Ранее известная как Америка
Он с ревом набросился на меня. Руки сжали мне горло. Большие пальцы сдавливались, вызывая головокружение, заставляя звезды вращаться в безвоздушной темноте за моими веками.
– Ах ты тупорылый ублюдок. – Он почти рычал. Его лицо нависло в нескольких дюймах над моим лицом, все такое же безупречное, лишенное пор, чья искусственная симметрия была искажена яростью. – Раньше это была просто работа, понимаешь? Но теперь я получу удовольствие от того, что откручу тебе башку.
Я попытался удержать нож, но я уже тонул, плыл во мраке безвоздушного пространства и терял очертания своего тела. Мои пальцы, оказавшиеся за тысячу миль от меня, расслабились. Я плыл в глубоком космосе. Лезвие ножа было изогнутым восходом солнца на темном горизонте.
Я вышел за пределы своего тела. Вылетел на орбиту. Звезды ярко взрывались, а затем проносились мимо меня, размытые скоростью. На краю Вселенной горел межзвездный огонь. Я мчался прямо в красную дымку солнца.
А потом началось падение. Я провалился обратно в свое тело. Я почувствовал жжение в горле. Я почувствовал вкус пепла. Звездный дождь вокруг превратился в каскад искр.
Придавивший меня андроид осыпал ковер дождем электрических искр. Его волосы попали в струю. Синий свет убегающего заряда проплыл по схеме, которую я обнажил своим ножом. Рамми отодвинула кожух на фалангах пальцев, чтобы обнажить проводку, и по треску электрических разрядов я понял, что она направила заряд прямо на его жесткий диск.
Рамми вновь пришла мне на помощь.
* * *
Я парил где-то между жизнью и смертью. Медленно, очень медленно он ослабил хватку на моем горле. Я чувствовал себя как песочные часы, как будто мое горло сжалось до одной точки, как будто тонкая струйка кислорода молекула за молекулой просачивалась в мои легкие.
– Эх, черт бы побрал этот Техас. Я ведь только что отчистила ковры от крови, – голос Мамаши Шухер привел меня в чувство. Зрение стало проясняться. С помощью Рамми я сел, задыхаясь и кашляя. На моем горле все еще виднелись отпечатки пальцев андроида. Громада Мамаши Шухер, стоявшей у открытой двери, почти полностью заслонила свет из коридора. – Ну что ж. Надо бы позвать сборщиков тел. Похоже, мы неплохо их отделали. – Она вздохнула. – И я надеюсь, ты знаешь, какую ложь собираешься придумать ради своей же безопасности, когда они придут сюда с расспросами.
20В мире есть только три вещи, которыми я не стал бы торговать: тела (мертвые или живые), наркотики (те, которые занюхивают, и те, которыми ширяются) и фальшивые документы (по крайней мере, не в пределах досягаемости Пустошей картеля).
(из «Путеводителя афериста по Территориям Экс-США»)Нам нужно было выбраться из Грэнби и поскорее.
Но сперва пришлось разобраться с телами.
У «Старлайта» были на примете свои сборщики тел: масса людей окочурилась в своих номерах либо от передозировки наркотиками, либо в перебранке, от болезни или от нищеты. Не прошло и часа, как два уродливых санитара уже заворачивали рекламщицу в пластиковый брезент, а искусанный блохами уборщик счищал кровь с волокон ковра.
Следующими туда прибыли несколько мусорщиков, чтобы разобрать андроидов на части, – дело тонкое, поскольку такого рода высококлассные модели обычно были зарегистрированы в Комитете по содействию гуманоидам и очень скоро в дверь постучат следователи и судебные приставы.
Прежде чем продавцы металлолома начали свою работу, Рамми взяла разделочный нож и опустилась на колени перед этим термостатом, который пытался меня выпотрошить. Она срезала маленький лоскут силиконовой кожи за левым ухом и осторожно вытащила микрочип и серийный номер.
– Так мы сможем узнать, откуда они взялись, – пояснила она.
Как только в комнате не осталось останков тел, я вернулся на Дорогу из желтого кирпича, вспомнив о том бедолаге, который пытался выследить Раам по ее ВИН-номеру. Но на этот раз Патч не смог мне помочь. Он смог рассказать только то, что они были изготовлены в Кранч 203, в одном из самых южных аванпостов компании, в 2056 году. В этом не было ничего удивительного. Но даже несмотря на то, что кто-то платил за модернизацию их систем, допотопных или нет (силиконовая плоть и технология реального отклика у них были самые новейшие), Патч не мог сказать, кто именно.
– Таков закон Международного трибунала, – пояснил он. – Я не смог бы продать вам данные, даже если бы сумел взломать Федеральную систему. Закон был принят после Голода [89] и шумихи, поднявшейся из-за того, что андроидов разбирали на части.
В любом случае я не видел особой разницы: они явно охотились за вознаграждением, а это значило, что будут и другие желающие.
К счастью, во время своей первой вылазки на Дорогу я много раз видел точки продаж фальшивых документов.
Ближайший поисковый киоск был сделан в виде панды; как оказалось, мне нужно было потереть ей брюхо, чтобы она открыла рот и я смог ввести поисковый запрос. Наконец Дорога исчезла, и через долю секунды я стоял перед куском базового строительного кода (вероятно, это был стандартный шаблон). Табличка в окне гласила: «Документы».
Внутри отсутствовали какие-либо модификации, там не было никаких тематических обоев или декоративных граффити, ничего, кроме бежевых стен и аватара за стойкой. Кто бы ни был хозяином этого места, он даже не потрудился приделать своему Джону Доу волосы, нос и рот, отчего его лицо представляло собой маленький невыразительный кружок; его плоть словно растянули по остальным чертам лица и тем самым стерли их.