Алтарных дел мастер. По чужим правилам
– Чары, но я не могу их развеять – не мой уровень.
Еремеев тем временем успел переговорить с перепуганным пленником, выведать планы шведов. Узнав, что хотел, заставил его снять мундир, а самого связал и заткнул рот кляпом.
– Порученец, долго мне еще лошадок удерживать? Они нервничают. Того и гляди – сорвутся. – Леший стоял за кустами в тридцати шагах от дороги и смотрел на отряд.
– Постараюсь закончить быстрее, но кто их, шведов, знает?
Старик передал Александру вторую часть артефакта Стурга, которая висела на дереве. Кнопку на нем по знаку Еремеева и приказу лешего нажала куница, доставившая эту часть на дерево, а в итоге бойца, пытавшегося ударить «хозяина дороги», вознесло на макушку.
Вернул волшебную вещицу ворон. Вторая пока оставалась в кармане древолаза.
– А ты чего вырядился? – спросил леший, разглядев новый наряд порученца.
– Не хочу их больше пугать, а то еще стрелять сдуру начнут.
Александр нажал на кнопку, и практически спустившийся с сосны боец оказался рядом. Рукоять пистоля сразу отключила сознание древолаза. Еремеев забрал из кармана незнакомца вторую часть артефакта.
– Пойду пообщаюсь с их главным.
На дороге напряжение заметно возросло. Командир и толмач подошли к единственному из русских, кто оставался в отряде.
– Тебе приказано отыскать этого «хозяина дороги» и договориться с ним.
– А вдруг он откажется меня слушать?
– Тогда ты нам не нужен, – перевел толмач.
– Да, он вам действительно не нужен, – подал голос Еремеев, который уже пару минут находился в толпе спешившихся шведов.
– А ты кто?… – Слова застряли в горле переводчика.
– Ну, вы даете! Сами только что собирались договариваться – и не узнаете.
– Ты – хозяин дороги?! – Толмач слегка опешил.
– Можешь пока так меня называть.
– Ты заколдовал наших коней? Что хочешь за их освобождение?
– Возвращайтесь к Карлу и передайте ему привет от крашенского боярина.
Тут швед впервые громко скомандовал своим, и Александра взяли в кольцо, направив на него несколько десятков стволов.
– Сдавайся! – крикнул тип со славянской внешностью.
– Не буду, настроение не то, – лениво произнес Еремеев. Он прекрасно знал об особенности встроенного в тело амулета Руха. – Но если вдруг кто-то выстрелит…
– И что будет? – Разговорившийся сообразил вытащить еще и свой пистоль.
– Остолбенеть могут не только лошади, – произнес Еремеев и исчез.
Предатель настолько не ожидал исчезновения, что нажал на спусковой крючок. Если бы не защитный амулет, пуля могла бы убить Нильса, стоявшего напротив.
– От этих русских вреда больше, чем пользы, – тихо произнес капитан, нахмурившись.
Подчиненные восприняли его слова как приказ и оглушили стрелка.
Еремеев же, появившись рядом с лешим, предложил дать волю скакунам. Много воли. Чем животные сразу и воспользовались, вспомнив, что когда-то давно их далекие предки не знали ни узды, ни седла.
На дороге начался настоящий переполох. Шведы моментально забыли про молчание и орали так, что заглушали ржание лошадок. Под шумок Александр наведался к пленникам и освободил от веревок.
Когда все успокоилось, на дороге оставалось около сотни помятых бойцов и четыре лошадки. Эти старые клячи, запряженные в телеги крестьян, о свободе и не мечтали. Было бы сена вдоволь да ноша не тяжелая – других радостей им не требовалось.
– Данила, ты лошадей с собой заберешь? – спросил леший. – Я их тут неподалеку собрал.
– Половину, пожалуй, возьму, – задумчиво произнес Еремеев.
– А остальных куда? Энти животинки в лесу не приживутся.
– Шведов еще на чем-то нужно обратно вернуть, а то начнут здесь безобразничать.
– Опять к ним пойдешь? – Леший неодобрительно посмотрел на порученца.
Александр взглянул на дорогу. Надо отдать должное офицеру, тот оперативно принялся наводить порядок в роте. Бойцы образовали двухрядное кольцо, ощетинились пиками, приготовили арбалеты и огнестрел.
– Нет, приглашу их главного к себе в гости.
– А вдруг он не захочет?
– Да кто его спрашивать будет. – Александр вытащил вторую часть артефакта и, нажав на кнопку, бросил на траву.
Во время второго визита Еремеев подсунул часть эльфийского артефакта командиру отряда. После того как прибывший офицер был оглушен и связан, Еремеев крикнул:
– Эй, толмач, вам командир живым нужен?
Примерно через полминуты раздался ответ:
– Нужен. Ты хочешь выкуп?
– Нет, для начала переговорить с ним. Топай сюда.
– А где гарантия, что ты не убьешь и его, и меня?
– Хотел бы убить – давно убил бы всех скопом. Да токмо кто ж вас всех тут хоронить будет?
Переводчик передал помощнику капитана их разговор и направился к кустам, где находились Еремеев с капитаном и двумя доставленными ранее перебежчиками.
– Как зовут командира? – спросил Александр.
– Нами командует капитан Нильс. Титул – барон.
– Везет же мне на шведских баронов. Приведи его в чувство.
Очнувшийся Нильс не сразу сообразил, где находится, но толмач быстро перевел слова боярина о соблюдении тишины.
– Чего он хочет? – придя в себя, спросил швед.
– Мое нынешнее предложение – последнее, капитан, – начал Еремеев. – Ты немедленно возвращаешься к Карлу и докладываешь, что наткнулся на боярина Данилу и тебе пришлось вернуться.
– Меня разжалуют в рядовые, лишат титула и сошлют на каторгу. Лучше принять смерть, чем…
– Капитан, не надо пафоса. Смерть – это самое паршивое, что может случиться с человеком, который ничего не сделал, дабы ее избежать.
– У меня приказ.
– Геройски напасть на безоружных крестьян, изнасиловать женщин, ограбить и увести молодых парней, чтобы гномы из них слепили асов? И вы еще смеете называть чудовищем меня? А сами готовы отдать людей на расправу чужакам. Ну да, все же спишется на русских, вы же в их мундирах сейчас. И это достойно титула барона?! – Еремеев сплюнул на землю, показывая свое отношение.
– Приказы не обсуждаются, – совсем тихо произнес барон.
– Ладно, подойдем с другой стороны. Ты считаешь, что способен выполнить приказ?
– Не уверен, – подумав, ответил капитан.
– А я уверен – не сможешь. И что хороший командир делает, когда задача невыполнима, – пускает под нож личный состав и геройски погибает? Так геройства не будет. К твоему королю отправится гонец с докладом, что крестьяне опоили отряд отравленным вином, а он один выжил, потому что пил водку. В результате тебя все равно лишат дворянства, опорочат семью, а вдобавок до конца дней будут проклинать все те, чьих детей ты сгубил по глупости или злому умыслу.