Зов огня
Каспер удивленно рассмеялся.
– Помнишь, когда мы познакомились, ты думала, что ты не особенная?
– Это очень круто, Киа! – воскликнула Дария.
Против своей воли я рассмеялась.
– Ребята, мне снова и снова приходится быть на волоске от смерти. Это не так уж здорово.
– Да, могу себе представить, это более чем утомительно, – тут же согласилась Дария. – Обычных одаренных манипулирование временем физически истощает. Для тебя же это не только нервно, но и опасно.
– Однако я знаю, к чему готовиться. Например, теперь я знаю, что, возможно, увижу своих родителей снова. Что Фос действительно освободит их, если все пойдет хорошо.
Оба смотрели на меня сияющими глазами.
– Это здорово, – прошептала Дарья. – Что еще ты такого видела?
Как мой инвент позволяет этой глупой курице убить меня…
– Я путешествовала в свое прошлое, – сказала я, когда мы снова пошли вперед. Было непривычно тепло и не было дождя, к которому я привыкла. Гирлянды, развешанные по узким улочкам между темно-серыми домами, совсем не шевелились, а ночное небо над головой было чистым от облаков и полным мерцающих звезд. Затишье перед бурей?
– Насколько далеко? – спросил Каспер, засунув руки в карманы дождевика, который теперь казался совершенно лишним.
– Я была младенцем. И мои родители все еще вместе. – Я сразу же почувствовала комок в горле. – Они были так молоды. И обсуждали план побега. Они хотели покинуть город. Должно быть, это было как раз перед тем, как их предал Нерон.
Дария отвела взгляд. Когда она заговорила, ее голос звучал сдавленно.
– Я всегда завидовала чой из-за их дара. Переживать моменты столько раз, сколько захочешь… Но это… так далеко в прошлом… я бы тоже хотела это сделать.
Я сморгнула навернувшиеся на глаза слезы. Да, меня окружали люди, у которых все было хуже. Мать Дарии покончила с собой, когда та была еще маленькой девочкой. А Каспер вырос на улицах Барселоны.
– Всегда говорят, пусть призраки прошлого упокоятся, – пробормотал Каспер. – Но это слишком заманчиво. Сколько возможностей можно было бы… И сколько определенности.
– Я тоже нахожу это заманчивым, – призналась я.
Между тем нас отделяло всего несколько метров от пекарни Карлы. Ставни были закрыты, и в остальном все указывало на то, что пекарня не работает, если бы изнутри не слышался тихий рокот голосов.
– Интересно, опасно ли это в долгосрочной перспективе, – продолжила я. – Не только потому, что каждый раз приходится подвергать свою жизнь опасности. А потому, что можно стать зависимой от этого. Потому что привыкаешь всегда видеть все и забываешь о реальной жизни. – Интересно, как это было у Меламарсии? По факту иметь фору всю жизнь и видеть в голове все параллельные миры?
Похоже, дар не помог ей стать особенно добрым человеком. Но, может быть, в этом виновато ее ужасное детство.
– Что ж, как по мне, это больше похоже на бонус, – проговорила Дария, теперь снова нормальным голосом.
– И это определенно может помочь нам в борьбе с Нероном и Арьей, – мрачно сказал Каспер. – По крайней мере, мы знаем, что Фос не раздает пустые обещания, раз ему действительно удастся вытащить твоих родителей из Десмота.
Я кивнула и протянула руку, чтобы постучать в дверь пекарни Карлы. В Мигме у нас было тайное постукивание – три коротких, два длинных.
Едва я снова опустила руку, с другой стороны раздался грохот, потом бренчание, и, наконец, ключ в замке повернулся, и появилось круглое лицо Карлы.
– Давайте внутрь, быстро, быстро! – прошипела она, приглашая нас в тепло. Запах свежеиспеченного хлеба и пряных трав витал в воздухе, когда мы ступили в темноту. Она поспешно закрыла за нами дверь. Мы последовали на звуки и яркий свет в конце коридора. Верхний свет не горел, но повсюду трещали свечи, освещая лица присутствующих, которые сидели на покрытых мехом табуретах и оживленно беседовали. Большинство из них уже сменили свою камуфляжную одежду на темные джемперы и шапки с вырезанными отверстиями для глаз и рта, а вокруг валялось несколько карнавальных масок. Наше оборудование также прибыло в целости и сохранности – плакаты и вывески, которые мы нарисовали сами, были прислонены к стенам.
Я повернулась к Карле, которая стояла позади нас. Я впервые увидела ее без фартука для выпечки и в повседневной одежде. На ней было сине-белое платье в цветочек и темный кардиган, а ее седые локоны были заколоты сзади.
– Как ты поживаешь, дорогая? – прошептала она, гладя меня по плечу. – Вас кто-нибудь видел?
Дария тоже повернулась и поцеловала ее в щеку.
– Все хорошо и спокойно, по дорогам никто не ходит.
– Спасибо, что помогаешь нам, – пробормотала я. Она мне нравилась с самого начала, еще до того, как я узнала, что она была хорошим другом моей матери. Ее сердечный, теплый характер был желанным отличием от всех снобов из Омилии.
Однако сегодня ее улыбка выглядела натянутой.
– Ты поможешь мне с напитками, Киа? – Вздернув подбородок, она указала назад в темный коридор, ведущий в пекарню. Я последовала за ней, не задумываясь.
Едва мы оказались за прилавком, она включила верхний свет в пекарне и с серьезным видом повернулась ко мне. Я сразу же поняла, что ее просьба была всего лишь предлогом.
– Послушай, – прошептала она настойчивым голосом. – Я знаю, что за последние несколько дней с тобой произошло несколько очень плохих вещей, но ты должна знать, во что ввязываешься. – Ее светлые глаза были полны беспокойства.
Откуда она знала, что произошло за последние несколько дней?
Я покачала головой. Сейчас были более насущные вопросы.
– Ты имеешь в виду, из-за Фоса?
Она серьезно кивнула.
– На него нельзя полагаться. Так всегда говорила Агния. Раньше она тесно сотрудничала с ним в Пиро. Что-то уже тогда было с ним не так. И потом, есть дело с нападением на лагерь Асфалии… В Тессаректе это не обсуждалось широко, никто не интересовался тем, что происходит на окраине города, но, Киа… Он опасен, понимаешь? Ему можно доверять настолько же, насколько можно доверять Нерону Лагарду.
Я сделала глубокий вдох.
– Я знаю о нападении, – сказала я. – И я знаю, что это неправильно и варварски, но я также знаю, почему он это сделал.
Она уставилась на меня.
– Погибли люди, – прошептала она. – Этому нет оправдания.
Я кивнула, в то время как ледяной холод распространялся внутри меня.
– Я знаю. Это ужасно, я знаю.
– Единственный человек, на которого все еще можно положиться в этой битве, – это Гайя, – поспешно продолжила она. – На первый взгляд у Фоса правильные ценности, но он слишком радикален в своих действиях. Если кто-то и может нам помочь, так это Гайя.