Милая, (с)нежная, желанная

- Смотри на меня, - напомнил Севир.
Сладостная пытка – вот мое наказание! Между ног все пылает и пульсирует, а разум четко осознает, кто хозяин моего тела. Да, после такого урока я сто раз подумаю, прежде чем нарушить приказ Севира.
Лука припал губами к клитору, посасывая его. Мгновение – и тягучий комок внизу живота лопнул, сладкая дрожь разлилась по всему телу. У меня перехватило дыхание, в ушах зашумело.
- Смотри на меня!
Из глаз потекли слезы. Не от обиды, не от боли, а от какого-то удивительного чувства сладкой беспомощности.
Лука толкнулся и взял меня сзади, удерживая за бедра. Чувство наполненности – новый виток удовольствия. Я хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Пальцы комкали простыню. Взгляд Севир жег огнем, но опустить голову я не смела.
- Милая крошка…
Севир изловчился и поцеловал меня в губы. Он как будто пил с них мое дыхание, и воздух поступал в легкие толчками, в одном ритме с движениями Луки.
Меня имеют двое мужчин одновременно, и мне это нравится.
Как стыдно…
 
Лука
Я верно понял желание Севира.
«Делай с ней, что хочешь», - говорил его взгляд.
И это не было подачкой. Фанни честно призналась, что хотела этого, наблюдая за нами. Как говорится, мечты сбываются…
Не знаю, почему Севир смягчился. Возможно, связь истинных оказалась сильнее, чем он предполагал. Но я видел, как он спас Фанни от падения на лестнице. Видел, как бережно нес лисичку в спальню. И допрос, что он учинил, поигрывая плетью…
Откровенно говоря, даже я поверил, что Фанни не избежит порки. А она и вовсе дрожала от страха, готовясь к худшему. Севир же забавлялся… и, играючи, преподал ей урок. Обычно он не заморачивался и добивался желаемого жесткими, порой жестокими методами.
Я же хотел Фанни так, что темнело в глазах. После оборота, с приливом сил, желание обострилось. Я старался быть нежным, вылизывая ее складочки. От сладкого запаха кружилась голова. Фанни казалась мне вкусной, как в детстве – леденец на палочке. Мягонькая, податливая, послушная… Зверь урчал от удовольствия, упиваясь ее соками.
Член легко скользнул в ее дырочку, такую тесную и узкую, что перехватило дыхание. Толчки, поначалу осторожные, становились резче и сильнее. Я видел, как Севир ласкает языком ее рот, но уже ничему не удивлялся. Обычно он засовывает туда член. Видимо, Фанни действительно особенная… для нас обоих.
Когда она обмякла в наших руках, я испытал блаженство, сравнимое с тем, что накрыло меня чуть позже, от оргазма. Севир выглядел задумчивым… и ошеломленным.
- Ты все еще хочешь избавиться от нее? – поинтересовался я после того, как мы устроили Фанни на подушках.
Она не спала, но находилась в забытьи.
- Лука, не торопись с выводами, - вздохнул Севир. – Пройдет немного времени, и все изменится.
- Откуда ты знаешь? Она нравится нам обоим, и принимает нас обоих. Фанни из хорошего рода. По мужу она Ларссон, но ее отец – Армини. Это одна из ветвей…
- Знаю, - перебил меня Севир. – Но она преступница.
- А если ее действительно оболгали?
- Займешься расследованием, как только мы вернемся. Я не собираюсь менять планы. А там… видно будет.
Фанни очнулась и захныкала, прижимая ладони к животу.
- Кажется, ей нужно в ванную комнату, - заметил Севир.
- Я помогу ей.
Лодыжка за такое короткое время, конечно же, не перестала болеть.
- Нет, погоди.
Севир наклонился и расстегнул ошейник, сдерживающий зверя Фанни.
- Крошка, обернись.
В ее глазах промелькнул страх.
- Ты же знаешь, что это поможет быстро вылечить вывих? – спросил я. – Обернись, и боль пройдет.
Фанни закусила губу и затравленно смотрела то на меня, то на Севира.
- Интересно, - медленно произнес он. – Похоже, урок ты не усвоила. Не заставляй меня жалеть о том, что не выпорол тебя за непослушание.
- Нет, мессер, пожалуйста, - прошептала Фанни. – Не жалейте…
Она быстро обернулась, и мы с Севиром потеряли дар речи. На подушке, сжавшись в комочек, сидела белая лиса с черным воротником вокруг шеи.
- Вонючий крот… - пробормотал я, едва переведя дыхание.
Севир молчал, но взгляд его потемнел, а пальцы сжались в кулаки. Даже я испытал желание забиться под кровать. Чего уж говорить о снежной лисице, спрятавшей голову под хвост…
    
11. Снежная
Такого поворота я не ожидал. Мало того, что преступница, так еще и враг? У Всевышнего потрясающее чувство юмора! Я ненавижу женщин и не думал о женитьбе. Так он подкинул мне неверную жену из рода снежных лис!
Ненавижу!
В глазах темнеет, и перед мысленным взором – жуткое воспоминание из детства.
Тесная клетка. Строгий ошейник с шипами. Напротив – такие же клетки, и в каждой – сестра или брат. В помещении темно и страшно. Где-то рядом капает вода.
Кап… Кап…
Во рту пересохло, живот сводит от голода.
Ожидание смерти – страшнее смерти.
Холодно. Очень холодно…
Лязг замка. Знакомый запах. Узкая полоска лунного света. Теплые руки.
«Беги, малыш. Беги, не оглядывайся…»
«Мне страшно, папа!»
«Страшно умереть, не сражаясь за жизнь. Беги в запретный лес, к тетушке Сиолине. Она спрячет, поможет…»
«А как же все? Мама? Ты?»
«И мы следом за тобой. Беги, сынок!»
Отец не сдержал обещание. Он успел освободить Руфину, старшую сестру. Вместе мы и бежали, припадая к земле от выстрелов, раздающихся позади. Нас преследовали с собаками, но те потеряли след, когда мы пересекли границу, отделяющую земли людей от запретного леса.
Мы – единственные из семьи Кейси, кто спасся после предательства снежных лис.
Я сморгнул, отгоняя морок. Это всего лишь один из эпизодов долгой и тяжелой войны. Она закончена, и снежных лис не преследуют. Потому что некого. Потому что они сполна заплатили за свои преступления.
А Фанни… Похоже, даже не чистокровная. Черный воротник, темные волосы… Смесок. И дара у нее нет, я почувствовал бы его.
Снежная. Враг. И моя истинная…
Но она ни в чем не виновата.
Это мои мысли или влияние магической связи? Сейчас не разобраться…
Я перевел дыхание и разжал кулаки.
- Почему дрожишь от страха? – Я поморщился, потому что собственный голос казался мне неуверенным. – Разве ты сделала что-то плохое?