Барон Чернотопья
А Гриммен и вправду хороша, не зря Вайссерманн вокруг нее так и вьется. Да и другие неженатые молодые люди тоже смотрят на девушку с интересом.
Барон Чернотопья заговорил о чем-то со своей учительницей, не обращая больше ни на кого внимания, и это хорошо. Пусть орденские псы нюхают друг друга под хвостами. Аркейн слеп, и не видит происходящего под самым носом. Вот и сейчас им не нужно оглядываться. Иначе могут стать случайными свидетелями, а потом и сопутствующими жертвами.
Опытный убийца не оставляет свидетелей своей работы. А Райдер щедро оплатил этот заказ.
* * *
Кабинет главы рода Блэкланд.
Алан не стал устраивать скандала перед гостями. Понятно, что нужно написать официальное письмо, вот только кто будет его адресатом? Род Вольфганга отказался от Леонарда, а деревня принадлежала принцу, который уже скончался. Оставалось отправить сообщение в королевский совет, а они уж сами разберутся, кто наследует деревню Сальон.
Но это было и не страшно, ведь разрешение на дуэль выдала искоренительница ордена. У Леонарда, честно предупрежденного, что он вызывает на смертельную дуэль мага, обученного в Аркейне, была возможность отказаться от своей идеи. А вот то, что в эту ссору оказалась замешана его дочь…
Выделив одну из комнат для гостей графине и барону, Алан дождался, когда слуги приведут Агату к нему в кабинет. И только здесь дал волю тщательно сдерживаемому гневу.
— О чем ты думала, дура?! — рыкнул барон, заставив и без того бледную дочь вжаться в кресло. — Кто тебя за язык тянул?! И это при том, что мы ждем твоего жениха, здесь, на празднике по поводу вашей помолвки какой-то отброс заявляет, что ты невеста другого?! Ты понимаешь, что теперь, когда сын графа узнает, окажешься никому не нужна?!
С каждым сказанным словом у Агаты все сильнее тряслись губы. А под конец отцовской речи девушка и вовсе расплакалась.
— Хватит строить из себя жертву! — не сменил гнев на милость Алан. — Я столько денег вложил, чтобы тебя, дуру, пристроить, а теперь что?!
Агата собиралась возразить, но в этот момент в кабинет через потайную дверцу вошла Ингрид. Хозяйка бросила взгляд на дочь, затем посмотрела на мужа.
— Нам повезло, дорогой, — обратилась к Алану она. — На месте Леонарда мог оказаться кто-то, за кого могли бы заступиться родственники. А так — один ублюдок убил другого. За Киррэла никто бы не стал с нами ссориться, не теперь, когда мы держим Равенов за глотку.
— Цены не будут держаться на таком уровне вечно, дорогая, — покачал головой хозяин кабинета. — Не стоит считать, будто теперь так будет всегда. Именно поэтому я не против отдать Агату сыну графа, которого назначили Равены. И даже заплатил непомерное приданое. Когда продовольственный кризис разрешится, нам потребуются союзники или нейтральные отношения с другими кланами. А ссора с графом это потеря Равенов. Или ты думаешь, дорогая, что после того как они залили страну кровью и выжгли треть населения, кто-то осмелится бросить им вызов? Это даже не смешно.
Он махнул рукой, уже успокоенный сменой темы. Вспышка гнева прошла, и теперь барон вновь был тем же, кем и до нее — расчетливым дельцом, который умел наживаться на любой возможности.
— Все, обе идите к гостям, — приказал отец семейства, поднимаясь из-за стола. — Мне еще нужно будет отписать в совет.
Женщины послушно покинули помещение через дверь. А стоило створке отделить их от отца, мать взяла дочь под руку и с улыбкой на лице прошептала на ухо:
— Еще раз ты подойдешь или заговоришь с Киррэлом Шварцмарктом, и я собственными руками выдерну воздух из твоих легких. Поняла?
— Да, мама, — улыбаясь в ответ, произнесла Агата, нисколько не сомневаясь, что мать на такое способна.
— С твоим женихом я сама буду говорить. А теперь идем, гостей действительно нужно развлекать.
* * *
Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт.
Барон не поскупился на покои для графини фон Ней. Дорогие ткани, много золота. И хотя Блэкландов нельзя было назвать скупыми, судя по той роскоши, что встречала с крыльца, однако закралось у меня подозрение, что для меня комнаты будут обставлены намного дешевле.
Салэм дернула платье за воротник, и ткань слетела с тела, оседая на полу бесформенной кучей. Но искоренительница не была голой, под нарядом оказалась белая блузка и черные обтягивающие штаны. Предусмотрительно.
— Так и знала, что ты что-нибудь обязательно выкинешь, — с улыбкой сказала она, забираясь на широкий диван и закидывая ноги на подлокотник.
Я прошел к мягкому креслу и опустился на сидение, едва не утонув в нем. Пришлось повозиться, прежде чем удалось занять удобное положение.
— Ты специально приехала, чтобы со мной повидаться? — уточнил я, разглядывая свою учительницу.
Будучи магом, она сохраняла свою внешнюю привлекательность. Кажется, за время с нашей последней встречи некромантка ничуть не изменилась.
Салэм улыбнулась, глядя на меня.
— Конечно, ведь весь Эделлон крутится вокруг барона Чернотопья! — фыркнула искоренительница. — Но я рада, что ты вернулся, Киррэл. Теперь мне будет на кого опереться в регионе.
Эти слова не слишком мне понравились.
— Поясни, — попросил я, склонив голову на бок.
— Ты думаешь, что после того, как я покинула орден, Аркейн оставил мне право говорить о себе, как об искоренительнице? — хмыкнула графиня.
— Только не говори мне, что это очередной хитрый план Аркейна, — вздохнул я, ощущая, насколько мне неприятна подобная мысль.
Она засмеялась, запрокинув голову. Я успел соскучиться по этому, и просто наслаждался, не прерывая. Наконец, Салэм успокоилась и, сев на диване, закинула ногу на ногу.
— Нет, Киррэл, — покачала она головой, — это не план ордена. Во всяком случае, я о таком не знаю. Аркейн уже не так силен, как раньше, но это не значит, что все, кто ушел, перестали поддерживать связь с орденом. Многое изменилось, но я по-прежнему считаю, что Эделлон нуждается в Аркейне. И теперь, когда от меня зависит, как будут жить мои подданные, — тут она подняла палец, подчеркивая значимость слов, — а это, чтобы ты понимал, не одно баронство, а четыре, я вынуждена сотрудничать с орденом. Как и все аристократы, кто не хочет внезапно не проснуться, потому что Аркейн ушел с его земель и некому стало защищать от тварей, использующих запрещенную магию. Поверь, я прекрасно представляю, как много творится даже на моих землях того, за что следовало бы вырезать целые деревни.
— Ну, пользу от ордена я понимаю, — кивнул ей, когда графиня замолчала. — Но при чем тут я?
Салэм усмехнулась.
— Потому что мне требуется сторонник, Киррэл, — повторила она. — Хоть многие и признают необходимость существования Аркейна, однако не хотят больше давать ему власть над своими землями. Как графиня я их полностью поддерживаю. Однако некоторые перегибают палку. Уже пошли разговоры о том, что было бы неплохо разгромить анклавы и все, что там есть, забрать себе. И, поверь, теперь, когда орден ослаб, это может стать реальностью.