Мирра. Сердце Зорры

Я замерла на месте, до хруста сжав кулаки. Декан придвинул стул вплотную к кровати и подался вперед, приблизив лицо настолько, что теперь я могла разглядеть каждую морщинку, прочертившую линию вокруг внимательных глаз. От мужчины пахло древесной корой и амброй. Терпкий запах дурманил голову, заставляя дыхание участиться. Когда шершавые ладони обхватили мое лицо, я инстинктивно дернулась назад.
— Расслабьтесь, Мирра.
— Легко вам говорить, — пробурчала я, отчаянно борясь со странным чувством, охватившим все мое существо. Мне необходимо прийти в себя и перестать наслаждаться теплом, согревающим похолодевшее от напряжения лицо. Перестать, я сказала!
— Откройтесь.
Я постаралась отпустить контроль, но это было довольно затруднительно, учитывая сложившиеся обстоятельства. Тепло, исходящее от широких ладоней, ядом проникало под кожу, а чернильные глаза затягивали в свою глубину. Я все еще цеплялась за реальность, но чем дольше смотрела, тем скорее она ускользала от меня.
Вскоре я почувствовала легкое головокружение, комната и окружающие нас с деканом предметы неожиданно потускнели. Мир сжался до пронзительных глаз, которые я видела словно сквозь тоннель. Этот тоннель постепенно сужался, пока не превратился лишь в крохотные светлые точки посреди непроглядной темноты, а через секунду свет окончательно померк.
Мягкие похлопывания по щекам вернули меня в сознание, и я распахнула глаза. Все вокруг кружилось в замысловатом танце, от которого на меня волнами накатывала тошнота.
— Что это было? — с трудом разлепив губы, просипела я.
— Очнулись?
Я слегка повернула голову, стараясь не делать резких движений и узрела декана, с суровым видом склонившегося надо мной. Удивление пробилось сквозь густой туман, царивший в голове.
— Что вы хмуритесь? — Контроль над речевым аппаратом еще не вернулся окончательно, слова вырвались сами собой.
Декан нахмурился еще больше, широкие брови практически скрыли темные глаза.
— Ой, не к добру все это, не к добру, — подала голос Из, которая до того момента предпочитала быть безмолвным наблюдателем.
— Да вижу я, что не к добру, — поежилась я в ответ.
— Что случилось? — Я попыталась приподняться с постели, куда так удачно приземлилась. Выбери я стул, лежать бы мне лицом в пол. Сильные руки легли мне на плечи и удержали на месте.
— Лежите, неугомонная. Вы потеряли сознание, потому что на вашем Таланте стоит мощнейший блок. Когда я попытался его обойти, ваше сознание просто выключилось.
— Замечательно! — нервно воскликнула я, делая повторную попытку привстать. — Я буду каждый раз так отключаться на наших занятиях?
— Нет, нам придется перестроить стратегию, — декан придавил меня к кровати, не давая шевельнуться. — Но сначала расскажите-ка мне, Мирра, почему на вас стоит такая сильная блокировка? Кто ее поставил?
— Откуда мне знать? Впервые о ней слышу, — слукавила я.
— Лгунья из вас неважная, — губы декана искривила ставшая уже привычной усмешка.
— Мне ничего не известно о блоке, господин декан. Мой Талант просто не проявился в положенное время, и, будьте уверены, меня осмотрели вдоль и поперек, но ни о какой защите не было ни слова. Может, это не блок вовсе, а просто отсутствие способностей?
— Не говорите глупостей, Мирра. Камень Истины показал невероятно мощный уровень магии, присущий лишь обладателям Таланта.
— Я ничего не знаю, — упрямо повторила я, твердо встречая пристальный взгляд. — Что мы будем теперь делать? Может, не стоит тратить ваше драгоценное время? Оставим эту затею?
— Почему вы так рьяно пытаетесь сбежать? Что скрываете? — Воздух вокруг мужчины будто сгустился, от отчетливого запаха грозы волосы на затылке зашевелились.
— Ничего, — стушевалась я, опустив глаза.
— Что ж, раз вы отключаетесь при попытке нажать, придется действовать вслепую. Будем пытаться найти ниточку, за которую можно будет потянуть.
— Каким образом?
— Есть определенные методы. Однако должен сразу предупредить, что не все придутся вам по нраву, — задумчиво добавил декан Дамиано, игнорируя мои попытки запротестовать.
— На сегодня, думаю, хватит, Мирра. Отдыхайте. Следующее занятие тоже будет в субботу. Завтра можете расслабляться, — с этими словами декан поднялся со стула и направился к двери.
Как только Дамиано покинул мою скромную обитель, я вздохнула с облегчением, и нервная дрожь прокатилась по обессиленному обмороком телу. Этот мужчина заставлял мои внутренности трястись, словно желе, а ноги подгибаться.
— О Зорра, о чем я только думаю! — я закатила глаза.
Мне следовало бы размышлять над тем, как избежать ментального воздействия. Декан был настроен крайне решительно и, учитывая, что он был гораздо опытнее и сильнее в магическом плане, он вполне был способен обнаружить существование Из.
— Возможно, поступление в академию было не такой уж хорошей идеей, — засомневалась я.
— Мы приехали, чтобы найти Максимилиана, — напомнила Из.
— Как только найду брата и уговорю принять на себя управление родом, исчезну.
— Ты так уверена, что он обладает Талантом… Что, если это не так?
— Он первенец отца, значит, унаследовал его силу, — уверенно заявила я, боясь впустить даже тень сомнения в сердце.
— Допустим, это правда. Куда ты собралась бежать?
— Есть только одно место, где никто не сможет меня найти, — невесело усмехнулась я.
— Темный лес? — В тихом голосе альтер эго послышался неподдельный ужас.
— Меня вполне устроит жизнь отшельницы, ты же знаешь.
— Знаю, но все же надеюсь, что до этого не дойдет. Мы придумаем другой способ тебя спасти, — заявила подруга, излучая волны уверенности.
Идея исчезнуть в Темном лесу, давно сидевшая в голове, с каждым днем укреплялась во мне все сильнее. С какой стороны ни посмотри, лес решал большинство моих проблем. Как только род Эштеров обретет нового главу, в моем присутствии отпадет всякая необходимость, но останется опасность навязанного замужества, а потому свобода по-прежнему будет под большим вопросом.
Я хотела продолжить обучение в академии и получить все возможные знания, которые могут пригодиться в дальнейшей жизни, однако возможность решать свою судьбу самостоятельно куда важнее. При необходимости я почерпну нужную информацию в книгах, а выживание в лесу не должно составить никаких трудностей для того, кто и так всю жизнь провел в чаще.