Невеста проклятого императора

— Да вы что? Каким же образом?
Хмурится, не веря мне совершенно.
— Пообещал отпустить через год. — Умалчиваю, что с условием. Сам не знаю, открыл ли Виттор его Наташе или нет.
— А так можно? Разве брак не священен? У нас с мужем как-то все серьезно.
Вполне вероятно, что так и есть. Семейство Рендара, как и весь их королевский род, славится своими странностями. Подозреваю, эльфийские корни вполне могут давать о себе знать.
— Ваш муж не совсем обычный человек. Возможно, его брак завязан на магии. А нам, простым людям, ничего подобного уже не грозит. Можем жениться хоть сколько и разводиться, или даже не разводясь, жениться повторно, как хотел поступить отец с вашей сестрой и моим братом. То есть с вашей якобы сестрой.
Кат Рина неожиданно перестает злиться.
— А что вы от меня-то хотите? Раз эта ваша Натали согласилась, то и пусть выходит за императора. Не такая уж плохая участь для землянки.
— Она его не любит! — в очередной раз срываюсь. Сжимаю кулаки, добавляю, — И он тоже.
Неожиданно начинаю чувствовать себя дураком. А чего я, собственно, хотел от нее? Зачем решил сообщить о Наташе? Может быть, тешил себя надеждой, что та сможет отговорить соотечественницу? Сам не знаю, какой помощи хотел.
Кат Рина смотрит на меня прищурившись.
— А вы, значит, любите? — Как она догадалась? Отвожу глаза, признавая ее правоту. — Так скажите ей. Мы, земные девушки, можем долго не понимать, что чувствует к нам мужчина, мучиться сомнениями. Дайте ей уверенности.
— Мне казалось, она тоже любит меня. Она принесла мне с Земли это, - показываю на устройство в ухе. Ее губы складываются в букву "о".
— Вы умеете перекидывать людей в другие миры? — разумеется, она выхватывает из моей речи самое важное для себя.
— Это весьма энергозатратно. Возможно, вернув Натали назад, я больше никогда не смогу открыть портал.
Нервно заламывает локти. Новость оказалась довольно неожиданной. Смотрит умоляюще.
— А меня вы бы смогли перебросить туда ненадолго? Всего на час или два. У меня там сестра! Я очень переживаю за нее. — Голос дрожит. Мне безумно жаль лишать ее надежды. Я бы с радостью помог, но...
— Не уверен. Если вы связаны магией с вашим мужем, то портал вполне может исказиться, ваша связь может нарушиться, да мало ли что еще, вы готовы рискнуть? Мне казалось у вас все хорошо с генералом.
Склоняет голову, явно расстроенная моими словами. Видимо, надеялась увидеть сестру, как и Наташа когда-то не так давно.
— Так как вы попали на Марн? — возвращаюсь к начальному разговору.
Она коротко рассказывает свою историю: зеркало, свадьба, другое тело, и я понимаю, что в ней нет ничего общего с историей Наташи. А я ведь надеялся таким образом выявить закономерность и понять, откуда в обеих девушках магия Драконов. Не зря же они обе оказались эмпатами.
— Вот так все и случилось, — вздыхает и разводит руками. — У меня выбора вообще не было.
В ее взгляде толика грусти, но я уверен — она уже не жалеет о случившемся. Их любовь с генералом видна невооруженным взглядом.
— Тем более вам нельзя переходить портал. Вдруг что-то случится, и настоящую Кат Рину затянет сюда вместо вас.
Бледнеет и пошатывается. Я усаживаю ее на скамью. Говорю же — любит своего странного супруга.
— Нет-нет, ни в коем случае, никаких рисков, я точно не могу рисковать, — она вдруг рефлекторно кладет ладонь на живот, выдавая тем самым свое положение. Беременна! Да уж, она абсолютно права. Интересно, а генерал знает? Скорее всего, еще нет.
Перехожу ближе к вопросу эмпатии. Скоро муж начнет ее искать.
— Скажите Кат Рина, в вашем мире ведь нет магии? Мне Натали рассказывала. Каким же образом у вас обеих мог оказаться столь редкий и мощный дар, как эмпатия?
— Мощный? Я бы не сказала. Моего только и хватает, чтобы с Шипиком общаться, да с...
— осекается и переводит тему, — а что, у вашей Натали тоже подобный дар открылся?
Некогда вникать в ее секреты. С кем она еще общается, кроме монстра?
— Да. Точно такой же как у вас. Она приручила острозуба, назвав его Дружком.
Кат Рина сначала удивляется, а потом начинает хохотать.
— Похоже, вам досталась русская девушка. Дружок. Надо же. Этот малыш, наверное, очень милый?
— Да, очень, — улыбаюсь в ответ. — Волк ростом чуть ниже вас, черный с торчащими зубами и красными глазами.
— Какая милашка, — выдавливает, переставая веселиться.
— Прямо как ваш шипокрыл, правда же? Вот поэтому я и хотел узнать: что в вашем мире способствовало проявлению именно этого дара? Я мало видел на Земле, мало о ней знаю Может, у вас полно подобных животных, и поэтому вы их не боитесь?
Качает головой, отрицая мое предположение.
— В нашем мире нет магии, нет никаких способностей, нет эмпатии и нет монстров, кроме разве что некоторых людей. Я не знаю, почему подобный дар открылся именно в нас. Драконов у нас тоже нет. Эмпатия ведь магия Драконов?
А она хорошо изучила наш мир.
— Вы могли бы подружиться с Натали. — Сейчас мной движет желание сделать пребывание Наташи на Марне чуть более комфортным. Если я найду способ отменить свадьбу, это вовсе не значит, что она захочет остаться здесь навсегда. Вдруг наличие подруги с Земли поможет ей решиться.
— Конечно! — заявляет радостно. — Спасибо, что рассказали мне о ней. Так вы говорите, любит вас?
Вот опять. Иногда мне кажется, что да, а иногда я совершенно в это не верю.
— Я не уверен до конца. Она упорно собирается выйти за Виттора, чтобы снять с нас проклятие.
Всплескивает руками.
— Так проклятие не только на императоре? Вы тоже прокляты? — Она словно начинает что-то понимать.
— Частично. Но если снять чуждое колдовство с брата, то и я скорее всего освобожусь. Оно должно разрушиться, как мы полагали. Но сейчас я уже сомневаюсь.
— Ну вот и ответ! Вы сами его озвучили. Если Натали думает, что спасает вас, она может пожертвовать всем. Это и есть любовь. В нашем понимании, да. Наверное, она и правда вас любит, если вы мне все рассказали.
Для меня не все столь очевидно, но Кат Рина убеждена, что права.
— Как ее убедить, что мне не нужна жертва?
Возможно ли вообще в чем-то убедить упрямых земных девчонок?
— Никак. Если она так считает, значит, вы успешно ее в этом убедили ранее, правильно? Так чего теперь хотите? Можете попробовать ее украсть, как вы делали прежде, не спрашивая.
Опять пытается меня пристыдить. Но я теперь научен горьким опытом.
— Она мне не простит, я слишком уважаю ее выбор.