В глуши
7. Нижнее белье — две пары (уродское)
8. Носки — две пары
9. Желтая футболка
10. Желтая флисовая куртка
11. Дождевик
12. Непромокаемые штаны
13. Спички
14. Кружка
15. Тарелка
16. Походная ложка-вилка
17. Рис (1 пачка)
18. Чечевица (1 пачка)
19. Изюм (1 пачка)
20. Овсянка (1 пачка)
21. Зубная щетка
22. Туалетная бумага (1 рулон)
23. Книга «Выживание в диких условиях»
24. Книга «Как не стать чьей-то пищей»
25. Книга: «Правила и распорядок “Второго шанса”»
— Походный рюкзак тебе еще нужно заслужить, — говорит Таня, когда Дон, шатаясь под тяжестью выданного барахла, вываливается из домишки.
(Она связала вещи веревкой и ремнями, но они все равно так и сыплются на каждом шагу. Таня помощи не предлагает.)
— А как проще всего что-то заслужить? — продолжает она, ведя Дон обратно к белому фургону. — Почитай правила. Запомни их. И не будь идиоткой.
10— Вот так я и оказалась в этой чертовой дыре.
Через четыре дня после своего похищения Дон все еще ходит в дурацкой бананово-желтой футболке Медвежат и по-прежнему роняет выданный ей хлам, замотанный в кусок брезента. Иногда ей все еще кажется, будто весь этот ад — просто дурной сон или галлюцинации и скоро она опять очнется в луже собственных слюней на диване у Джулиана.
А сейчас она сидит, еле удерживаясь, на неудобном, покрытом шишковатыми наростами стволе поваленного дерева перед едва разгорающимся костерком, медленно подыхая от голода вместе с остальными — в кавычках — Медвежатами, и ждет, пока наставники закончат проверять их палатки перед отбоем.
У Дон палатки по-прежнему нет — пока не заслужила, — так что ей приходится сооружать некое подобие укрытия из куска брезента, а под ним расстилать спальный мешок. Ухищрения с «развешиванием хрени» ей никак не удаются, так что утром она просыпается либо от упавшего на лицо грязного брезента, либо от пронизывающего до костей холода и сырости, если брезент задувает куда-то в кусты. Начался сентябрь, и в горах штата Вашингтон гораздо холоднее, чем в Сакраменто; когда Дон не мучается от голода, она мерзнет до мозга костей.
В группе еще шестеро ребят. Четыре парня и две девушки. Все они разного возраста и из разных мест, но выглядят одинаково жалко.
Угрюмые.
Злые.
Уставшие.
Никто в группе особо не болтает — нет ни времени, ни сил. C самого приезда Дон, а может, вообще всю вечность, они только и делают, что шагают через бесконечные дождевые леса и карабкаются через горы. Бо`льшую часть времени им очень холодно, а остальное время — невыносимо жарко, вокруг странные насекомые и пауки, возможно — еще и пумы с медведями. У Дон ноет спина, потому что каждый раз, когда она закидывает на себя вещи, в спину врезается веревка, которой они обвязаны. Она голодает, так как вся ее пища — это рис, изюм и чечевица.
(У некоторых ребят есть энергетические батончики, какие-то дегидрированные блюда и даже шоколад, однако Дон подозревает, что такие ништяки тоже надо заслужить.)
Мышцы ног невыносимо ноют от постоянной ходьбы, лодыжку Дон растянула, споткнувшись о корни дерева, сама она грязная и воняет, до смерти устала справлять нужду в кустах и носить каждый день одно и то же белье, но, как сказал один из парней их группы, Лукас, в этом и суть «Второго шанса».
— Это терапия дикой природой, — говорит ей Лукас. — Ты же слышала про курсы молодого бойца и все такое, да? Непослушных детей посылают в армейскую школу, чтобы сержантская муштра выбила из них всю дурь. Вот тут та же фигня, только лагерь у нас мобильный. — Он показал куда-то в сторону наставников. — А из этих двух тупиц вышли бы стремные сержанты.
Суть в том, объясняет Лукас, что ты почти без передышек ходишь по лесам, постепенно повышая свой статус от Медвежонка до Гризли, а как станешь Гризли — можешь ехать домой.
— Обычно это занимает два-три месяца, иногда больше, — поясняет он. — Но не меньше, по крайней мере я о таких случаях не слышал.
На Лукасе футболка красного цвета. Это значит, что он стал Черным Медведем, хотя почему Черный Медведь носит красное, Дон абсолютно непонятно, пока она не осматривается повнимательнее и не замечает, что футболки всех ребятах в Стае ярких цветов вне зависимости от их статуса. Бурые Медведи носят оранжевый.
— Мы в лесу, — говорит Лукас. — По ярким цветам тебя будет проще найти, если ты сбежишь.
— Или найти твое тело, если помрешь, — добавляет девчонка по имени Кайла, закатывая глаза.
Кайла — Белый Медведь. Белые Медведи носят синий.
Черные Медведи на две ступени выше Медвежат. Бурые Медведи между Медвежатами и Черными Медведями, а Белые — на ступень выше Черных. А на вершине пирамиды — Гризли, которые носят что хотят, потому что их отпускают домой. Лукас здесь уже почти месяц, у него все в порядке.
А Кайла тут три месяца. Так что у нее дела обстоят не так хорошо.
— Тебя могут вернуть к предыдущей ступени, — объясняет она Дон. — Я как-то потеряла свою пачку риса, и нам пришлось сократить поход — так меня снова понизили до Черного Медведя, как будто мне не плевать. Да что меня ждет дома? А ходить по-маленькому в кусты мне несложно.
Кайла оказалась тут, потому что воткнула ручку в горло ухажера своей матери, когда он стал распускать руки, а судья дал ей выбор: в тюрьму или сюда.
— Все белые такие тупицы, — продолжает она. — Взять хотя бы вашу систему наказания. Мы же как будто на прогулке. На природе. Вокруг горы, деревья и прочая хрень. Да это я, черт возьми, должна трясти с ваших родаков деньги, чтобы увезти вас в свой город и заставить прожить там хотя бы неделю. Там даже эти ваши нарядные желтые футболки не напялить.
Однако у Кайлы была и палатка, и новый симпатичный рюкзак. Ее обувь удобнее, чем у Дон, а дождевик толще.
Белые Медведи это заслужили.
Дожди пока не зарядили, но в штате Вашингтон уже сентябрь. Судя по тому, что слышала Дон, дожди все-таки скоро польют и не прекратятся до самого мая. Чудненько.
В Стае есть еще один Белый Медведь — высокий задумчивый парень по имени Уорден. Также есть два Бурых и один Черный.
Второго Черного Медведя зовут Бриэль. Она особо ни с кем не общается и ни на кого не смотрит, зато бодро шагает. Всегда в голове Стаи.