Каменное сердце

— У меня есть предположение, — решила не щадить ее чувства я. — Это дракон.
    
Глава 63
Дракон. Столько смысла в одном коротком слове. Не только в Злейске знали, чем чревато появление этого создания в окрестностях.
Драконы никогда не приходили к нам с добром. Эти огромные доисторические ящеры могли только разрушать. Единственная причина, по которой на них не объявляли охоту, заключалась в том, что драконам не было никакого дела до людей. Они пролетали мимо, равнодушные к городам и деревенькам.
Драконы. Совершенные машины для убийства, слишком опасные, чтобы существовать с ними по соседству. К счастью, ящеры предпочитали горы с их снежными пиками. Большая часть этих монстров обитала в Костотрясах, находящихся по ту сторону моста, неподалеку от Оплота. Если бы не страсть драконов к золоту, мы бы вряд ли о них узнали. Первое столкновение людей и ящеров произошло несколько сотен лет назад, в Орлятах. Драконы начали грабить обозы шахтеров, забирая золото, после чего в горы поднялись инквизиторы с острыми алебардами и огромными арбалетами. Ящерам пришлось отступить и покинуть насиженные места, перебравшись на север, к Змеиной пасти и Костотрясам.
Пару раз я видела изображения драконов в мамином дневнике. Их огромные треугольные морды выглядели угрожающе даже на бумаге, из пасти торчали острые клыки. Четкие ромбики чешуи покрывал слой странной блестящей пленки.
Мама сказала, что ведьмы когда-то умели договариваться с драконами, но те времена давно прошли. Ящеры были враждебны и к людям, и к дочерям Истле, и уж тем более к инквизиторам.
Я никак не могла понять, что дракону понадобилось рядом со Злейском. Летел и устал? Бред. Они могли не спать месяцами, преодолевая моря и континенты. Проголодался? Драконы редко питались вне своих пещер, предпочитая переваривать мясо в спокойной безопасной обстановке.
Тогда почему он остановился на опушке? Зачем наследил?
— Скажи отцу повременить с охотой, — покачала головой я. — Хорошо, что за мной едут инквизиторы. Ру и остальные могут помочь, как только казнят меня.
Побледневшая Гленна посмотрела мне куда-то за спину. В ее взгляде читалось напряжение. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто там. Я ощущала присутствие Кресса так же четко, как и магические токи до выпитого отвара с огненной ягодой. Он стоял в дверях.
Мне не хотелось видеть его. Возможно, я просто боялась заметить торжество в его глазах. Это пугало даже больше, чем предстоящий суд инквизиции.
Кресс молча ушел. Его шаги раздались на лестнице. Вскоре во дворе снова остервенело застучал топор. Гленна задумчиво посмотрела в окно.
— Ты уверена?
— По поводу дракона? Да. Лучше сразу попросить инквизиторов заняться этим, — кивнула я.
— Казнь, — прошептала Гленна. — Еще не было суда.
— Но он будет. Инквизиторы ненавидят нас. Впрочем, я тоже не пылаю к ним любовью.
— Кажется, — осторожно произнесла Гленна, — Кресс хорошо к тебе относится.
— Да. Однако он уже пытался меня убить. У него даже получилось. А потом лишил меня магии, сильно сократив жизнь, — сказала я, продемонстрировав ей седой волосок. — Как раз после этого он начал ко мне относиться… хорошо. Лучшая ведьма — дохлая ведьма.
    
Глава 64
Я говорила с легкой улыбкой на губах, хотя на самом деле боялась. Томительное ожидание подходило к концу. Скоро все свершится. В голове мелькнула шальная мысль, что еще не поздно сбежать. Взять узелок с травами и снова кинуться в объятия Чащи, позволить ей поглотить меня без остатка, надеясь, что рано или поздно выберусь к людям, а не в Пустошь.
Лес, обожравшийся магии, любил шутить. С Чащи станется и выкинуть меня куда-нибудь в Кровижцы, в город-призрак, уничтоженный по моей вине. Я посмотрела на ветки деревьев, маячащих за окном. Ветер шумел в листве. Заскрипела старая сосна. И все это под аккомпанемент стучащего без умолку топора.
Кажется, Гленна что-то говорила, но я не слышала ее. Мои мысли целиком и полностью занимал мир за окной, такой яркий и бескрайний. Мне хотелось впитать его в себя, пропустить сквозь пальцы, почувствовать хоть что-то, прежде чем меня отправят на костер. В эту секунду я пожалела себя. Мне не суждено было узнать мир, в котором я жила. Злейск станет моим последним пристанищем.
Я посмотрела на Гленну. Она, кажется, ждала от меня какой-то реакции. Я пожала плечами и пропустила меж пальцев толстую нить для будущего свитера.
— Нужно сказать Крессу, — решила я.
— Кажется, он слышал.
— Нужно сказать толком, что видели и когда. Пусть занимается. Это он инквизитор. Ему лучше знать, как защитить деревню, пока не подоспел их карательный корпус.
— Но…
Я взмахнула рукой, показывая, что не хочу сейчас выслушивать ее возражения. Гленна обиженно замолчала. В другое время мне захотелось бы помочь, раздать обереги и объяснить, куда бежать от гнева древнего ящера. Однако апатия поборола меня.
Я погрузилась в скучное и монотонное занятие — распутывание пряжи. Этого хватило, чтобы занять себя до вечера. Обед я благополучно пропустила, сославшись на отсутствие аппетита, а вот на ужин пришлось спуститься.
Гленна приготовила для нас суп с клецками, в качестве десерта налепив вареников с вишневыми закрутками. От запаха горячей домашней еды текли слюнки. Яков притащил откуда-то крынку молока и тарелку сметаны. Весь этот пир венчали перепелки в меду, пахнущие пряностями. Я с наслаждением втянула аромат птицы с зажаристой глазированной корочкой и цокнула языком:
— Весь мед мой извели, супостаты.
— На чай еще осталось, — парировала Гленна.
— А я в вареники хотела.
— Еще в суп его положи. Вареники и так сладкие.
Я побурчала еще немного для вида и угнездилась на стуле рядом с Крессом. Мне хотелось поскорее приступить к еде, но назревал важный разговор. Я осмотрела нашу маленькую компашку.
Кресс сидел по правую руку от меня. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Впрочем, это было типичное состояние для Кресса. Черные волосы на макушке испачкались в древесной трухе. Кажется, инквизитор случайно ткнулся в потолок сарая, пока укладывал дрова. Я машинально протянула руку и стряхнула сор.
Инквизитор дернулся. Кажется, он уже прокручивал в голове список из пяти лучших способов прибить ведьму. А как кулаки сжал!
Я усмехнулась.
— Не паникуй. Я всего лишь пытаюсь тебя отряхнуть от пыли. Если Ру тебя увидит таким, решит, что все это время я держала тебя в темном чулане на хлебе и воде.
Кресс искоса посмотрел на меня, поджав губы. Гленна тяжело вздохнула. А вот Яков наблюдал за нами широко распахнутыми глазами, будто мы показывали ему удивительные фокусы.