Счастливые сестры Тосканы
Часть 23 из 81 Информация о книге
– Так-то лучше. В качестве последнего штриха она слегка взбивает шарф у меня на шее. – Неплохо, Поппи, – говорит Люси и поворачивается ко мне. – Эмили, твоему стилисту вот-вот стукнет восемьдесят. До чего же ты докатилась. Мы выдвигаемся на ужин: тетя в оранжевом платье, я в ярком шелковом шарфе и Люси в серебристом платье-чулке. Тени удлиняются, зажигаются уличные фонари. По пути к лифту я беру Поппи за руку. На выходе Люси тоже берет ее за руку и ведет через лобби. Так мы идем по вымощенной булыжником мостовой. В квартале от отеля Поппи не выдерживает и вырывается от нас: – Может, перестанете уже обращаться со мной, как с умирающей старушенцией? И не успеваем мы и глазом моргнуть, как тетя избавляется от наших заботливых рук и быстро идет к мосту. Мы с Люси еле-еле за ней поспеваем. Сворачиваем на широкую улицу. Какая-то женщина высунулась из окна, чтобы снять высохшее белье, и приветливо машет нам. В окнах домов уже горит свет, на улицу выплывают ароматы приправ. Я представляю, как целые семьи рассаживаются ужинать вокруг стола, и стараюсь запечатлеть все это в памяти, чтобы когда-нибудь описать в своем романе. Поппи сворачивает на узкую улочку и ненадолго останавливается: лишь затем, чтобы подобрать с мостовой монетку и опустить ее в сумочку. Здесь намного холоднее и темно, как будто солнце уже зашло. Я начинаю подозревать, что мы заблудились. – Ага, вот оно! – радостно восклицает тетя, увидев вывеску ресторанчика «Карлуччи». Он находится в самом конце улицы Пеццана. Поппи направляется туда, распахивает двери и входит в ресторан уверенно, как самый дорогой гость. В полумраке зала дюжина столиков с горящими свечами. Пахнет свежеиспеченным хлебом и чесноком. У меня аж в животе урчать начинает от этих ароматов. За барной стойкой хозяин заведения, невысокий пожилой мужчина с закрученными усами. Он поднимает голову, видит тетю и весь преображается – взмахивает руками и бросается ей навстречу: – Paolina! Benvenuta, amore mio![32] Он заключает Поппи в объятия, приподнимает над полом и начинает кружить, а она смеется, как школьница. Наконец мужчина отпускает ее. – Луиджи! – Тетя отступает на шаг, оглядывает его, начиная с ненатурально черных волос до броги. – Арестуйте его, он украл мое сердце! Хозяин ресторана краснеет, как мальчик. – Я скучал по тебе, мой цветочек. – Он немного отстраняется. – А ты все такая же. В чем твой секрет? – Черные волосы и белые зубы. – Поппи рупором подносит ладонь ко рту. – У большинства наших ровесников все обстоит наоборот. Луиджи запрокидывает голову и хохочет. Они не отрываясь смотрят друг на друга, пока Луиджи наконец не вспоминает о своих обязанностях. – Твой любимый столик. Он усаживает нас за стол возле окна и предупредительно раскладывает салфетки нам на колени. Тетя сначала представляет Люси. Луиджи кланяется и пожимает ей руку: – Benvenuta. Добро пожаловать. – А это – Эмилия. Я улыбаюсь: – Добрый вечер. Луиджи смотрит мне в глаза и целует руку: – Bellissima. Come tua nonna. Какая красавица. Копия бабушка. Мне льстит комплимент пожилого итальянца, и я не собираюсь его поправлять. Два часа кряду хозяин ресторанчика обхаживает нас, как самых дорогих гостей. Лично выбирает вино к каждому блюду. Я уже сыта и немного захмелела, но тут он приносит на десерт zabaglione – яичный крем с добавлением вина и малины. У Луиджи он более терпкий, чем у меня, и… гораздо вкуснее. Вернусь домой, буду аккуратнее с сахаром. Подходит Луиджи с подносом. На подносе три изящных бокала с ликером. – «Фернет»? «Франжелико»? «Лимончелло»? Пить мне совсем не хочется, но по взгляду Люси я понимаю, что лучше не сопротивляться. Кузина берет бокал «Франжелико», откидывается на спинку стула и вдруг спрашивает: – Тетя Поппи, ты боишься смерти? Хорошо, что я еще не успела пригубить «Фернет», а то бы точно поперхнулась. – Люси! – Есть немного, – невозмутимо отвечает Поппи. – Но в то же время очень хочется узнать, что там, по другую сторону. Так странно беседовать на эту тему с тетей, которая стоит на пороге смерти и, надо признать, чувствует себя вполне комфортно. – А ты веришь в Бога? – тихо спрашиваю я. – Ну конечно! Хотя не в общепринятом смысле слова. По мне, так любовь для души куда важнее, чем воскресная месса. Все просто. Когда любишь по-настоящему, безоглядно – это и есть твое богослужение. Мне доводилось встречать людей, которые ни разу в жизни не переступали порога церкви, но при этом были, на мой взгляд, самыми что ни на есть святыми. Попадались мне и другие, усердные богомольцы, которые настолько далеки от христианства, что, думаю, и сам Господь, глядя на этих самодовольных лицемеров, порядком удивляется. Люси прыскает со смеху: – Аминь. Поппи отпивает маленький глоточек «Лимончелло». – Но больше всего мне хочется посмотреть свой фильм. Ах, какое это, должно быть, удовольствие. Неужели наша тетя – продюсер? – Что еще за фильм? – спрашиваю я. – Тот, который, как говорят, каждый человек успевает просмотреть за считаные секунды до смерти. Признаюсь, у меня мурашки по коже бегут, когда я об этом думаю. Понимаешь, мой фильм – это драма, детектив и триллер, изрядно сдобренный сценами из романтической комедии. – У Поппи начинают блестеть глаза. – Вы, мои дорогие, пока еще на съемочном этапе. Пусть ваш фильм будет увлекательным! Таким, чтобы дух захватывало! А когда придет время его посмотреть, я бы хотела, чтобы вы захлебывались слезами, покатывались от смеха и прятали глаза от неловкости. Но, ради всего святого, не допустите, чтобы ваша история оказалась настолько скучной, что вы уснули бы, не досмотрев ее до половины. Люси улыбается: – Эм, кажется, эта речь обращена к тебе. Тетя задумчиво смотрит на свой бокал: – Ни одна жизнь не обходится без трагедии. Тут к нашему столику подходит Луиджи: – Amore mio, желаешь что-нибудь еще? Так странно слышать, как старый друг флиртует с Поппи и называет ее «любовь моя». Мне кажется, что тетя должна приберечь такие слова для Рико. Но она не видела его уже бог знает сколько лет. У нее были и другие мужчины, Томас например. Или, кто знает, может, даже этот усатый Луиджи. Тетя достает из сумки кошелек с монетами: – Спасибо, дорогой, ужин просто великолепен. Я была так счастлива с тобой повидаться. – Всегда к твоим услугам. – Хозяин ресторанчика улыбается, не в силах оторвать от Поппи взгляд. Тетя берет его руку и кладет ему на ладонь монетку: – На удачу. Луиджи подмигивает: – Добавлю в свою коллекцию. Когда увидимся в следующий раз, Паолина? Тетя встает из-за стола и целует его в щеку: – Очень скоро, поверь мне. У Поппи блестят глаза, в них отражаются печаль и светлая радость. Тетя прекрасно знает, что другого раза не будет. Как это, должно быть, мучительно – прощаться навсегда с теми, кого ты любишь, и в то же время огромное счастье, что у тебя есть такая возможность. Мы возвращаемся в отель. На черном бархатном небе россыпи звезд. Тетя берет нас под руки: – Итак, на чем я остановилась? Ах да, Рико начал играть на скрипке. – Нет, Поппи, – возражает Люси, – извини, конечно, но он играл на твоих чувствах. У него была в Германии невеста, ты не забыла? От бесконечных пересказов твоя история любви не станет менее трагичной. Уж я-то прекрасно знаю, чего ждать от таких парней. Рико не появится у собора. Вы не общались больше пятидесяти лет. Он, может, вообще уже умер. – Люси, пожалуйста! – У меня просто нет слов. Поппи останавливается, поворачивается к племяннице и смотрит ей в глаза: – Скажи мне, Лучана, ты хочешь, чтобы я сняла проклятие, или нет? Глава 20 Поппи