Неидеальная невеста, или Любовь не терпит исправлений

— Эй, Венделин? — Рич осторожно отодвинул меня от себя. Остатки огня освещали комнату, тень же закрывала лицо мага. Меня же ему было видно лучше, но это нисколько не мешало. — Не думаешь же ты, что я из-за этого сейчас уйду?
— Возможно, ты рассчитываешь на нечто большее с моей стороны. — Я осторожно подбирала слова, однако Ричард понял меня с полуслова.
— Я люблю тебя, Венделин. И я подожду, — заверил маг.
Ситуация напоминала нежные истории из женских книг, только там романтизм бумажный, мой же был с налетом недосказанности и предвкушения. Ведь когда-то у нас все получится, и при этом никто не станет ломиться в двери с разговорами и угрозой, что останусь сиротой.
Словно подслушав мои мысли, Ричард подхватил меня на руки и донес до кресла. Уселся, усадив меня к себе на колени. Руки мужчины такие надежные крепкие, оплели меня. Я положила голову на плечо жениха и так стало хорошо, спокойно, что наконец-то почувствовала приближение сна. Кое-как удержала зевоту, не желая поражать мага своими манерами. Губы жениха очень нежно коснулись моего лба, виска…
— Только не думай, что забуду про твое обещание, — заявил Рич, на что я разумно промолчала. Мало ли что девушка в ситуации стресса наговорит. Самой стало приятно и захотелось узнать, а когда же это снова случится между нами.
Взгляд как-то сам собой упал на разобранную постель…И тут сердце словно остановилась, потому что помимо привычных вещей увидела кое-что важное. Подняла голову, присмотрелась…
— Венди? — Рич заметил мою тревогу и слегка напрягся. — Что-то случилось?
— Твой? — Указала на белесое пятно, выделявшееся на фоне одеяла персикового цвета. И ведь то тоже светлое, однако я заметила разницу. …Поднялась, подошла к кровати и подхватила двумя пальцами тряпицу, оказавшуюся платком с монограммой. Витые буквы читались плохо, но мне было достаточно того знания, что эта вещь не моя и даже не наша. Вопросительно взглянула на жениха и потрясла находкой.
— Мой, — не стал отрицать скоро поднявшийся Ричард. — Матушка на прошлой неделе прислала дюжину платков. Выпал из кармана.
Вот же… Выпал неудачно… Буду надеяться, что матушка ничего не заметила, а в момент разговора я попой сидела на монограмме Холлов.
Ричард задержался ненадолго. Мне было жалко, что он уходит, но так было правильно. А иногда все-таки стоит прислушаться к доводам разума.
 
Глава 18. Утро приносит сюрприз
Венделин
Я направлялась в столовую, когда услышала довольный смех матушки. Завтрак втроем не тяготил, однако в душе я ждала, что начнутся расспросы и оттого не спешила. Однако долго топтаться за дверью не вышло, да и пить уже хотелось. Пришлось появляться на глаза родителей.
— Доброе утро, — я улыбнулась, надеясь при этом, что улыбка никого не испугала.
— Доброе утро, Венди, — подхватил отец нарочито бодрым голосом. Сам же он выглядел скорее отрешенным. Иногда так случалось, если на отца наваливалась работа.
— Милая, надеюсь, ты хорошо выспалась, — поинтересовалась матушка, подставляя мне щеку. Поцеловав родителей, я поспешила занять свое место.
Этот вопрос, он таки случаен или нет?
— Неплохо, — я нацепила вежливую улыбку и взялась за салфетку. — Чудесное утро, не находите?
Мрачненькое, с редкими каплями дождя, оно вызывало зевоту и желание забраться под одеяло, чтобы продолжить прерванный сон.
Матушка только улыбнулась, но ничего не добавила. Я довольно сунула в рот суфле из красной рыбы и едва не закашлялась. И дело вовсе не в еде, просто папенька решил удивить:
— Венди, не желаешь поехать за границу?
— Я?! — вопросительно уставилась на отца.
— Ты. На мир посмотришь, себя покажешь. Отдохнёшь.
— Но зачем? — Я с непониманием уставилась на родителей. Ох, темнили они что-то, но что?! Неужели снова решили подобрать мне нужную кандидатуру. А как же реальный жених?
Сейчас, когда мы с Ричардом разрешили почти все проблемы, подобное предложение выглядело неприемлемым.
— Милая, твой отец намекает, что чувствует неприятности и таким образом пытается тебя обезопасить, — произнесла леди Эйвери, проигнорировав суровый взгляд отца.
Что?!
— Матильда! — нахмурился папенька, у меня же суфле едва не встало поперек горла. Известие было из разряда отвратительных.
— Дорогой, наша дочь взрослая. Как оказалось, мы даже не знаем имя ее жениха, — парировала матушка.
— Папа, у тебя проблемы? — выпалила я, глядя на отца. — Что-то случилось?
Аппетит сразу пропал и желание поскорее уйти на работу, чтобы скрыться от возможного родительского расспроса, сразу испарилось. Отец никогда не волновался по пустякам, и мы практически ничего не знали о его проблемах. Ведущий королевский алхимик всегда все решал сам. А раз так, то что от меня сейчас скрывают?!
Отец одарил матушку негодующим взглядом, от которого она должна была в лучшем случае покраснеть. В худшем начать икать, потому что это выглядит действительно не слишком приятно. Лорд Эйвери одним своим суровым видом пугал не только собственных подчиненных, но и тех, кто когда-либо пытался перейти ему дорогу. Мне всегда казалось, что если бы папенька не выбрал алхимию, то из него мог получиться как минимум генерал.
За годы совместной жизни матушка приобрела иммунитет и даже не поперхнулась, продолжая жевать песочную корзиночку с воздушным кремом. Похоже, она уже свыклась с проблемой и наверняка дала кучу советов, как ее решить. Мне же кусок в горло не полез, потому как рисовалось всякое. Вплоть до увольнения с распоряжением никогда не посещать дворец и конфискации имущества. Звучало ужасно.
— Так что произошло? — повторила я свой вопрос.
— Расскажу, раз уж кое-кто не сумел удержать язык за зубами, — снова укоризненный взгляд, брошенный на Матильду Эйвери. — Несколько дней назад из лаборатории пропал опытный образец, способный вызвать сенсацию во всем мире.
— Что же это? — Я замерла, ожидая ответа.
— Эликсир, способный вытянуть из человека его другую сущность.
— Это как? — опешила я, прикидывая, что же такого можно извлечь из меня самой. Я и я, что же еще?
— Например, трусливый человек занимает важный пост, а его предки имели завидное мужество и смелость. Принимая этот эликсир, в трусе освобождается то, что по каким-то причинам сокрыто природой или обстоятельствами.
— Но зачем это? — спросила так, на всякий случай.
Несомненно, должна быть выгода, но пока ничего особого я не успела придумать. Зато отец с ответом не медлил.
— Предположим, эта трусость у него не с рождения, а в результате какого-то тяжелого ранения, психологический травмы. И человек становится сам не рад такому существованию. Или же нужно помочь себе в способностях к языкам, потому как предки могли изъясняться свободно на разных наречиях. Эликсир решает проблему.