Я вылечу твою собаку

—Джил, ты в порядке?— спросил он, окончательно проснувшись после ночной вечеринки. От его голоса у меня по-прежнему вибрировал низ живота.— Я наблюдаю за тобой минут пятнадцать. Ты три раза добавила сливки в кофе, но так и не выпила его. И дважды переложила с места на место мои вещи.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Не переложила, а сложила. Не бери в голову, это просто мандраж перед премьерой.
—Любимая, ты совершенно не умеешь врать.
—Неправда, я первоклассная лгунья,— горько усмехнулась я, вставая из-за стола.
—Меня не провести. Боишься встречи с Леоном? Сегодня ты скажешь ему, что вы расстаетесь, и между нами больше никто не встанет. Кстати, хочешь, я сам поговорю с ним?
—Нет! Роберт, я… Я лучше сама.
Мне не хотелось никаких разговоров. Я жутко соскучилась по Леону. Он все чаще приходил ко мне в тревожных снах. Зависимость от наркотика «Роберт» уменьшилась, но я чувствовала себя клятвопреступницей. Дать Эвансу полную отставку не было сил. Сердце шептало, что выбор так и не сделан.
—Есть небольшая новость. Я не говорил, пока окончательно не решил. Мне предложили роль в новом фильме. Это не экшен, а кино «не для всех». Я давно мечтаю о таком проекте. Съемки в Австралии. После промо сразу вылетаю,— Роберт поудобнее уселся в постели и, пригладив непослушные волосы, добавил: — Я хочу, чтобы ты поехала со мной.
—А если мне тоже предложат роль? А я за тридевять земель?
Я оступилась на разбросанных кроссовках. Пришлось схватиться за спинку кровати. Раздраженно я подняла и повесила на стул джинсы и футболку, которые валялись там же.
—Предложат — поедешь сниматься. На дворе двадцать первый век. Тебя, если нужно, и в космосе найдут,— пожал плечами Эванс.— А есть что-то на примете?
—Нет,— поджав губы, расстроенно произнесла я.— Сколько бы я ни работала над произношением, оно меня топит на пробах.
—Есть такое,— улыбнулся Роберт,— но в нашем фильме оно более чем к месту. И вообще, я обожаю твой милый акцент. Но, если готова, мы плотно займемся английским.
—Было бы здорово. Не хочу стать актрисой одной роли. Я столько сил и времени вложила, чтобы попасть в Голливуд…
—Тебя должны снимать, Джил. Ты классная!
—Спасибо. А если нет? Мне невмоготу сидеть без работы.
—Зачем сидеть, когда можно лежать?— рассмеялся Роберт и, схватив меня за руку, повалил на кровать.— Я в состоянии содержать такую роскошную женщину.
—Содержать?..
В отличие от Леона, все судьбоносные решения Роберт любил принимать со мной в постели. Хитрец прекрасно знал, что в его объятиях я теряю способность мыслить.
—Джил,— нахмурился Роберт, нависая надо мной.— Ты снова думаешь о нем?
—Прекрати меня анализировать и дай встать!
Во рту пересохло, и я ощутила непривычную дрожь. Роберт умело управлял моими эмоциями, желаниями, разумом. Вот и сейчас, усевшись сверху, он не сводил изучающего взгляда прекрасных глаз, поглощая диетическую колу из бутылки. "Если он меня сейчас поцелует, я лишусь воли. Зачем я пришла к нему?"— Во мне просыпалась ненависть к этому вампиру. Всякий раз он умело справлялся с моими терзаниями и сомнениями.
Я попробовала сбросить его.
—Джил,— с придыханием произнес Роберт и обвил пальцами мое запястье.
—Д-да…— ответила я, находясь в опасной близости от его губ.
—Ты не устала играть в недотрогу?— легкая улыбка озарила его лицо, и он провел носом по моей щеке.
—Нет, мне просто нужно уйти.
—А мне просто нужно войти, так что, извини,— он втиснулся между моих коленей, и я с готовностью сжала его бедра ногами. Наши тела подходили друг другу, как детали одного пазла. Руки Роберта замерли по обе стороны от меня, не оставляя ни шанса на бегство.— Я скучаю по твоему телу, Джил!
—Оно сковано льдом и контрактом,— я попыталась увернуться от поцелуя и перевести все в шутку.
—Ах, так, да?— наглец все глубже вжимался в мои бедра.— Я обязан растопить этот айсберг, и, мне кажется, что кое-где температура уже давно, как на экваторе.
—Нет, нет, мы же договаривались.
—Расслабься,— прошептал он.
И в тот момент, когда Роберт решил, что я никуда не денусь, собрав все силы, мне удалось скинуть его и улизнуть из номера.
 
Звонок стилиста вернул меня к действительности. Пора собираться на премьеру. Пришла Вивьен, и я полностью отдалась ее умелым рукам. После «разговора» с Робертом голова кружилась и не соображала. Спустя пару часов за нами прислали машину, и мы направились в «Зигфилд Театр» — место, созданное для любителей кинематографа, привет из прошлого. Внутреннее убранство, красивые канделябры, бархатная отделка и позолота соответствовали духу нашего фильма. Зал насчитывал более тысячи мест.
Леон до сих пор не звонил, и я не знала, радоваться или горевать. Роберт держал меня за руку и задумчиво смотрел в окно. Я понимала, что он всерьез размышлял о личной встрече с Леоном, вернее, о ее исходе.
 
* * *
Красная дорожка. Моя первая красная дорожка. Защелкали затворы фотоаппаратов, и Роберт, словно пушинку, поворачивал меня в нужные стороны, обнимая одной рукой. Его уверенность придавала сил, и я надеялась, что моя улыбка не выглядела натянутой. Подошел репортер одного из телеканалов и взял короткое интервью у моего спутника. В кинотеатре мы встретились со съемочной группой и направились в зал. Уоррен был уже там и приветственно махал нам рукой. После происшествия в клубе режиссер перестал наставлять меня в личной жизни. Наши отношения, с подачи Леона, стали исключительно рабочими.
По табличкам на спинках кресел мы отыскали свои места. Я сидела между Робертом и Леоном. Первый сел слева, а второй задерживался в пути. Я с трепетом ожидала появления мужа и в очередной раз искала повод забрать руку у Роберта: прическу поправляла, сережку застегивала, но всякий раз мои пальцы снова оказывалась в его ладонях. Когда с минуты на минуту должны были выключить свет, в зале появился Леон. Он шел медленно и уверенно, раскланиваясь со знакомыми, пока наконец не остановился около нас.
—С премьерой, Джил,— улыбнулся он, не спуская с меня голодных и чуть насмешливых глаз.— Потрясающе выглядишь.