Барон Чернотопья

Мне вспомнились слова Николаса Фолкса. Похоже, кто-то специально разжигает конфликт, чтобы выкорчевать орден не только в Меридии, но и по всему миру. Раз Крэланд тоже замешан в противостоянии Аркейну, если верить словам Салэм.
— Бывали ли уже в Крэланде случаи пропажи членов ордена? — спросил я и, видя приподнятую бровь учительницы, пояснил: — В Меридии был приказ — следить за Аркейном, так как кто-то из его членов устроил бойню.
— Я не знаю, — вздохнула она. — Но не удивлюсь, если окажется, что идет целенаправленная охота. А что, ты что-то слышал?
— Вообще не интересовался, — почесав щеку, признался я. — Как ты помнишь, у меня есть свой анклав, но там только писари, ни одного искоренителя или дознавателя.
Она кивнула.
— Вряд ли они смогут всерьез защититься снаружи, но внутри стен они в полной безопасности.
Ну, что-то такое я и думал. В конце концов, на оборону Лесной их хватит, а дальше уже я сам смогу все сделать.
— Ты сам понимаешь, на что способны темные маги, Киррэл, — проронила она. — И должен осознавать, что подобная мощь должна кем-то контролироваться. До сих пор сделать это получалось, но теперь рода, одержимые жаждой власти, получили оружие, которого не понимают.
— Не все бывшие искоренители так добры к окружающим, как хотелось бы? — усмехнулся я.
— Не все, — спокойно кивнула графиня. — Но часть из нас еще не лишилась рассудка от обретенной свободы, мы осознаем, что нужны правила, иначе весь Эделлон вспыхнет. Так что какая-то часть чародеев поддерживает со мной связь, но они все далеко. А теперь вернулся ты, — сказала она чуть тише. — И я надеюсь, что ты мне поможешь.
Эх, Салэм, знала бы ты, что я покрываю ведьму, иначе бы говорила. Впрочем, она права в том, что разгуливающие на свободе темные — это угроза. От нашей магии еще нет массовых средств защиты, к тому же все бывшие искоренители не просто чудом выжившие чародеи, а опытные пользователи своего дара.
— М-да, полагаю, Марцин бы сейчас посмеялся. Так подгадить напоследок мог только он, — вздохнул я, хлопнув руками по подлокотникам.
— О чем ты? — вскинула бровь чародейка.
— Старик спал и видел, как вернуть старую магию в мир, — ответил я. — То есть целенаправленно вел к расколу в ордене. И вот, чтобы его мечта сбылась, магистру пришлось сдохнуть под огнем Равена Второго.
— Откуда ты знаешь, чего он хотел?
— Так он сам мне все рассказал, Салэм. Еще когда я только приехал в столицу, уже было ясно, что Аркейн расколот. Те из вас, кто поддерживал Вагнера, организовали нападение на поместье Равендорфов, даже доппельгангера привлекли. Другая же часть членов ордена упорно пыталась найти культ, который в этом замешан не был. А в итоге, когда прихлебатели Хибы явились во всей красе, никто не смог защитить академию. Потому что те подделки, которых спустил на королевскую тетку орден, и рядом не стояли с чудовищами культа.
Она помолчала, переваривая услышанное.
— Я все думал тогда, зачем так все усложнять, ведь с самого начала было ясно — именно орден стоит за нападением на Равендорфов. Им нужен был прецедент, чтобы взять Крэланд под протекторат и фактически захватить власть в стране. Но культ, видимо, обиделся, что кто-то посмел использовать их методы, и натравил Меридию. Не удивлюсь, если и та ярость, с которой Равен убивал своих подданных — их рук дело.
Говорить о том, что даже представляю, какие заклинания читали над кровью его величества, чтобы свести его с ума, не стал. Если Хэммет и Салэм общаются, она и без того знает. А если нет, то зачем мне ей об этом рассказывать?
— В итоге Аркейн получил вместо процветающей страны — пепелище, а протекторат оказался снят. Магистра, который его организовал убили, и орден развалился. Идеально сыграно, и все бы было хорошо и гладко, если бы на трон Меридии не решился попробовать сесть внук Рудольфа.
Кривая усмешка Салэм показала, что она в курсе этой истории. Впрочем, когда меня наняли в качестве истребителя, с орденом все было в порядке, и наверняка учительница следила за моими успехами. Так что неудивительно, что искоренительница сложила два и два — смерть королевского рода Меридии и мое возвращение домой.
— И это еще один аргумент в пользу того, что темная магия должна быть под строгим контролем, — кивнула она, когда молчание затянулось.
Я поднялся на ноги и прошелся по гостиной. За окном открывался вид на зеленый сад, утыканный статуями. С такого ракурса смотрелось красиво и умиротворяюще. Нужно будет и у себя что-то подобное устроить, а то Марк только кустики подстриг.
— Чего ты от меня хочешь, Салэм? — спросил я, оборачиваясь к ней.
Графиня сидела, разглядывая меня из-под опущенных ресниц. На ее губах сичла легкая улыбка.
— Я хочу поддержки. Мне нужен твой голос, Киррэл. И раз уж мы теперь с тобой оба аристократы, то могу предложить в обмен на помощь что-то более существенное, чем страстные ночи.
Я хмыкнул. Инстинктивно память подкинула все соответствующие воспоминания, и я посмотрел на графиню другим взглядом, для меня ее одежда будто перестала существовать.
Потребовалось приложить усилие, чтобы отогнать соблазнительные образы, как беру ее прямо на этом диване, а потом на слишком мягком кресле. А после несу в спальню, где марафон продолжается до утра.
— Знаешь, я все больше начинаю воспринимать себя наемником и мастером на все руки, — признался, отводя взгляд от ее ног, подчеркнутых обтягивающими штанами. — Не успеваю один заказ выполнить, как тут же прибегает очередная группа лиц, которой срочно требуется одержимый, истребитель, спаситель и затычка для каждой бочки.
Графиня поднялась на ноги и подошла ко мне. Наши глаза встретились, хотя ей и пришлось для этого задрать голову. Я вздохнул, на миг погружаясь в тонкий аромат, исходящий от ее тела.
— Я не предлагаю тебе деньги, Киррэл, — прошептала она, касаясь пальцем моих губ. — Я предлагаю тебе место магистра в обновленном ордене.
Наверное, у меня был очень удивленный взгляд, так как Салэм рассмеялась, наблюдая за моей реакцией.
— А как ты думал, «Чертополох»? — спросила она, всплеснув руками. — Неужели тебе кажется, что Аркейн может кануть в небытие вместе с наследием Катценауге? Нет, самые лучшие чародеи всегда были его членами. Даже если сами себя таковыми не считали. А ты, одаренный богиней, знающий магию так, как никто ее не знал, сможешь избежать внимания и влияния ордена?
— Тебе и про это известно, — спросил я, выигрывая себе время на размышления.
— У меня много осведомителей, — пожала плечами Салэм. — С Джаном ты знаком, но не думаешь же, что это единственное направление, над которым я работаю.
— Но тебе-то это зачем? — спросил я, отходя на шаг. — Ты наконец избавилась от Аркейна, получила свои земли по праву. Зачем снова лезть в этот проклятый орден, Салэм? Почему просто не жить своей жизнью?