Только (не) рабочие отношения

— Теперь точно работа не останется неоцененной, — улыбнулся Слава и, пользуясь своим начальственным положением, спокойно провел меня сквозь образовавшуюся толпу.
Не могу сказать, что сейчас, когда не меньше тридцати незнакомых людей разглядывали стенды с результатами конкурса, отвешивая порой сомнительные комплименты, я была счастлива.
— Пожалуй, меня устроит, если имя победителя мне пришлют на почту. В понедельник. Что-то так пить захотелось… — попятилась я, но рука Славы, очутившаяся вдруг на талии, и толпа позади, не дали мне этого сделать.
— Ты замечательно рисуешь. Не переживай, — шепнул мне на ухо Слава, а я не стала говорить, что рисовать и делать рекламный макет — это не одно и то же.
Явно же, он просто хочет меня поддержать...
Мы подошли ближе, и стали видны чужие распечатанные в глянце работы, но из-за волнения и возможной критики, я никак не могла сосредоточиться. Видела только знакомые модели мебели, из которых нам предлагали слепить баннер, видела надписи, значение которых, сколько бы раз ни прочитала, никак не складывались в слова…
— А вот и Яр, — прозвучал довольный голос Игоря Альбертовича от крайнего стеллажа, и Слава уверенно повел меня туда. — Смотри, а ты и впрямь красавчик. Уже задумывался о карьере фотомодели? Нет, самое время... Эль, как думаешь, я на этом диване буду так же смотреться?
— Не попробуешь, не узнаешь, Игорь, — хмыкнул Слава и попросил замерших перед нами мужчин, разглядывающих картину. — Коллеги, поменяетесь местами с фотомоделью и будущей победительницей конкурса?
Обращение привлекло внимание не только мужчин, пропустивших нас вперед, но и небольшой толпы позади.
Всем вдруг срочно понадобилось увидеть, на каком именно баннере их коммерческий директор изображен.
Если я до этого высказывания я надеялась, что в лицо Славу знают далеко не все, то теперь тихий шепот, о том, кто послужил моделью для баннера — разлеталась со скоростью ветра.
Мне было неловко, оттого что остальные работы были забыты. Вокруг нас, а точнее вокруг баннера, скапливались сотрудники.
Все старались поближе рассмотреть коммерческого директора в роли модели, поэтому Славе пришлось поставить меня перед собой, чтобы меня не затоптали. И я все не могла посмотреть на его реакцию…
Хотя чужих мнений и комментариев, пусть и сказанных приглушенным голосом, было предостаточно.
— А в базе есть болванка проекта? Хочу распечатать и на стену наклеить. Домой буду приходить, а там меня красавчик ждет. Пусть и нарисованный, — услышала я чей-то женский голос в толпе.
— Тебе дома нужно напоминание о работе? Мой портрет повесь, — отозвался мужской голос, а «высокое начальство» переглянулось, с ехидцей глянув на «модель».
Тот же независимо пожал плечами, мол, что поделать, слава — она такая.
— Аня, а моего Игоряшу можешь таким же сделать? — улыбнулась мне Эля. — Больно хорошо Ярослав получился у тебя.
— Только если омолодит лет на пятнадцать, закрасит седину и уберет пару тройку килограмм, — фыркнул Игорь Альбертович, но заинтересованный взгляд на меня все же кинул.
— Могу, — краснея, кивнула я. — Но мне вас сфотографировать нужно. Если лицо прифотошопить, эффект не тот будет.
— Так Яра ты фотографировала? А как уговорила? — стрельнув глазами на моего босса, уточнила Эля.
— Да так и сказала, что хочу пофоткать… Его бы на обложку… — еще больше смутилась я, а Слава едва заметно сжал мою руку в качестве поддержки. — И посмотреть нужно, какая модель мебели Игорю Альбертовичу больше подойдет… — переводя тему, уточнила я. — Вам какой стиль ближе?
Диамир Сергеевич заинтересованно прищурил глаза, глядя на меня.
— Предлагаю нюансы обсудить чуть позже. Ты не против, Игорь? Тогда отойдем, чтобы не мешать другим восхищаться… Яром.
Начальник отдела закупок коротко хохотнул, а вот Эля грустно вздохнула, кинув последний взгляд на баннер.
Слава, вместо того чтобы сразу уйти, уточнил у меня на ушко.
— Хочешь остальные работы посмотреть?
— Лучше потом, когда ажиотаж спадет, — покачала я головой и, слыша перешептывания и направленные на меня взгляды, поежилась. — Давай отойдем, здесь душно.
— А как же пообщаться с почитателями твоего таланта? — улыбнулся он, выводя меня из образовавшейся толпы.
— Вот с ними и пойдем, поговорим, — смущаясь отозвалась я и, немного отойдя от посторонних людей, уточнила. — Что думаешь?
Слава загадочно усмехнулся, глянув через толпу на хорошо видимый баннер. В центре которого, на самом дорогом из нашего каталога, кожаном кресле, сидел с бокалом виски самый потрясающий, самый желанный, самый сексуальный мужчина.
Белоснежная рубашка и закатанные рукава, делали его вид неформальным, а взгляд и полуулыбка… В общем, я понимала желание распечатать фотографию Славы. Сама бы так сделала, если бы не имела возможности видеть его тысячу раз на дню…
— Ты мне польстила, — улыбнулся Слава, поворачиваясь ко мне. — И теперь даже у меня не осталось сомнений, что ты влюблена.
Я почувствовала, как щеки заливает жаркий румянец, но все же не замолчала, задала вопрос.
— А у тебя оставались сомнения?
— Нет, но приятно, что ты захотела рассказать всем о своих чувствах… так.
Слава посмотрел на меня так же, как на фотографии, которую я взяла за основу. Хитро, сладко, многообещающе… Или все эти эмоции видела только я?
— Идем, не будем заставлять их ждать. Скоро начнется объявление.
Когда мы подошли, обсуждение конкурсных работ уже началось.
Эля говорила, что победит моя работа, муж ее пожимал плечами, то ли не желая с ней спорить, то ли не успев рассмотреть остальные конкурсные работы.
Дамир Сергеевич же качал головой, доказывая собственной молчаливой жене и Эле, что они не правы.
— А почему, вы так думаете? — неловко уточнила я, поняв, что пропустила основную часть разговора. — Нет-нет, я вовсе не думаю, что достойна первого места. Просто интересно мнение профессионала.
Произнесла и замолчала, надеясь, что мои слова не будут восприняты, как подхалимаж.
Но мужчина располагающе улыбнулся, как бы давая понять, что все в порядке.
— Работа хороша, и я вижу, что ты не просто фото прицепила, но и многое обработала. Но основной акцент у тебя на модель, а не на внешность. Не обижайтесь, Ань. Это только мое мнение, а конкурс оценивать будет Лев Николаевич, — назвал он имя генерального директора, отчего я вздрогнула.
Почему-то мне было бы проще, если бы работы оценивались лично Дамиром Сергеевичем, пусть он и считал, что я выполнила ее не по высшему разряду. Справедливо, в общем-то, считал.
А вот суровый генеральный, с которым мы виделись на собраниях всего пару раз, не на шутку меня пугал. Как он отнесется, увидев на одном из баннеров своего коммерческого директора?