Сердце волка

Нравились они и остальным обитателем Арронтара. Если маленький горбун начинал петь, к озеру слетались птицы и сбегались звери. Они слушали, поражая мальчика серьёзностью своих глаз — будто Дэйн пел не просто незатейливые песни, а рассказывал им какие-то интересные истории.
 
Тем летом маленькому горбуну — впрочем, он уже не был маленьким — исполнилось восемнадцать.
Он сидел на берегу озера и пытался сделать из дерева дудочку, когда к нему вдруг подбежала взволнованная Чара и стала странно рычать, мотать головой и хватать его за край штанины. Такое поведение было несвойственно волчице, поэтому юноша встал и пошёл следом за ней.
Аксал вела его в Западный лес. И не просто вела — она туда мчалась, при этом ещё и жалобно поскуливая, будто просила своего хозяина быть побыстрее.
И когда Дэйнар увидел то, из-за чего Чара так стремилась в Западный лес, сердце его упало.
Посреди небольшой полянки, окружённой густыми кустами, за которыми было не разглядеть Дэйнара и Чару, сражались Рэйнар и Лирин. Сражались против нескольких крупных аксалов, защищавших гнездо и щенков.
Очевидно, его брат и сестра решили «поохотиться» на аксалов — в руках у них были большие палки с жуткими шипами. Оружие опасное, но только когда ты умеешь им пользоваться. И если Рэйнар хоть как-то мог обращаться с ним, то Лирин вообще еле держала в руках свою палку.
В последнее время, из-за постоянного вмешательства Дэйнара, аксалы, осевшие в Арронтаре, не нападали на оборотней, даже если они забредали в Западный лес. Но в этот раз, видимо, не выдержали — Лирин и Рэйнар своими палками расковыряли нору целой семьи, где были и маленькие аксальчики. И, кажется, успели убить одного щенка. Именно поэтому взрослые животные так рассердились.
Рэйнар стоял чуть впереди, закрывая Лирин и воинственно размахивая «оружием». При этом в его глазах было столько паники, что её почувствовал бы даже не-оборотень… даже такой, как Дэйнар.
Лирин же просто тряслась от ужаса.
— Рэйни, у тебя кровь! — взвизгнула она, по-детски глупо дёргая брата за рукав. Рэйнар отмахнулся, не сводя напряжённого взгляда с рычащих аксалов.
Он действительно был ранен. Оторванный рукав рубашки, из-под которого была видна рваная рана, чумазое лицо, искажённое страхом — всё это увидел Дэйн в тот миг, когда выглянул из кустов, куда его привела Чара.
— Спасибо, милая, — прошептал юноша, потрепав аксала по холке.
Он вышел из своего укрытия и собирался вмешаться, но вдруг один из зверей, зарычав, резко прыгнул вперёд, целясь Рэйнару в горло. Останавливать аксала с помощью голоса Дэйн даже не пытался — знал, что не получится, звери были слишком раздражены.
А второй хищник собирался прыгнуть на Лирин.
Дэйнар колебался лишь долю секунды.
— Стой! — крикнул он, бросаясь на аксала, посягнувшего на сестру. Зубы зверя непроизвольно сомкнулись на руке горбуна чуть выше локтя, всё тело пронзила боль.
А потом Лирин страшно закричала.
Этот крик остался в его памяти на долгие годы, преследовал по ночам, приходя в сны вместе с резким запахом крови…
Первый аксал, прыгнувший на Рэйнара, достиг цели и вцепился мальчишке в горло. Хлынула алая кровь. Откинув от себя хищника, угрожающего жизни Лирин, каким-то небрежным жестом, Дэйнар кинулся к брату и оттащил вцепившегося в него аксала за холку.
— Уходите! — рыкнул он на остальных присутствующих здесь животных. — Быстро! Чара, уведи и успокой.
Какое-то время Дэйн слышал у себя за спиной негромкое рычание, словно аксалы не хотели слушаться, но затем всё стихло. Только тихонько всхлипывала Лирин, опустившаяся на колени рядом с Рэйнаром.
Положив руку брату на горло, Дэйнар сделал то, чему его никто и никогда не учил —направил сквозь собственную ладонь энергию Света, молясь про себя, чтобы рана затянулась…
Она не затянулась. Но кровь больше не лилась.
— Он жив, не хнычь, — сказал Дэйн, покосившись на Лирин. Глаза сестры, полные слёз, были очень красивого жёлтого оттенка.
Ара. Так же, как и Рэйнар.
— Жив? — Лирин прикоснулась кончиками пальцев к щеке раненого. — И… не умрёт?
— Откуда я знаю? — огрызнулся Дэйн. — Лучше помоги, один я его до деревни не дотащу.
«Надо же, я ещё могу говорить. А думал, что давно разучился», — вздохнул юноша, осторожно подхватывая Рэйнара на руки. Показалось, что брат ничего не весит, даже помощь Лирин не понадобилась.
— Пошли, — буркнул он, направляясь в сторону деревни белых волков. — Только уж не бросай в меня ничего, хорошо? А то я Рэйнара уроню.
— Нет, ты что! — испуганно отозвалась у него из-за спины Лирин. — Дэйн, я…
— Какого дохлого кота вы вообще пошли в Западный лес? Зачем? Не суйтесь сюда больше, поняла? Тоже мне, герои.
— Мы… — девочка запнулась. — Мы тебя хотели найти…
— А-а-а, — Дэйн засмеялся. —  И палками этими шипастыми забить? Дурачьё.
— Дэйн… — в голосе Лирин юноше послышались слёзы, но он не мог обернуться из-за Рэйнара.
— Это неважно, палками или камнями, — поморщился горбун. — Я ушёл из стаи, я больше не появлюсь в деревне, так что забудь меня, как страшный сон. Забудь, слышишь? Не ходите больше в Западный лес. Никогда. Это опасно. Не для меня — для вас. Ты поняла?
Она не ответила. Дэйнар слышал, что Лирин плачет и размазывает по лицу слёзы. В сердце у него что-то дрогнуло, но почти сразу остановилось.
Это неважно. Он сейчас отнесёт Рэйни в деревню, уйдёт и больше никогда не увидит сестру.
Если бы не Лирин, Дэйнару не удалось бы пройти так далеко. Только благодаря ей он вошёл в поселение белых волков, добрался до дома родителей и, аккуратно положив тело Рэйнара на порог, уже собрался уходить, когда…
— Горбун убил Рэйни! — закричал кто-то из толпы, преследовавшей их с Лирин с того момента, как они вошли в деревню.
— Бей его!
— Да!
— Гони!
— Смерть уроду!
«Опять…» — подумал Дэйн, срываясь с места. Они ничему не учились… ничего не помнили. Вот и теперь сгорбленную спину юноши надёжно прикрыли птицы, слетевшие с деревьев в момент, когда в него полетел первый камень.
В очередной раз убегая из родной деревни, преследуемый воинственными воплями, где-то на краю сознания Дэйнару послышался отчаянный, полный горькой боли крик Лирин:
— Дэйн!!
Но нет, конечно, она не могла так кричать. Ему просто показалось.
 
 
⁂
 
Когда в сгорбленную спину брата полетели камни, она едва удержалась от того, чтобы не побежать за ним.
И вроде бы, всё было, как и раньше. Ничего нового. Светлые волосы, видные издалека, кривая спина, неяркая старая одежда… Да, всё было, как всегда. И тем не менее — кое-что изменилось.