Я вылечу твою собаку
Я выбрала небольшой уютный ресторанчик для разговора за бокалом шардоне.
—И что моя девочка хочет сказать?— Роберт уселся рядом, и его рука стала забираться мне под платье.
Я села по другую сторону стола.
—Выслушай и, пожалуйста, сумей понять,— голос предательски дрожал. Я еще ничего не сказала, а в глазах Роберта уже читался укор.— До тех пор, пока я замужем, мы не будем близки. Тайные отношения, как мельничный жернов на шее, и я теряю уважение к самой себе.
— Девушка, три текилы по пятьдесят — крикнул Роберт проходящей мимо официантке. Та обернулась и покраснела от удовольствия.
—Секундочку, мистер Эванс.
—Роберт!
—Что «Роберт»?— вскинулся он.— Предлагаешь терпеливо ждать, пока ты наиграешься с Леоном в мужа и жену?
—Я ни в кого не играю, просто не хочу вести двойную жизнь! А о разводе до конца съемок не может быть и речи. Если я тебе действительно нужна, ты найдешь силы подождать.
—Подождать чего?
—Окончания съемок!— твердо повторила я.
—Боюсь, это ничего не изменит.
Принесли напитки, и он махом опрокинул все три стопки.
—Полегче с текилой, дружок.
—Волка своего поучи,— Роберт перетянул меня к себе на диван.
—Что ты делаешь?— возмутилась я, выпутываясь из объятий.
—Если в постели тебя нельзя обнимать, буду тискать в ресторанах. Согласно контракту.
С тех пор Роберт с наслаждением изводил меня прикосновениями, взглядами, случайными поцелуями, дыханием, голосом, но не нарушая установленных границ и заставляя изнывать от желания. Как он выходил из положения сам, не знаю. Однажды я услышала обрывок разговора Роберта с приятелем на закрытой вечеринке:
—Сегодня ты напьешься и переспишь с какой-нибудь красоткой!
—Я не хочу ни с кем спать. Мне нужна Краун.
—Она заморочила тебе голову.
—Я уже готов…
Роберт повернулся и смолк, увидев меня. В глазах бывшего любовника читался призыв, и мне стало безумно жаль его. В тот вечер Роберт сумел меня напоить. Не знаю, как вышло, что коктейль оказался значительно крепче обычного. Помню только, что Эванс таскал бокалы один за одним, и ничего вкуснее я в жизни не пробовала. Мы много и страстно танцевали. Стены закружились, и я сообразила, что перебрала. Так я надиралась только в Бразилии. Неужели мне что-то подмешали? Когда Роберт отлучился за очередной порцией, я едва добралась до туалета и двумя пальцами облегчила желудок. Вкус зубной пасты и холодная вода немного освежили, но меня по-прежнему качало. Остатками разума я смекнула, что пора ехать в гостиницу.
—Ты не любишь меня больше, Джил?— голос Роберта прозвучал неожиданно. Угораздило же меня не закрыть дверь.
—Люблю.
—Тогда зачем эти сложности?
—Давай поговорим завтра. Не до разговоров, честно.
Я еле стояла, качаясь и держась за стенку. Роберт сгреб меня в объятья и впился в губы. Почувствовав знакомый вкус, я размякла окончательно. Наши языки переплелись прежде, чем я поняла, что происходит. Эванс облегченно застонал, когда я перестала сопротивляться. Он сорвал с меня белье и жестко взял реванш.
—Поедем ко мне,— безапелляционно заявил Роберт, застегивая джинсы.
Я сидела на корточках, закрывшись руками.
—Никуда не поеду.
—Поедешь,— Роберт, как куклу, поднял меня и помог одеться.
Я хотела наорать на него или врезать как следует, но не хватало сил. Мысли судорожно скакали в голове, нужно было выходить из положения.
—Хорошо, иди, я догоню.
Выставив Эванса за дверь, я дрожащими руками набрала номер Леона.
—Любимый…— «Сколько же я выпила?»
—Джил? Все хорошо?— ангельским голосом осведомился муж.
—Не совсем.
—Ты пила?— интонации поменялись.
—Возможно… То есть да…
—Ого, да ты в стельку! И сколько?
—Коктейлей шесть. Очень вкусные, только какие-то странные. «Секс на пляже», новый рецепт. Слушай, а помнишь как мы с тобой на пляже?..
—Кто их приносил?— Леон приступил к допросу с пристрастием.
И тут до меня дошел весь идиотизм моего поступка. Выдавать Роберта нельзя ни под каким соусом. Зачем я вообще позвонила Леону? Трубка пикнула, предупреждая о низком заряде.
—Я тебя люблю!— мяукнула я, борясь с икотой.
На том конце послышался тяжелый вздох.
—Чак знает, где ты?
Раздался настойчивый стук в дверь:
—Джил, ты скоро?
Я испуганно прикрыла трубку рукой.
—Да, знает,— затараторила я.— У меня сейчас зарядка сядет. Скажи, чтобы забрал меня из дамской комнаты на втором этаже. Надеюсь, их здесь не много.
—Открой немедленно! Или я вынесу дверь.
—Сиди там и не высовывайся! Чак тебя найдет.
—Я хочу тебя,— не унимался из-за двери Роберт.
—Я люблю тебя!— выдохнул Леон, и связь прервалась.
Вскоре за дверью послышался голос телохранителя, и я вышла из временного убежища. Роберт с недовольным видом подпирал стенку.
—Спокойной ночи,— со светской улыбкой пожелала я.— Спасибо, что постерег.
Чак, придерживая меня под руку, помог спуститься по лестнице и достойно покинуть вечеринку. В номере я рухнула на кровать, не снимая туфель.
Как-то вечером мы пили у Роберта чай, и я удивительным образом очнулась на следующее утро в его постели. Этой ночью мне снились прекрасные сны о любви. Единственный раз, когда я не вышла на связь с мужем. Алиби отсутствовало начисто. Леон на следующий день не потребовал объяснений. Но по его хмурому виду я догадалась, что Чак обо всем доложил. Тогда-то я и рассказала Роберту про угрозу, нависшую надо мной в виде неминуемой расправы. Он схватился за голову и извинился за свои выходки.
Итак, наступил день икс. Вот-вот вернется Леон. Я ждала и боялась встречи. Самолет из Москвы прилетал вечером, и муж успевал приехать лишь к самой премьере. Ему не в чем было меня упрекнуть. Я сдержала слово. «Дружеские» провокации не в счет. Я зашла разбудить Роберта, и от него не ускользнуло мое тревожное состояние. На нервной почве я сложила в аккуратные стопки все, что было разбросано по углам номера.