Дело было вечером…

Очень хотелось соврать, замолчать истинную причину. Но я уже приняла решение не врать будущему мужу. Тем более, что та скорость, с которой он расправился с провинившейся Саньятой слегка пугала. Я глубоко вздохнула:
– Не ругайся, пожалуйста. Это началось еще до того, как я попала на практику на твой факультет. – Темные брови некроманта слегка приподнялись в удивлении. – Я ж не знала, что все так получится, и… Ну в общем… Вот…
Я ткнула под нос некроманту абсолютно чистую ладошку. Он фыркнул:
– И?..
– Ой… – Я зачарованно смотрела на чистую кожу. Метка с ладони исчезла без следа. – Я выиграла!
Слегка ошалев от радости, я бросилась некроманту на шею:
– Выиграла! Метки больше нет!
– Какой метки? – Синие глаза подозрительно прищурились, но руки аккуратно обняли меня за талию, придерживая.
– Печати обязательств! Я… Ой!
Я невольно попятилась под недобрым синим взглядом.
– И на что же ты спорила, дорогая невеста?
Я смущенно опустила глаза:
– Та, которая не сможет подлить приворот ректору академии, должна была объясниться тебе в любви.
Арант опешил от такого признания:
– Ага… Эм… И кого мне ждать с признанием?
Я пожала плечами:
– Наверное, никого. Мы же спорили на то, чтобы подлить, а не чтобы выпил. А подлить сумели обе.
– Мдааа… Чувствую, дорогая невеста, что жизнь с тобою никогда не станет скучной.
Синие глаза потеплели. Хмурые складки между бровями медленно разгладились. Арант улыбнулся мне и неожиданно погладил по щеке:
– Но это и здорово. Ненавижу скуку и однообразие.
Мои губы сами собой расползлись в широченной улыбке. Мой некромант на меня не сердился, и это уже было хорошо. Кажется, я приняла верное решение не врать жениху.
Мужские пальцы соскользнули с моей скулы вниз. Большой палец нежно прошелся по нижней губе, посылая по всему моему телу странные, жгучие и такие приятные импульсы. Синие глаза напротив стали темнеть, медленно превращаясь из озер в омуты, затягивая в себя, захлестывая с головой.
– Вот это удача!
До боли знакомый, холодный уверенный голос заставил меня подскочить на месте. Я настолько увлеклась происходящим между мною и некромантом, что пропустила появление в кухне нового действующего лица и теперь очумело трясла головой, стараясь прийти в себя. Зато Арант опомнился почти мгновенно. И так же мгновенно задвинул меня себе за спину. И в туже секунду в моего некроманта ударилась какая-то магическая гадость. Арант пошатнулся, и прохлада мертвой магии, всегда окутывающая его, как туман, рассеялась, словно ее и не было.
– Так-то будет лучше. – Стоящий на пороге кухни Вериан мерзко ухмыльнулся.
 
Правду говорят, что все на свете имеет свою цену. Наверное, я слишком много попросила у Святой Бригитты, слишком много взяла в долг у судьбы. И вот теперь наступила расплата.
– Верианалиоринель, – голос закрывающего меня собою Аранта был хриплым и чуть подрагивал, – тебе это не поможет. И ты это знаешь. Я думал, ты умнее. И давно уже скрылся в своем Вечном лесу.
Красавчик-эльф Вериан, в которого были поголовно влюблены все девушки нашей академии, и даже некоторое молоденькие преподавательницы, неожиданно по-волчьи оскалился:
– Я не могу вернуться домой без артефактов! И ты это отлично знаешь, некромант! А еще, забери своего сумасшедшего скелета от меня!
Арант хмыкнул:
– Во-первых, не сумасшедшего, а сумасшедшую. Хотя, это и не меняет особо ничего. А во-вторых, ты сам уже прекрасно понял, что ни драконьего браслета, ни драконьего кулона тебе не видать. Брат под защитой короля. А я обрел свою пару. Так что ты опоздал. И даже не надейся, что тебе удастся выдать за кого-то из нас свою сестру. Блокирующего зелья уже нет. Быстро избавиться от одаренного мужа не выйдет. Да и в любом случае, эльфийка наследовать людям не может. Этим способом артефакты тебе тоже не заполучить.
То, что некромант очень зря сказал про свою пару, я поняла в ту же секунду, как Вериан зарычал словно зверь. Мне стало и жутко, и холодно. И впервые я пожалела, что дом некроманта находится так далеко от основных строений академии. Даже если я заору, срывая горло, никто не придет нам на помощь. А Арант не способен сейчас управлять магическими потоками. В груди стало холодно и пусто.
– Нет, некромант, никогда не поздно. Реликвии должны находиться в Вечном Лесу. Только первородные достойны их хранить и использовать. И я эту ошибку сейчас исправлю.
Неожиданно у эльфа-стихийника, от которого никто и не ожидал боевых заклинаний, на обеих ладонях загорелось по огромному пульсару. И это было… Я взмолилась про себя Святой Бригитте, обещая, что если мы с некромантом спасемся, то я без звука выйду за него замуж и буду самой верной и примерной женой.
– Мина, – Арант приблизился ко мне почти вплотную и говорил тихо, почти не разжимая губ, – как только толкну тебя, сразу ныряй под стол и постарайся пробраться мимо этого сумасшедшего. Это твой единственный шанс.
Я не стала задавать дурацких вопросов типа: «А ты?» И так было все предельно понятно. Арант собирался пожертвовать собою ради того, чтобы спасти меня и тот проклятый браслет, который болтался у меня на запястье. Я в отчаянии огляделась по сторонам. Что делать? Как выкручиваться? Как помочь некроманту, который стал уже почти родным? Уходить я и не планировала. Но отчаянно искала способ спастись. Только способ не хотел находиться. Впервые я чувствовала себя абсолютно беспомощной. И чувство это было до тошноты отвратительным.
Все произошло как-то одномоментно. Я даже толком и не поняла сразу что и к чему. Вериан спустил пульсары с обеих рук одновременно. Арант сильно пихнул меня в бок, сбивая с ног. Откуда-то из-за спину Вериана появились мои фамилиары. Я, в отчаянии, что ничем не могу помочь тому, кто так просто и без затей жертвовал ради меня своей жизнью, не придумала ничего лучше, чем проклясть эльфа Смертельным проклятьем. Выжимая из себя все, до последней капли, полностью опустошая резерв и срывая горло, я завопила:
– Да чтоб ни ты, ни твои дети, если таковые будут, никогда не смогли взять в руки ни один артефакт! Чтоб тебе облысеть на веки вечные и раз в год покрываться зелеными пятнами! И ни одна девушка не согласится выйти за тебя замуж! Пусть женою тебе будет восставший скелет!
Формулу закрепителя я уже не кричала, а хрипела сорванным горлом, наблюдая, как пульсары все ближе к моему некроманту. Почему я выбрала именно такую форму проклятия? Да кто его знает? Я выкрикивала первое, что приходило в голову. Но как только затих последний звук закрепителя, на голову треклятому эльфу, как самый настоящий дракон, спикировал мой Кошмар. И пламя, которое выдохнул ирга, тоже вполне могло принадлежать дракону. Наперерез файерболам, кажется, бросился Ерш.