Мирра. Сердце Зорры

Территория лесного массива была невообразимо огромна, по окраине разбросано множество мелких деревушек, где никогда не слышали фамилию Эштер. Я смогу покупать там продукты и мелочи и, возможно, даже выполнять мелкие магические заказы за небольшую плату. На первое время мне хватит золота и серебра, припасенного на случай непредвиденных обстоятельств.
— В твоем плане куча прорех, — недовольно проворчала Из.
— Каких, например?
— Твой сводный брат может не согласиться вступить в семью и взять на себя все обязанности главы. Что ты планируешь делать в таком случае?
— Уговорю его, чего бы мне это ни стоило, — с мрачной решимостью ответила я.
У меня не было другого выхода, все ставки я делала на то, что Максимилиан не откажется от заманчивого предложения обрести хоть и довольно условный, однако высокий статус аристократа, принадлежащего древнему роду. Я вывернусь наизнанку, но сделаю все, чтобы он согласился.
— Есть еще одно, — в мои размышления вновь ворвалось альтер эго.
— Что?
— Ты собралась затеряться на просторах Зорринии, но с такой внешностью, а в особенности с такими волосами это будет сложно. Думаешь, дядя Генри не бросится на твои поиски? В каждом городе и деревне повесят розыскное объявление с твоим портретом, будь уверена.
Пропустив сквозь пальцы снежную прядку, я задумалась. А ведь Из права. На свете много девушек с зелеными глазами, но вряд ли найдется много с ослепительно-белой копной волос.
— Если будет нужно, я с ними расстанусь, — твердо произнесла я.
— Обреешься налысо? — нервно хихикнула Из.
— Предполагаю, что лысая девушка будет бросаться в глаза еще больше, — усмехнулась я в ответ. — Иллюзии будет достаточно.
— Но слишком энергозатратно.
— Я справлюсь.
Иногда мне хотелось, чтобы Из просто соглашалась со мной всегда и во всем, но она уже давно стала голосом рациональности, удерживающим меня от необдуманных поступков. Ей не всегда это удавалось, но, по крайней мере, она делала попытки.
Встав с кровати, я устало поплелась в ванную. Визит Дамиано вымотал меня до предела. Мне хотелось упасть на кровать и провалиться в сон на целую неделю, но для начала нужно было смыть с себя этот ужасный день. Войдя в тесную ванную, я сбросила форму и посмотрела на себя в потускневшее от времени зеркало на стене.
Неделя напряженной учебы, завтраки урывками, пропущенные из-за загруженности обеды сказались на внешности не самым лучшим образом. Мышцы, наработанные долгими тренировками в поместье, проявились четче, приятная женская округлость пропала. Худоба сделало лицо острее, а под глазами залегли тени. Надо признаться, выглядела я отвратительно. Тень беспокойства поселилась на дне прозрачных глаз, и можно только надеяться, что никто, кроме меня, не видит ее.
Испустив тяжелый вздох, я включила воду и принялась ждать, пока вода нагреется. Неделя в академии далась мне нелегко. Мне нравилось учиться и получать новые знания, но внутреннее напряжение, сжимавшееся внутри пружиной, не оставляло меня ни на секунду. Вопросы и днем, и ночью крутились в голове. Смогу ли я найти сводного брата? Смогу ли я уговорить его стать главой? Что будет, если Из обнаружат? Как избежать нежеланного замужества?
Я понимала, какая судьба ждет меня в том в случае, если я не смогу найти Максимилиана. Дядя найдет достойного по его мнению кандидата и выдаст меня замуж, не спросив, чего хочу я. Все на благо семьи.
Когда-то я верила, что дядя Генри любит меня по-своему, но оказалось, что превыше всего для него была репутация и процветание семьи, а значит, мной можно пожертвовать. Осознание того, что пребывание здесь — всего лишь отсрочка неизбежного, заставляло торопиться. Действовать нужно прямо сейчас, иначе станет поздно.
    
Глава 15
Я снова оказалась в лесу. Легкий ветерок ласкал мое разгоряченное лицо. Чьи-то уверенные руки обвились вокруг талии. Спину согревало тепло сильного мужского тела. В ситуации, подобной этой, испуг был бы вполне естественен: меня окружал ночной лес, я осталась наедине со страстью незнакомца, которую явственно ощущала ягодицами, но на душе отчего-то царило умиротворение, будто происходящее было вполне нормальным.
Наслаждаясь чувством защищенности, я нежилась в крепких объятиях и украдкой разглядывала увитые мощными мышцами руки. Удивительно гладкие, без единого волоска, с крупными ладонями и длинными пальцами. Эти руки показались мне смутно знакомыми.
Вполне осознавая, что это всего лишь очередной сон, пусть и довольно яркий, я осмелилась провести пальцем по словно светящейся мраморной коже и ощутила, как сердце стоящего позади меня мужчины забилось быстрее. Улыбнувшись краешком губ, я прислонила голову к его плечу.
Ночь укутала нас с незнакомцем мерцающей звездами вуалью. Вокруг не раздавалось ни звука. Легкое беспокойство скользнуло по краю сонного сознания. Странно, обычно лес кипит жизнью даже посреди ночи. Не успела я додумать эту мысль, как вдруг мужчина прижался своей щекой к моей и горячо выдохнул мне на ухо:
— Ты только моя, запомни это.
Я удивленно дернулась и попыталась обернуться, чтобы посмотреть на мужчину, который назвал меня своей, но сон мгновенно развеялся, и, широко распахнув глаза, я уставилась на белый потолок, украшенный солнечным узором.
Со стоном перевернулась на живот и прислушалась к беззаботному пению птиц, которое доносилось из приоткрытого окна. На душе было неспокойно. Уже второй раз странно реалистичный сон с таинственным незнакомцем в главной роли оставляет после себя странный осадок и чувство растерянности. Больше всего меня беспокоило то, что и на этот раз я не смогла разглядеть мужчину. По какой-то причине это казалось очень важным. Кем же он был?
С силой потерев лицо, я постаралась выкинуть сновидение из головы, со вкусом потянулась и откинула одеяло. Прохладный ветерок парусами надувал занавески; прошлепав босыми ногами к окну, я распахнула его шире и впустила в комнату свежий воздух, наполненный запахом листвы. Забравшись с ногами на подоконник, обняла обтянутые ночной рубашкой колени и вдохнула полной грудью.
— Как же хорошо никуда не торопиться!
— Наконец-то выходной! Скорее собирайся, пойдем на разведку в город! — энергично вклинилась в ленивое утро Из.
— Порой мне кажется, что тебя слишком много для меня одной, — проворчала я, скатываясь со своего насеста.