Метанойя. Две стороны Александрины

Метанойя (греч. «перемена ума», «переосмысление») – перемена в восприятии фактов или явлений, сожаление, раскаяние
 
Пролог
На какой стороне ты проснешься?
Это важно для будущего целого мира…

Это случилось в день полного затмения солнца.
Или, быть может, произошло за десять лет до этого.
Хотя, возможно, началось все двадцать девять лет назад…
Когда такое событие наступает, хочется отмотать пленку жизни в прошлое, хотя бы на один только шаг, чтобы в ту самую секунду сделать этот шаг в другую сторону.
 
Часть первая
 
Глава 1. Вызов
Коттеджный поселок. Территория Карелии, район Ладожского озера

За 10 лет до затмения
Дом Александрины, комната под лестницей

Опустив лист бумаги на стол, я важно постучала ручкой:
– Теперь всем участникам нужно расписаться напротив своей фамилии.
Влад взглянул на список и усмехнулся:
– Ты серьезно? Мы всегда делали это без всяких бумажек.
– Саш, зачем все это? – Зоя прищурилась. – Давай уже начнем.
Я фыркнула и ткнула пальцем в лист:
– Вы не понимаете всей серьезности происходящего? Да, мы всегда делали это бездумно, но теперь я подготовилась. Все по правилам спиритического сеанса, все по-взрослому. Будем проводить вызов согласно книжному руководству.
– Чернокнижному! – зловеще передразнил Антон, подняв растопыренные пальцы над головой.
– Вам идут ваши пятнадцатилетние мозги, – буркнула я. – Или так – или никак. Не согласны – сеанса в моем доме не будет.
– Ой, ладно! – махнула рукой Зоя. – Я подпишусь, распишусь, что там нужно сделать, давайте, друзья, присоединяйтесь.
Все дружно склонились над столом, глядя на список.
– Я уже поставила свою подпись. – Мой палец провел по строке «Александрина Лима». – Теперь ваша очередь. Зоя Барковская.
– Здесь! – отозвалась кузина и расписалась напротив своей фамилии.
– Влад Грушевский?
– Ну, я, – парень тряхнул головой и закатил глаза.
– Антон Чайка?
– Так точно, мэм!
– Милана Кох?
– Конечно, да, – девушка улыбнулась.
– Артур Анзоров?
– Согласен на все!
– Замечательно. Приступим к подготовке.
Раскрыв толстую старую книгу с пожелтевшими страницами, я несколько перелистнула и остановилась на нужном месте.
– Саш, где ты ее взяла? – нахмурилась Зоя. – Тут везде какие-то пометки, сноски от руки. Чья она?
– На чердаке нашла, в старых коробках с барахлом. – Я задумчиво оглядела страницу с записями. – Кажется, там никто не разбирался с тех пор, как мама пропала.
– А это для чего? – Милана заглянула в графин, что стоял в центре комнаты.
– Святая вода, – я пожала плечами, – так необходимо для этого сеанса.
– Ну что, юные чернокнижники, – иронично скорчился Антон, – нам придется заночевать на месте преступления. Это ничего, госпожа? – он с театральным реверансом обратился ко мне. – Отец как на это посмотрит?
– Отец в рейсе, товарный траулер задерживается, там непогода. Вернется не скоро, я думаю.
– А тетка где? – поинтересовался Влад. – Ну, эта, по дому которая?
– Роза приходит теперь раз в неделю. Мне уже пятнадцать, нянчить меня не надо. Давайте к делу, – я указала пальцем на место в книге, – начнем по порядку, как в тексте. Сейчас мы читаем заклинание на успешное призывание, затем чертим на этой стене пентаграмму со всеми пунктами, как на рисунке, готовим площадку для сеанса и далее…
– Заклинание? – Зоя дернула бровями. – Пентаграмму на стене? Пфф… Саша, ты уверена, что нам все это нужно?
– Уверена, – твердо отозвалась я. – Нужно хоть раз провести все по правилам и указаниям. Такой вызов – серьезное занятие, на самом деле. До этого мы в игрушки играли. Я поняла, изучая эту книгу.
Подготовка к спиритическому сеансу заняла у нас больше времени, чем я ожидала. Вместе с пентаграммой на стене нужно было нарисовать определенное число знаков и букв, прочесть странные фразы из указателя и, наконец, заключительное заклинание перед самим сеансом. После мы расположились на полу вокруг спиритической доски Уиджи, и я начала вызов духа по книжному руководству.
Все было как-то таинственно: много горящих свечей, странные фразы на непонятном языке, которые мы произносили по очереди и вместе, огромная пентаграмма на стене перед нами, знаки, фигуры. Слов заклинаний мы не понимали, но от их произношения становилось как-то не по себе. Хотя продолжительное время никаких изменений не происходило, наши скептические мальчики перестали прятать улыбки и почему-то сосредоточились. Минут через пятнадцать ситуация осталась прежней, и некоторые принялись вздыхать и переглядываться. Было понятно: моя затея провалилась.
– Мне одному кажется, что наши старые сеансы были, как минимум, живее и интереснее? – не выдержал Влад и убрал пальцы со спиритической доски.
Внезапно появился ветер, который резко взлохматил волосы присутствующих и погасил все свечи через одну. Мы переглянулись. Порыв повторился, на этот раз погасшие свечи вспыхнули, а горящие потухли так же через одну.
– Кто заказывал спектакль? – усмехнулся Антон.
Ползунок на доске со скрежетом пополз по буквам, обозначая слова: «я здесь».
– Не смешно, – нахмурилась Милана. – Кто это делает?
– Это все Тоха! – хохотнул Влад.
Антон убрал руки от доски и в доказательство поднял ладонями вверх, многозначительно дернув головой.
– Я зажгу свечи, – вызвалась Зоя. – Давайте серьезнее.
Когда свечи были зажжены, порыв ветра снова потушил их через одну.
– Что за черт! – выругался Влад.
По комнате пополз странный туман, и все почувствовали неприятный запах. Доска вдруг задрожала, постукивая по полу, заставив всех одернуть от нее руки.
– Кто это делает? – не выдержала я, чувствуя ледяной ужас.
Доска остановилась, и ползунок пополз по дереву, заставив нас замереть в ожидании. Скребя по древесине, стрелка указала ответ из букв: «это я».
– Кто «я»?! – истерически вырвалось у меня.
– «Ты звала меня. Я здесь», – написал ползунок.