталось от хвоста. Он рычал, извинялся, потом опять рычал, опять извинялся, а она туго и герметично накручивала ткань на обрубок. Только его отпустили, как пес немедленно принялся его лизать.

– А ну, прекрати, – строго скомандовал я.


– Чешется, – виновато сообщил он.

– Глупая псина. – Я почесал ему уши. – Чертова глупая псина.

Виола тоже его погладила, штобы отвлечь от хвоста.

– Думаешь, мы здесь в безопасности? – тихонько спросила она по прошествии долгой минуты.

– Не знаю.

Издали принесло еще грохот. Мы так и подскочили. Крики. Шум.

– С тех пор как это все началось, от Хильди ни слуху ни духу, – сказала она.

– Знаю.

Мы еще помолчали, чухая пса. Снова гвалт со стороны садов. Так далеко, што вроде как бы ничего и не происходит.

– Франция сказала, если идти по главной реке, можно дойти до Убежища.

Я поднял глаза на Виолу. Она и правда это имела в виду?

Видимо, да.

– Ты хочешь уйти, – сказал я, и это был не вопрос.

– Они все равно придут. Из-за нас эти люди оказались в опасности. Они все равно придут… так и будут приходить, раз уж зашли так далеко, ты так не думаешь?

Я думал. Не признался, но да, я так думал.

– Но Франция сказала, они смогут нас защитить, – возразил вслух.

– Ты сам в это веришь?

Я снова промолчал, зато подумал про Мэтью Лайла.

– Вряд ли мы здесь все еще в безопасности, – сказала Виола.

– Вряд ли мы в безопасности хоть где-нибудь, – сказал я. – Только не на этой чертовой планете.

– Мне нужно связаться с моим кораблем, – почти взмолилась она. – Они ждут!

– И ты готова вот так убежать в никуда, штобы это сделать?

– Ты и сам готов, – парировала она. – Я вижу. – Взгляд она, однако, отвела. – Если уйдем вместе…

Я сам воззрился на нее, пытаясь увидеть, понять, понять наконец правду.

И она посмотрела в ответ.

Этого оказалось достаточно.

– Идем, – сказал я.

Мы быстро собрались, не тратя лишних слов. Я вделся в рюкзак, она перекинула мешок через плечо, Мэнчи уже был на ногах и ходячий. Задняя дверь. Да. Вот так просто. Для Фарбранча так точно будет безопаснее, для нас… ох, кто ж его знает. Кто знает, правильно ли то, што мы делаем? После того што обещали Хильди и Франция, уходить реально нелегко.

Но мы уходим. Да, именно это мы и делаем.

Потому што мы хотя бы это сами решили. Надоело мне слушать, как кто-то все время ставит меня в известность, што он типа для меня сделал, пусть мне даже и добра хотели.

Снаружи уже спустилась настоящая ночь, луны светили ярко. Все в городе были заняты другим, так што бегству нашему никто не мешал. По-над ручьем, што тек через весь город, был перекинут легкий мостик.

– Как далеко отсюда до этого вашего Убежища? – зачем-то шепотом спросил я.

– Довольно далеко, – так же шепотом ответила Виола.

– Довольно – это как?

Секунду она молчала.

– Довольно – это сколько? – повторил я.

– Пару недель пути.

– Пару недель?!