Ну, здравствуй, Герой!

Нет, я совершенно серьёзно: через открытое окно. Целый Полковник, Комендант форта, входит в гостиничный ресторан не через дверь, как нормальный солидный человек, а через окно. Сверкая весёло-безумными глазами и загадочной улыбкой из-под своих залихватски подкрученных усов.
Хотя? Не, ну а что? Этаж первый, окно открыто, да и напрямик оно естественно ближе, так чего обламываться? Тем более, когда ты Комендант этого самого форта, то есть, первый после Бога? Тут и новую дверь приказать проделать можно прямо в стене, или вообще эту стену снести, подумаешь, какое-то там окно…
— Честь имею, господа и дамы! — галантно взмахнув шляпой отрывисто кивнул-поклонился он. — Я смотрю, вы уже познакомились? Представлять вас не надо?
— Не надо, Виконт, — достаточно спокойно для такого появления улыбнулась Анна. Из чего я мог сделать вывод, что Мангауз выкидывает нечто подобное при ней не первый раз. Хм, мужик определённо мне нравится: люблю непосредственных, весёлых и экстравагантных людей. С ними не соскучишься. — Мы с этим уже самостоятельно справились.
— Да? Жаль. А я уже такие обороты интересные подобрал, пока шёл, репетировал… — не сильно-то расстроился Полковник. И, не дожидаясь приглашения, взяв стул от ближайшего свободного столика (а они, напомню, все свободные были), уселся за наш. — Такс, чем тут нынче кормят? — хлопнул ладонями и потёр их одну о другую он. — Салат… ещё салат… вода? — взметнулись в изумлении брови и кончики усов Полковника. — Ты заболел, Иван? — спросил он, ставя на место мой кувшин с водой, который перед этим понюхал.
— Я на диете, — со столь же открытой улыбкой ответил ему я.
— А что за диета? Зачем? Расскажешь? — заинтересовался он, полностью перехватив инициативу и моё внимание у Баронессы. За что, кстати, я ему был очень благодарен. Хоть, одновременно с тем, и чувствовал некоторое глухое недовольство. Ну, оно и понятно: недовольство самца появлением конкурента. Причём, конкурента гораздо более «альфаческого», чем он сам.
— Почему нет? — пожал я плечами. — Диета до крайности простая: не ем мясного, молочного, мучного, сладкого, жареного, пареного и варёного.
— А что же ты тогда вообще ешь? — снова взметнулись вверх брови Виконта.
— Фрукты, овощи, ягоды, — пояснил я и отпил из своего стакана воды.
— И не скучно? — с неподдельной жалостью смешенной с таким же неподдельным интересом спросил он.
— До ужаса! — совершенно честно признался я.
— А мяса хочется? — продолжил он.
— Зверски! — снова абсолютно правдиво ответил я. К чему врать? Прикольный же мужик.
— И как справляешься?
— Качаюсь.
— Сурово, — прикинув что-то в уме, сделал вывод он. — А хоть плюсы какие-то даёт?
— Кроме железного здоровья, запредельной автономности, воловьей выносливости? — уточнил я. — Никаких.
— Мазохист, — резюмировал с серьёзным лицом он. Потом добавил, расплываясь в улыбке. — Уважаю!
— Но это же ужасно! — вклинилась своим восклицанием Баронесса. — Это же смертельно опасно!
— Жить вообще опасно — можно умереть, — ответил ей бородатой банальностью Полковник, опередив мою такую же банальность всего на долю секунды, словно бы прочитал мои мысли. Или они у нас просто сходятся? — И вообще, женщина, если у мужчины нет своей причуды, отличающей его от общей массы, то это никчёмный, пустой мужчина.
— Не надо всех судить по себе, Виконт! — с заметной язвительностью и недовольством ответила девушка. — Мужчина и без придурей, как у вас, может быть интересен.
— А вы неплохо ладите, я смотрю? — с удовольствием откинулся на спинку своего стула и поднёс бокал с водой к губам я. Эти двое посмотрели сначала друг на друга, потом на меня и практически синхронно пожали плечами.
— Да притёрлись как-то уже за четыре месяца, — ответил Полковник. — С выбором компании здесь особо не развернёшься.
— Особенно, когда все подчинённые, от тебя, как от огня шарахаются, а за спиной пальцем у виска крутят, — недовольно бросила взгляд в него Баронесса. — Вы зачем вообще пришли, Виконт? Вы же питаетесь только и исключительно у себя дома, тем, что вам ваш Джозеф готовит? Вы перестали опасаться, что вас-таки, наконец, отравят?
— Нет, я не доставлю вам такого счастья, сударыня, — улыбнулся Полковник. — Я вообще пришёл не к вам, а к Ивану. Я обещал составить ему компанию, и он не был против.
— До того, как он узнал, какой вы ненормальный или после? — язвительно спросила Анна.
— До, — не стал отрицать он.
— А сейчас? — повернулась она ко мне.
— Сейчас я уже покушал и не был бы против небольшой экскурсии, — расплылся в улыбке, очень похожей на улыбку Виконта я.
Баронесса со вздохом подняла глаза и ладони к потолку, как бы призывая Небо себе в свидетели.
Виконт глянул на неё, затем улыбнулся и весело подмигнул мне. Я в ответ просто усмехнулся. Без подмигивания.
* * *
 
Глава 62
* * *
Вид со стены форта открывался поистине впечатляющий. Высота над уровнем земли, на которой мы вчетвером находились, с учетом высоты насыпного вала, сверху которого она построена, была, по моим прикидкам, не менее сорока метров. Что сопоставимо с высотой стандартной земной девятиэтажки. Даже слегка превосходит этот стандарт.
Прибыл в форт я около полудня. Пока прошёл «регистрацию», пока заселился в гостиницу, пока часок отпарился в бане, пока попикировался с Анной в ресторане, пока под предводительством Виконта мы поднялись на эту стену… солнце уже изрядно успело пробежаться по небесному своду и теперь клонилось к закату.
Видимо, именно из-за этого обстоятельства Полковник повёл нас с «экскурсией» именно на западную стену, откуда вид открывался гораздо более эффектный, чем с любой другой. Ну, в конце концов, он здесь хозяин — ему и знать о местных фишках. Иначе, он был бы плохим хозяином.
Так вот, «луч» западной стены, устремлённый почти точно к садящемуся солнцу своей вершиной. Смотровая площадка на этом «луче». Солдат, несущий дозорно-постовую службу на этой площадке. И здоровенная пушка, на вращающемся лафете рядом с ним.
Пушка!!! Первое увиденное мной огнестрельное орудие в этом мире!
Признаться, я уже не особенно рассчитывал встретить вообще что-то подобное. Но: вот оно, стоит. Рабочее!
Вид у этой пушки, правда, был скорее декоративный, чем боевой: она была большая, дульнозарядная, с диаметром дула таким, что в него человек, блин, влезет, длинная и густо украшенная всяческими узорами, в том числе и инкрустированными в металл.
Недалеко от пушки стоял солидных размеров сундук, знакомого мне уже по орудиям дирижабля вида. Естественно, запертый.
— Красивая, — не мог не признать я, подойдя к этой пушке и погладив ладонью её металлический бок. Рассматривая её, прикасаясь, я где-то на уровне ощущений и интуиции начинал понимать, чувствовать, что это артефакт B-ранга.