Вейн

ЭПИЛОГ




Они все же пробыли несколько дней в Далькотте. Мистрис Алесс в ту ночь сбежала, видимо, прислужник недостаточно крепко запер дверь ее комнаты. Но через два дня ее тело нашли в овраге, несчастную наставницу загрызли волки.

Как ни горько, но почему-то Вейн жалела эту женщину.

Люсинда и Леран несколько дней выясняли отношения, да так, что слуги прятались, опасаясь попасться им на глаза. А потом маленькая Камилла залезла к папе на колени и попросила больше не кричать, потому что она пугается. И улыбнулась, показав очаровательные ямочки. И с тех пор в Далькотте стало тихо. А Вейн смеялась, понимая, что растет вторая Люси, которая уже сейчас с легкостью вертит окружающими.

И еще ясно видела, что ее бывший нареченный и Люсинда составили прекрасную и счастливую пару. Удивительно, но, кажется, они по-настоящему любили друг друга. Впрочем, ведь Леран с самого начала понравился Люси. И, наверное, именно она, а не Вейн была предназначена ему свыше…

Сестра рассказала о родителях и о том, сколько лет они винили себя в том, что произошло с их старшей дочерью. Особенно матушка… И сейчас Путница не испытывала обиды, может, они верили, что строгостью воспитают Вейн лучше.

А однажды, когда они гуляли с Ксандром и Алексом на склоне, Вейн увидела маленькую девочку с палочкой в руках.

— Я догоню, — улыбнулась она любимым мужчинам и быстро пошла к деревьям.

— Трини, — тихо сказала Вейн. Сейчас, глядя в темные глаза малышки, она уже не сомневалась, кто перед ней. — Но как же так? Ведь ты же…

— Тьма? — девочка улыбнулась. — Что же здесь удивительного? Все имеет свою форму, даже я. Просто у меня их множество, но эта самая любимая. Ты хочешь о чем-то попросить меня, Вейн?

— Я беспокоюсь за Дира, — вздохнула Вейн.

— Я присмотрю за Охотником, — кивнула девочка и подмигнула. — Возможно, новая встреча у Излома излечит его сердце. Ты хочешь этого для него? Чтобы он встретил новую любовь?

— Всей душой, — ответила Вейн и вздохнула. — Он заслуживает счастья, несмотря ни на что.

Трини кивнула. Они помолчали, и Вейн как-то отстраненно подумала, что стоит под кленом и разговаривает с Тьмой. Хотя… почему бы и нет?

— Скажи, — спросила Путница, — а Свет… он тоже есть?

— Есть я, Вейн, — Трини легко провела палочкой по земле. — А что увидеть во мне, каждый решает сам.

Вейн оглянулась туда, где стоял Алекс, а Ксандр сидел рядом с ним на корточках, внимательно слушал и улыбался. И в одинаковых серых глазах мальчика и мужчины дрожало такое счастье, что девушке хотелось засмеяться во весь голос. Или заплакать. Над ними склонились золотые клены, а из долины пахло осенними травами…

Вейн снова повернула голову к Трини и тихо вскрикнула, потому что силуэт девочки стал прозрачным, почти невидимым.


— Если не хочешь видеть тьму — просто смотри на свет? — вспомнила Вейн с улыбкой. — Все просто?

— Все очень просто, Путница. И все знают это, только порой забывают, — улыбнулась девочка.

— А как же плата? — напомнила Путница. — Ты ведь обещала взять с меня плату! Тогда, в Храме Света, семь лет назад.

— А я солгала! — малышка насмешливо фыркнула. — Я не могу ничего взять ни у тебя, ни у Александра. Вы не принадлежите мне, наверное, поэтому с вами было так интересно! Я просто отправила вас в свой мир, решив, что так будет лучше. И одарила своими дарами. Потому и магия Темных на тебя не действовала, и боли перерождения не было. Ну а мои подарки оставьте себе, еще пригодятся.

— Но Ксандр стал Темным! Он отдал тебе любовь, которую испытывал ко мне! — изумилась Вейн. — И у меня есть спирали… — она подняла руки и охнула. Синие метки исчезли с ее рук.

Трини насмешливо улыбнулась, и Вейн осеклась, замолчала. А потом улыбнулась в ответ. И подумала, что, возможно, Тьма была просто слишком сильной Темной, которой однажды стало скучно, и она решила создать свой мир. Населить его разными существами и растениями, создать правила. Только вот людей, с их чувствами и душами, в том мире не было…

Или Трини лишь та, которую видит Вейн? Заигравшийся ребенок?

— Знаешь, а я не хочу с тобой расставаться! — неожиданно произнесла девушка.

— Не переживай, — девочка хитро подмигнула, — даже в самой светлой душе всегда найдется местечко и для меня… Мы еще встретимся, Путница.

Вейн рассмеялась, а Трини дрогнула и исчезла.

Путница еще постояла, раздумывая, и пошла обратно, туда, где ждали ее любимые мужчины. Она подошла, и Ксандр чуть обеспокоенно обнял ее, прижал к себе одной рукой. Другой он держал Алекса.

— И что теперь? — спросила Вейн. Счастье переполняло ее душу и снова захотелось расплакаться и рассмеяться. — Куда мы пойдем?

— Какая разница? — пожал плечами Ксандр. — Куда захочешь. Мы можем выбрать любое место в мире. Или создать свой собственный. Как пожелаешь, Вейни.

— М-м-м… дай подумать, — протянула она.

— Мама, а ты научишь меня разговаривать с личами? — воскликнул Алекс. — В голове? Как ты?

Вейн рассмеялась.

— От тебя ничего не утаишь, милый, — Ксандр смотрел вопросительно, и Путница улыбнулась ему и пояснила: — Знаешь, мне кажется, что личи не совсем пустые. Что там, где-то внутри, все еще сохраняется их разум… и душа. Может, мы могли бы попытаться их вернуть? Да и Ниарант жаль бросать… Столько дел. Эри на тебя надеются. Темных надо как-то организовать… Слои изучить. И мы могли бы посадить в парке перед дворцом айрисы… Вдруг приживутся?

Ксандр расхохотался и покачал головой.

— Сумасшедшая…