Живущий
Часть 45 из 56 Информация о книге
Почему на целых три дня превысил срок допустимой продолжительности жизни? СТАРОЖИВУЩИЙ: Я не согласен с принудительной паузой и возрастными ограничениями, ПЛАНЕТАРНИК (миролюбиво): Сейчас я объясню, почему ограничения необходимы. РЕДИРЕКТ В СОЦИО (NB. Монтажно-операторская задача — создать у нас субъективное ощущение перехода в более глубокий слой, Сама трансляция ролика будет вестись исключительно во втором слое), В СОЦИО Мы видим человеческое тело в разрезе, ГОЛОС ПЛАНЕТАРНИКА (ЗА КАДРОМ): С годами наш организм изнашивается и приходит в негодность. Мы отравлены шлаками и канцерогенными веществами, Сердце, легкие, печень и почки уже не могут больше справляться со своими функциями,, Мы видим, как темнеют, словно покрываются гнилью и копотью, вышеозначенные органы. ГОЛОС ПЛАНЕТАРНИКА (ЗА КАДРОМ):…Мозговая деятельность ухудшается… Мы видим, как «разлагается» мозг в черепной коробке. ГОЛОС ПЛАНЕТАРНИКА (ЗА КАДРОМ):…В кровеносных сосудах образуются бляшки… Крупный план кровеносного сосуда: он забивается темными комками, мы видим, как кровь распирает его изнутри, не в силах пробиться через преграду ГОЛОС ПЛАНЕТАРНИКА (ЗА КАДРОМ):…Клетки перестают регенерироваться. Кожа сморщивается, покрывается морщинами, теряет эластичность и здоровый вид… Мы видим руку, кожа на ней покрывается пигментными пятнами, желтеет и сморщивается, ГОЛОС ПЛАНЕТАРНИКА (ЗА КАДРОМ):…Волосы теряют пигмент… Мы видим, как чьи-то черные волосы редеют и при этом стремительно седеют. ГОЛОС ПЛАНЕТАРНИКА (ЗА КАДРОМ):…Иммунитет ослабевает, и человека атакуют болезни, Весь организм сотрясается от кашля, Мы как бы выныриваем из организма и снова видим Староживущего в первом слое, Он сильно кашляет. Мы понимаем, что именно внутрь его организма совершили экскурсию только что. ИНТ. ПЕРВЫЙ СЛОЙ ПЛАНЕТАРНИК: Описанное мной состояние называется «старость». В таком состоянии человек способен прожить довольно долго, несколько лет, но стоит ли так мучить себя, если пауза решит все проблемы? Всего пять секунд тьмы — и Живущий вдохнет в тебя новую, юную жизнь, полную здоровья, стабильности и радостных открытий. СТАРОЖИВУЩИЙ (топает ногой): А я все равно не согласен, ПЛАНЕТАРНИК (строго): Но своим упрямством ты вредишь здоровью Живущего! Ведь ты — частица Живущего и своей старостью отравляешь Его организм, Живущий хочет, чтобы все Его частицы обновлялись в свой срок. Иначе Живущий тоже начнет стареть, СТАРОЖИВУЩИЙ: Ах, вот оно что! Ну тогда немедленно отведите меня в зону Паузы, ПЛАНЕТАРНИК: Поскольку ты — нарушитель, тебя ждет Пауза Позора, СТАРОЖИВУЩИЙ: Что ж, я согласен. ПЛАНЕТАРНИК: Спасибо за понимание, Надеюсь, в будущем ты исправишься и станешь достойной частью Живущего, СТАРОЖИВУЩИЙ (с улыбкойi полной надежды): Обещаю исправиться, Звон застегиваемых наручников. Мы видим, как планетарник и Староживущий удаляются по усыпанной осенней листвой аллее навстречу солнцу, Звучит радостная, торжественная музыка. На заднем плане, едва слышно, звучит стандартное фестивальное объявление («,,Администрация фестиваля рада приветствовать вас в зоне Паузы, Вашему вниманию предлагаются кофе, чай, прохладительные напитки и легкие закуски, Если вам скучно, фестивальные клоуны обязательно развлекут вас своими веселыми трюками…»), затем мы слышим звонкий крик новорожденного, ЗТМ, Из ЗТМ: Бегущая строка на черном фоне с параллельной озвучкой: ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС: Совет Восьми, Сообщество Помощи Природе и Планетарная Служба Порядка предупреждают: любой живущий обязан пройти процедуру паузы не позднее дня своего шестидесятилетия, Несогласные с этим законом будут преданы Паузе Позора и приговорены к бессрочному исправлению в соответствующих учреждениях. — …Сейчас сблюю, — сообщил Второй и содрогнулся в беззвучном кашле для пущей наглядности. — С улыбкой, полной надежды, навстречу солнцу, крик новорожденного, зеркальная маска изящно облегает волевое яйцо… — Второй хрипло хохотнул, Первый и Третий последовали его примеру. Почетный зам Пятого, старательно пучивший глаза из окошка прямой трансляции, тоже сморщил невыразительную глобалоидную мордочку в подобострастном хихиканье. — Не понимаю, чему вы-то радуетесь, — Второй резко оборвал смех. — Ваш сценарий нам не подходит. Что за розовые сопли вы тут развели? Почему планетарник пытается в чем-то убедить нарушителя, объясняет, извивается, как дождевой червь? Почему планетарник с ним вообще говорит? Несогласный — враг, и разговор с ним короткий. Несогласный — отрезанный ломоть, и вести с ним душеспасительные беседы не стоит. Несогласного нужно… — лицо Второго вдруг исказилось не то от боли, не то от праведной ненависти, — вот т-так, — Второй сжал трясущуюся руку в кулак. — Раздавить гада. И чтоб другим неповадно. — То есть… если… с позволения сказать… — залопотал заместитель Пятого, — какие поправки порекомендуют члены Совета… Второй: Поправки! Это ты мне, тупица, скажи, какие поправки! Мне нужен острый, жесткий и жизненный социо-ролик. А не диалог двух дегенератов, который ты нам тут разослал! — Обострить конфликт, — нравоучительно сказал Первый. — Правильно обозначить акценты…. — Кто у вас выбран на роль Староживущего? — веско спросил Второй. Второй: скинъ-ка мне фотку… Зам-5: уже скинул — Вслух говорить! — взревел Второй. — Конференция идет в первом слое. Вы выказываете неуважение к Мудрейшему! — Фотография у вас в почте, Второй, — пролепетал заместитель. — Так… да, вижу. Кто это такой? — Это Принц-G, профессиональный актер, занят во всех сериалах… Узнаваемое лицо… — заместитель уперся взглядом в побуревшую от ярости физиономию и выложил свой главный козырь: — Любимый актер Пятого. — Узнаваемое лицо, — проблеял Второй, передразнивая заместителя. — Любимый актер… Идиот! Лицо предателя не должно быть узнаваемым и любимым! К тому же Принцу всего сорок пять — а речь идет о староживущем! — Загримируем… — Молчать! — каркнул Второй. — Все должно быть правдоподобно. Когда речь идет о староживущем, зритель должен увидеть старость. Настоящую, вонючую, страшную, гнойную старость, — Второй мокро закашлялся. — Такую старость, при виде которой любому дебилу ясно, что она отравляет тело Живущего! Члены Совета стыдливо опустили глаза в своих первослойных окошках. Морщинистое и бурое, покрытое испариной лицо Второго как нельзя лучше подходило под эти требования. — На мой вкус, несколько радикально, — высказался Шестой. — Зачем вызывать у зрителя отрицательные эмоции? Зритель не должен испытывать отвращение при виде рекламы. — Не при виде рекламы, а при виде преступника, — огрызнулся Второй. — У нас, между прочим, чрезвычайное положение, если кто вдруг забыл. Игры кончились, — Второй сверкнул глазами из-под набрякших век. — Так я считаю. Нужно делать документалку. Реальные нарушители. Реальные фрагменты допросов. Реальные казни. Позорные Паузы с трансляцией в социо. — Это недопустимо, — подал голос Третий. — Демонстрация насилия в социо запрещена. — Кто говорит о насилии, — скучным голосом ответил Второй. — Никто не говорит о насилии… Мудрейший, выскажетесь по вопросу?