Алмаз. Книга вторая

– Но тут написано,… – Машка сомневалась, кому верить, мне или сплетням в интернете, и как неопровержимое доказательство зачитала вслух текст с телефона, – …Стало известно имя таинственной девушки фронтмена «Адамас» – Константина Соболева. Ей оказалась двадцатиоднолетняя студентка…, – она замолкла и подняла на меня ошарашенный взгляд, – нашего универа, – прошептала, будто не верила своим глазам, а следующая прочитанная фраза заставила нас обеих просто онеметь, – … Кирова Маргарита Александровна…
В аудитории повисла гробовая тишина, кажется, никто даже не дышал. Одногруппники ждали от меня какой-то реакции, хотя бы слово объяснений, а я не знала, что еще придумать – все было против меня.
– Мне пора, – едва выдавила из себя из-за пересохшего горла и начала пробираться к выходу, расталкивая остолбеневших ребят.
– Кирова! – услышала уже в коридоре, но не останавливалась и даже не обернулась.
– Стой! – кто-то больно схватил меня за руку. Хотела послать приставалу куда подальше, но наткнулась на знакомое лицо и поджала губы. – Кирова, – Настин взгляд, обычно дружелюбный, превратился в злой и завистливый, – надеюсь, ты не дуришь всех, выставляя идиотами.
– Я не выставляю никого идиотами, – захотелось стряхнуть ее руку со своего плеча, как противного паука или таракана, – а моя личная жизнь не твое дело или еще кого бы то ни было.
– Так значит, это правда, – девушка уже не сомневалась.
– Да, – коротко ответила, не считая нужным и дальше оправдываться перед ней.
Настя разжала пальцы, и я, не теряя ни секунды, зашагала прочь по коридору, и до тех пор, пока не свернула за угол, чувствовала на себе ее испепеляющий взгляд.
Что теперь будет?
***
Несколько раз брала в руки телефон, чтобы позвонить Косте, но каждый раз останавливала себя. Сейчас не самое подходящее время – у него прямой эфир на одном из телеканалов по поводу предстоящей музыкальной премии. Решила не отвлекать его и оставить разговор до вечера.
Оказавшись дома, никак не могла успокоиться. Мысли о том, что столько информации обо мне теперь в свободном доступе, заставляли меня, заламывая пальцы рук, нервно кружить по квартире. Мучили вопросы: Кто сделал те фотографии? Как узнали мое имя?
Просто с ума сходила!
Не в силах больше терзаться, села за ноут, чтобы выяснить насколько известной личностью я стала. Ужаснулась, когда обнаружила, что чуть ли не на каждом сайте, где обычно мигала реклама всякой ненужной ерунды, теперь красовались наши с Костей фото с кричащими заголовками. В одном из таких говорилось, что я неизлечимо больна и скоро умру, поэтому Костя меня прячет, в другом – мы чуть ли не родственники и приписывали нам инцест. Какая гадость!
Захлопнула компьютер, чтобы еще больше не вязнуть в этой грязи. Стало просто невыносимо пребывать в одиночестве и не иметь возможности с кем-нибудь поговорить. С Костей связаться в данный момент я не могла, поэтому набрала номер другого близкого человека.
– Мамуля! Как у вас там дела? – для начала хотела узнать, что ей известно, чтобы раньше времени не расстраивать. Если она пока не в курсе последних событий, буду как можно дольше скрывать, что ее дочь стала «знаменитой».
– Отлично, просто отлично! – радостно уверяла она. – Представляешь, твои племянники заговорили!
– Здорово, мам, – тоже попыталась казаться веселой. – Макс, наверное, счастлив.
– Был, – рассмеялась, – в начале. Теперь не знает, как заставить их хотя бы немного помолчать.
Стало ясно, что в нашем тихом городке пока мирно и туда еще не дошли сплетни. Правда, там мало кто интересовался скандалами шоу-бизнеса. Там, дома, у людей были другие заботы.
– А ты как, милая? – Я едва сдержалась, чтобы не признаться ей во всем, страстно желая, чтобы она утешила меня, как в детстве, поглаживая по голове. – Как Костя? У вас все хорошо?
На парня я не могла пожаловаться.
– Он посвятил мне песню, – похвалилась, а сама чуть не расплакалась.
– Боже, какой чудесный мальчик! – воскликнула.
Я тут же забыла обо всех своих печалях и рассмеялась.
– Мам, этому мальчику скоро тридцать, – тут я немного преувеличила, чтобы подчеркнуть огромную разницу между «мальчиком» и Костей.
– Для меня вы навсегда останетесь детьми. – А для меня она всегда будет самой лучшей мамой на свете. – Я так рада за тебя. Ты счастлива, правда?
– Правда, – просто согласилась. Все равно не нашла бы подходящих слов, чтобы описать глубину своих чувств. – Очень счастлива.
– А когда мне ждать внуков? – спросила игриво, но без фальши и пошлости, как могла только мама.
Дети? Я никогда не думала о них.
Может, кто-то и представлял себя матерью семейства с пухлощеким карапузом на руках, но только не я. У меня и серьезных отношений как таковых не было, чтобы предаваться мечтам о семье. В голове промелькнула мысль, что отцом моих детей мог бы стать Костя. Представила, какими были бы наши дети: у мальчика непременно папина улыбка, а у девочки – его зеленые глаза. Еще у нее будут такие тонкие изящные пальцы, и она будет превосходно играть на пианино. А когда наш сын подрастет, обнаружится, что у него прекрасный голос и он…Стоп, Рита! Что-то меня понесло, я даже не знала, что как относился к детям Костя. Хотел ли он семью? Мы никогда не говорили об этом.
– Мам, тебе мало двух Максимкиных сорванцов? Пожалей себя, ты уже не…– прикусила язык, сообразив, что сболтнула лишнего.
– Ты, что назвала меня старой!? – мамин голос стал на октаву выше. – Да я еще хоть куда! И с десятью внуками справлюсь, если потребуется!
– Я не сомневаюсь, просто не уверена в своих силах, – пришлось разрушить ее фантазии. – Боюсь, родить целую футбольную команду я не смогу.
Не сговариваясь, мы чуть помолчали, каждая о своем.
– Всему свое время, – заключила мама, так закрыв эту тему.
В коридоре послышалась возня и звон ключей, и я поспешила попрощаться.
– Мамуль, кажется, Костя вернулся. Я тебе еще позвоню. Люблю тебя.
Успела только отключиться и отложить телефон, как Костя прошел в гостиную, стягивая с себя кожаную куртку. Металлические заклепки звякнули, ударившись о стеклянную столешницу кофейного столика.
– Кому ты там признаешься в любви? – нахмурился, но его глаза улыбались.
Раньше я бы ответила что-нибудь язвительное и подразнила его, но не сейчас. Я хотела узнать, что думает парень о слухах про нас, и в курсе ли он вообще.
– Ты видел, что твориться в интернете?
Он поник – видимо, ему все известно.
– Я знаю, там могут писать отвратительные вещи, – положил руки мне на плечи.
– Например, что мы брат и сестра? – озвучила один из самых гнуснейших домыслов.