Алтарных дел мастер. По чужим правилам
– Никто из моих людей на это не пойдет, – твердо заявил Нильс. – Они погибнут вместе со мной, но предателями не станут.
– Из твоих – может быть, но трое из отряда когда-то служили другому правителю. Думаю, ради спасения жизни они мать родную продадут.
– Эти отбросы?! – скривился Нильс.
– Их только для таких целей и можно использовать. Вы же их не воевать с собой взяли?
– Ты не посмеешь! – Капитан напрягся, словно пытался разорвать веревки.
– С чего вдруг? Думаешь, я не слышал, какие страшилки обо мне рассказывают в Европе? По вашим байкам я – чудовище, а не человек. Почему бы хоть иногда не соответствовать созданному образу?
– У меня нет лошадей, как я поеду обратно? – после небольшой паузы снова заговорил пленный.
Переводивший речи обоих толмач с мольбой смотрел на барона – от него сейчас зависела судьба всего отряда, в том числе и его собственная.
И тут Александр почувствовал дребезжание пистоля. Он посоветовал переводчику осадить шведских магов.
Переводчик, даже не дожидаясь приказа командира, что-то выкрикнул на своем, и постороннее воздействие прекратилось.
– Половину лошадок верну, а остальные пойдут в уплату магических усилий и потраченного на вас времени.
– Но здесь ведь не Смоленщина! – воскликнул швед. – Я знаю, Речь Посполитая не ладит с восточным соседом. Почему ты здесь?
– Ляхи не ладят, но вдоль границ живет много русского люда. Их я обижать не позволю!
– А ведь мне говорили, что ты – словно проклятие для шведов. Очень не хотелось в это верить, но теперь на собственной шкуре испытал.
– Ничего ты еще не испытал, капитан. Вот ежели б я опоздал и прибыл в разграбленную тобой деревню… Уверяю – чудовище бы ты точно узрел.
Еремеев лишь на миг представил, что сделал бы с отрядом, и этого мгновения шведам хватило, чтобы поверить его словам.
– Может, мы выкупим всех своих коней? – предложил Нильс.
– Надо было соглашаться на мои предложения сразу. А приемлемые я предлагаю лишь дважды. Кстати, если надеешься, что я не прослежу за выполнением договоренностей, – не обессудь. Терпеть не могу пустословов.
– Согласен на твои условия, – кивнул капитан. – А можно одну просьбу личного характера?
– Смотря какую.
– Готов заплатить пятьдесят золотых, лишь бы мой скакун оказался среди возвращенных.
– Пусть будет так.
Глава 20
Пропавшая боярыня– Карету разнесло на куски, тела кучера и охранников невозможно опознать, – докладывал дьяк, не замечая, как мгновенно побелело лицо Черкасского. – Экипаж не доехал до нашего схрона всего трех верст.
О том, кого именно везли в схрон, в Тайном приказе знали лишь двое, и оба сейчас находились в кабинете. Майор, до этого сидевший в расслабленной позе, также изменился в лице и, если бы не знак начальника, уже подскочил бы с места.
– Останков пленника в карете не обнаружили? – спросил Далемир как бы в раздумье.
– Никаких следов крови на внутренней обивке, – заглянув в бумаги, сообщил дьяк. – Наши дознаватели выехали на место, обещали к полудню представить подробный отчет.
– Ладно, оставь бумаги и ступай. Будешь нужен, позову.
Служивый покинул комнату, в которой еще с минуту висела напряженная тишина.
– Знаешь, Михайло, не будь я уверен в тебе, как в себе, решил бы, что рядом со мной предатель, – наконец произнес Черкасский.
– Благодарствую за доверие, командир. Но как они узнали?! И что теперь делать? – как-то беспомощно спросил майор.
– Работать следует лучше, Михайло, работать. Вчера нас обставили, как деток малых, а мы даже не ведаем, в какой стороне лиходеев искать. Неужели Зарина погибла? Я же себе вовек не прощу, ежели не уберег ее. Можно сказать, сам на погибель послал. – Далемир удрученно опустил голову.
– Полагаешь, она могла выжить там, где все погибли?
– Надеюсь на это, майор, очень надеюсь. – От внутреннего напряжения Черкасский принялся мерить комнату из угла в угол, мысленно перебирая различные варианты, почему на обивке не осталось следов. Ничего не получалось. Если пленницу забрали, зачем взрывать повозку…
– Ежели ее убили, вскоре последует новый удар по государю. – Майор тоже вскочил.
– Сядь, Михайло! Ты считаешь, что мы недостаточно усилили охрану Пожарского после покушения?
– Нет ничего, что нельзя сделать лучше. – Майор снова опустился в кресло.
– Лучшее – враг хорошего, особенно когда эти «улучшения» лепятся в спешке. Как думаешь, ежели врагу удалось задуманное, когда он нанесет удар?
– Как только узнает об успехе.
– Полагаешь, наши прознали раньше тех, кто взрыв устроил?
– Вряд ли. – Майор реально оценивал силы обеих сторон. – Выходит, Зарина смогла сбежать до взрыва?!
– Очень на то похоже, Михайло. А враг наверняка решил, что его ход просчитали и подсунули пустую карету. Ну, девчонка, ну, молодец!
– И где ее теперь искать?
– Думаю, сейчас не стоит попусту тратить время и ресурсы – она умеет прятаться, сам учил. Главное, что и заговорщики ее не отыщут.
– Хорошо бы.
– Ладно, к Зарине вернемся, когда получим сведения от дознавателей, а теперь о покушении на государя. – Черкасский немного воспрянул духом и наконец тоже сел. – Ты говорил, что волшебников, способных создать магическую пиявку, в столице немного?
– Да, таких чародеев всего трое, и наши самые надежные люди сейчас прорабатывают их контакты. Связывать задачу с покушением на Пожарского я не стал, опасаясь утечки информации. По легенде мы ищем целителя, якобы засветившегося в одном деле.
– А при чем тут целители? – удивился Далемир.
– Выяснилось, что магическую пиявку способны создать только они, причем самые опытные, выше десятого ранга.
– Таких в столице больше трех…
– Мы и отслеживаем всех семерых, хотя доподлинно известно: четверо пиявку сотворить не способны.
– Почему? – заинтересовался глава Тайного приказа.
– Особенности их магии, – пожал плечами майор. – Оставшиеся трое способны вытягивать проклятия. Говорят, довольно непростая специализация.
– Кто именно говорит?
– Наша библиотека. Неужели ты думаешь, я стал кого-то расспрашивать?
– Береженого Бог бережет, – заметил Черкасский.
– Понимаю, командир.
– И когда ждать первых результатов?
– Завтра вечером, быстрее не получится. Стоит проявить нетерпение, и эту ниточку оборвут, уж больно опытный враг нам противостоит. У меня вообще впечатление, что он раньше на Тайный приказ работал.